Радуга Ллинн-Хейма - Гуськова Татьяна - Страница 26

– Ой, а чего это мы стоим? – удивился Брик, зачехляя дронл. Менестрель удивленно огляделся по сторонам. Вот уж кого не трогали все злоключения. Из нас будто вынули металлический стержень. Каждый вздохнул про себя с облегчением, радуясь разрядке обстановки.

– Да нет, Брик, мы уже снова едем, – я забралась в седло. Мгла поравнялась со смирной серой кобылкой менестреля. Неожиданно Брик мне улыбнулся и подмигнул тайком.

Некоторое время я ошеломленно молчала, глядя перед собой, потом оглянулась на ребят, они нас нагоняли. Лица у всех троих были угрюмые и какие-то мутные.

Нор поймал мой взгляд, в глазах наярского мага читалась усталость.

– Синни, а ты не можешь что-нибудь придумать? Наколдовать какую-нибудь дорогу?

– Норик, я бы с удовольствием, но только ничего не получится. Я еще не достаточно силы накопила, чтобы магию творить. Но вам-то с Лорином ничто не мешает поискать Потерянные пути.

Норэг покачал головой.

– Я уже пробовал. Ничего не получилось. Мое заклинание запуталось, как клубок ниток, и вернулось обратно.

Лорин мрачно покосился на наярца. Судя по лицу брата, его заклинание постигла та же участь.

– А не кажется ли вам, Герои-защитники, что нас кто-то морочит? – в этот момент на Эрэда свалилась крупная сухая ветка. Харид поймал ее в воздухе возле самой головы и, откинув в сторону, вытряхнул из коротких волос кусочки коры.

Мгла заскулила, оглядываясь по сторонам, трусливо поджала хвост. Мне это очень не понравилось. Эрэд внимательно наблюдал за мной и волчицей, будто ожидая от нас каких-то действий. Но что я могу сейчас сделать? Оставалась надежда исключительно на обычные человеческие чувства.

Ну вот, стоило вернуться в Вилию… Чувства-то у меня вовсе не человеческие…

Я прикрыла глаза, откинулась в седле, стараясь отвлечься от звуков, производимых моими спутниками. Уши сами собой выскользнули из-под волос, стали торчком. Ветер приласкал встопорщившиеся кисточки. Мне представилось как дрожат беленькие волоски, пытаясь уловить то, что происходит в окружающем мире.

Ллинни обладают очень чутким слухом, но сейчас мой чуткий слух говорил мне, что мы совершенно одни. Чирикали чуть в отдалении синицы, где-то вдали стрекотала сорока, ветер шелестел кисточками семян на ясене. Никто не следовал за нами, или использовал магию для того, чтобы замаскироваться, в этом случае я была бессильна. А может нам и в самом деле мешает какой-то злобный дух? Сразу вспомнился маг-дариец. Но тот на такие мелочи не разменивался, громя все по-крупному. Будь мы в Ллинн-Хейме, я бы решила, что нам портит жизнь кто-нибудь из мёдинов или сарино. Но этим проказливым существам маги Вилии давно закрыли выход из Ллинн-Хейма. А значит оставалось одно – неблагое магическое внимание. Человек с ожерельем Хранителя вполне способен на такое, то есть мы под колпаком у Красного мастера. Не удивительно, что ему удалось справиться с тремя сотнями гвардейцев. Я не стала пока делиться подозрениями с друзьями, это лишь подлило бы масла в огонь.

Лес вокруг, между тем, стремительно менялся. Сосны совсем исчезли, уступив место лиственным деревьям, потом среди темных стволов начали попадаться белые капли берез, и вот мы уже едем по березовому лесу. Среди мокрой опавшей листвы мелькали островки зеленой травы, заросшие мхом пеньки и коряги – выпавший на прошлой неделе снежок долго не задержался и совсем растаял. Небо затянула серая мара облаков, солнышко не показывалось. Да и поздно уже. К миру неприметно подкрадывались ранние осенние сумерки.

– Мне кажется, мы и сегодня дорогу не найдем, – Брик обернулся к нам, лицо рыжего менестреля было печальным. – Давайте уже на ночлег останавливаться что ли.

– Я бы еще проехался, – возразил Лорин.

– Скоро стемнеет, если уж мы днем дороги не нашли, то ночью заблудимся еще больше. Только место посуше найти…

Место посуше нашлось не скоро, в лесу уже окончательно стемнело, и мне пришлось выудить из недр сумки ллинн-хеймский фонарик: лошади моих спутников, в отличие от Мглы в темноте не видели. Неровное белое мерцание хоть как-то освещало путь, но животные нервничали и косились на маленькое солнышко.

– Вот здесь будет хорошо.

Уж не знаю, каким образом Эрэд определил это место как более сухое, под ногами пружинила все та же мягкая влажная земля.

Лорин очищал место для стоянки, Нор отправился за хворостом, Эрэд занялся лошадьми, и только Брик продолжал сидеть в седле, теребя чехол дронла.

Наконец харид сжалился над ним.

– Брик, ты можешь помочь Синноре приготовить ужин.

Менестрель радостно заулыбался, я поскучнела.

На то, чтобы разжечь костер ушло около часа. Сырые ветки не желали разгораться даже с помощью магии. Обессиленный и разозленный Лорин поднялся на ноги и пнул сложенный шалашиком хворост. В этот миг пламя взвилось почти в человеческий рост, едва не опалив брату лицо. Придворный маг отпрыгнул и выругался. В тот же миг огонь исчез так же внезапно, как и появился.

Норэг покачал головой.

– Не понимаю, что происходит. Попробуй призвать стихию Огня.

– Уж лучше сам пробуй, ты у нас силен в Огне.

– Не так давно я его почти весь растратил, но давай попробую.

Наярский маг подошел к коварному костру, присел рядом на корточки, собрал ветки, положил на них руки, прикрыл глаза. Некоторое время ничего не происходило, потом из-под пальцев Норика во все стороны выстрелило яркое золотистое пламя, оно обвило руки мага, не причиняя ему вреда, от сырых веток повалил пар и, наконец, костер нехотя разгорелся. Норэг победно взглянул на Лорина, тот фыркнул, взял котелок, простер над ним руку, из его ладони начала струиться чистая прозрачная вода. Брик зачарованно наблюдал за их действиями. Мы с Эрэдом переглянулись.

– Как дети, честное слово.

Харид забрал у Лорина котелок и, продев в кольцо ветку, повесил ее на рогатки, вколоченные в землю заранее.

Пока вода закипела, пока сварилась каша, все успели истомиться. Лорин несколько раз ходил на разведку, но, по-моему, этими разведками не узнал ничего, только все окрестное зверье распугал.

Брик суетливо крутился у меня под руками, то кусок копченого мяса, которым я хотела приправить кашу, норовя в костер уронить, то просыпав крупу. Я зашипела на него, но менестрель только растерянно захлопал глазами.

– Брик! Сядь вон туда и лучше сыграй что-нибудь!

– Но Эрэд велел тебе помочь приготовить ужин.

– Так ты мне поможешь. Мне, для приготовления каши просто необходимо слышать хорошую музыку.

– Правда?! – обрадовался менестрель.

– Да.

Он тут же уселся на бревнышко, которое Нор приготовил для себя и, не обращая на нахмурившегося наярца внимания, счастливо расчехлил дронл. На этот раз обряда настраивания не