Вендия 1. Город у священной реки - Йенсен Брэнт - Страница 18

— Что же вы сами к нему в тюрьму не сходили? — удивился Конан. — Зачем вам понадобился посредник? Хамар был в таком состоянии, что ни от кого не стал бы таиться.

— Я боялся, — признался вендиец. — Мне не хотелось привлекать к своей персоне излишнее внимание. Для людей, затеявших эту игру, жизнь одного тысяцкого ничего не значит…

— Сатти, а почему вы вообще занялись этим расследованием? — спросил киммериец. — Какая у вас выгода в этом деле?

— Я знаю, что в это тяжело поверить, — улыбнулся кшатрий, — но виной всему мое любопытство. Вокруг творятся загадочные события, и мне до дрожи хочется знать их подноготную. Если я докопаюсь до правды, то остановлюсь на этом и никак не буду использовать свои знания. Думаю, что те, кто организовал убийства, в курсе моих намерений. Им невыгодно меня убивать, это может навести на их след других ищеек, жадных до крови или золота. Но так будет лишь до тех пор, пока я соблюдаю осторожность. Если я случайно расшевелю змеиное гнездо, то жизнь моя потеряет всякую ценность.

— И как я вписываюсь в эту схему? Один из тех, кого можно при случае принести в жертву?

Сатти рассмеялся.

— Это вам Телида сказала? — спросил он. — Она вечно пытается выставить меня злодеем. Конан, я не принуждаю вас ни к чему. Вы вольны поступать как вам вздумается. Можете уйти и забыть мои слова, а можете уподобиться мне или начать ломиться вперед к цели без оглядки на последствия.

— Вы очень неоднозначный союзник, Сатти, — проговорил Конан. — Я думаю, что после нашего разговора не смогу смотреть на ситуацию в столице прежними глазами. Хамар был моим человеком, и те, кто толкнул его на убийства, должны заплатить за свое преступление. Хочется верить, что вы мне поможете, но…

— Вы все правильно понимаете, сотник, — сказал кшатрий. — Я помогу вам найти тех, кто стоял за Хамаром, но расплачиваться придется именно вам. Я не позволю втянуть себя в эту игру. Мои слова и мои знания могут стоить вам жизни.

— Проклятая страна! — сплюнул Конан. — Здесь друзья не менее опасны, чем враги.

— Мы продолжим разговор? — спросил кшатрий. — Я был абсолютно честен, когда говорил, что Хамар понес заслуженное наказание. Пусть его смерть вас не беспокоит. Ваша совесть чиста, Конан, и я не понимаю, о какой мести может идти речь. Если проблема только в этом, то лучше нам распрощаться. Глупо будет, если вы погибнете из-за подобного недоразумения.

— Вы же знаете, что я вам отвечу!

— Знаю…

— Тогда продолжайте.

— Сначала расскажите мне поподробнее, — попросил Сатти, — о тех людях, что помогали вашему туранцу. Что именно о них говорил Хамар?

— Почти ничего, — ответил Конан. — Сказал, что ему не составило труда найти в Вендии союзников.

— Союзников? — переспросил кшатрий. — Очень интересно.

— После убийства князя Хамар встречался с последователями одного из вендийских учений, — киммериец решил, что стоит рассказать Сатти о верованиях бывшего шадизарского вора Зархеба. Хотя бы для того, чтобы понять, существовала ли на самом деле девятая аватара Вишну. — Они поклонялись последнему воплощению бога Вишну. Проповедовали смирение и недеяние. Какое-то время Хамар был одним из адептов этого учения.

— Всесильный Шива! — воскликнул изумленный кшатрий. — Еще и это! Конан, никому больше не рассказывайте об этой части жизни вашего солдата. Никогда. Девятого воплощения еще не было. Если вам дорога ваша голова, уверуйте в это.

— Вы мне можете объяснить, что это значит?

— Нет. В Вендии это запретная тема.

Выходило так, что Хамар пал жертвой своего заблуждения. Ему никто не собирался мстить за воплощенного бога. Все дело было в учении безымянной аватары Вишну. Кто-то очень сильно не желал, чтобы весть о нем пошла гулять по миру. Это объясняло и гибель княжеского сына, принявшего ту же веру, что и Хамар, и нападение в Султанапуре.

— Хорошо, я понял, — согласился Конан. — Но все же ответьте, мог ли он найти в Вендии союзников из числа единоверцев?

— Сомневаюсь, — покачал головой Сатти. — Не зная столицы, безо всяких связей.… Практически никаких шансов. Но и в совпадение я не верю, это было бы совсем невероятно. Боюсь, сотник, вы еще больше запутали и без того непростую ситуацию. Я буду с нетерпением ждать результатов вашего разговора с человеком, пригласившим Хамара в отряд. Нам надо обязательно узнать обстоятельства его появления в Вендии.

— Поговорю с Масулом сразу же, как вернусь в казармы, — пообещал Конан. — Но я сомневаюсь, даст ли это нам что-нибудь. След надо искать здесь, в Айодхье. Постарайтесь отыскать людей, которых видели вместе с Хамаром. Насколько я знаю, этим еще никто не пытался заняться.

— Вы ошибаетесь, сотник, — сказал кшатрий. — Я последние дни только и делаю, что ищу тех, кто мог быть связан с Хамаром. Пока что – ничего. Люди повелителя и раджи тоже проводили проверки, но и они не принесли результатов. Хотя пара имен вас может заинтересовать. Сабир и Халил. Именно этих двух солдат чаще других видели в компании Хамара. Вы усматриваете в этом что-то необычное? Власти ими не заинтересовались.

— С Сабиром они были близкими друзьями, — ответил Конан. — Не разлей вода. Халил же со всеми много общается. Я тоже ничего особенного не вижу в том, что Хамар много времени проводил с товарищами. Союзников надо искать не в моей сотне, а среди вендийцев.

— Вспоминайте, Конан, — потребовал кшатрий. — Хамар должен был упоминать какие-то факты, на которые мы сможем опираться в поисках. В Айодхье живет слишком много народу, каждого не опросишь.

— Есть кое-что, — произнес киммериец. — Хамар сказал мне, что соврал на суде. Он проник в дом брамина Синты не через стену, а обманным путем, переодевшись в наряд жреца Ситалы. Думаю, на пудже были люди, способные отличить настоящие одежды от поддельных. Значит, перед тем, как отправиться к брамину, Хамар встречался с людьми из культа богини черной оспы.

— Я, конечно, проверю эту версию, — Сатти не слишком-то обрадовался зацепке. — Но мне кажется, он сам уже запутался, где правда, а где ложь. Хотел поведать тебе истинную версию событий, а вместо этого скормил сказку. Чтобы обмануть брамина и его гостей, Хамар должен был в точности знать и мельчайшие детали творимого на пудже ритуала, и то, как следует общаться с людьми жрецу Ситалы. Его бы не смогли обучить всему этому за столь короткий срок. К тому же, тогда непонятно, какая из личностей Хамара была активна во время пуджи.

— Хамар хвастался, что он знает вендийские обычаи лучше самих вендийцев, — сказал Конан. — Он мог, конечно, соврать, но если история с его богом правдива, то думаю, что и здесь он не слукавил.

— Буду рад, если вы окажетесь правы, — улыбнулся кшатрий. — Храм Ситалы — эта та ниточка, которая может вывести нас на хозяев Хамара.

— Расскажите мне о них что-нибудь интересное? — спросил киммериец.

— Один из полуденных культов, — ответил Сатти. — Поклоняются богине черной оспы, часто проводят жертвоприношения. Надеются тем самым защитить себя от болезни. Поклонников Ситалы сейчас во много раз меньше, чем несколько столетий назад. С развитием искусства магического исцеления и медицины влияния у богини поубавилось.

— Хамар говорил, что жрецов ее по-прежнему боятся.

— Скорее в силу привычки. Я не слышал, чтобы после их проклятий кто-нибудь умирал. Они сами это отлично знают, а потому не спешат направо и налево одаривать своих хулителей болезнью. Сотник, это просто маленький забитый культ, каковых в Айодхье тысячи. Лишь неперсонифицированным поклонением смерти они и обращают на себя внимание. Ну, еще традиции свои соблюдают крепко. Наряд жреца Ситалы и в самом деле просто так не достанешь.

— А жертвоприношения?

— Цветы, фрукты, хлеб. Никакой крови. Поверьте, храму Ситалы в одиночку организовать схему с Хамаром не удалось бы ни за что, да и не надо им этого.

— Что же тогда?

— Хотите, навскидку выдам версию? В храм богини черной оспы запросто мог внедриться один из фансигаров, который и руководил действиями Хамара. Поклонникам Кали могли заказать убийство браминов. Ради больших денег они не боятся отойти от принципов. Очень похоже на их работу – красиво, эффектно и никаких следов.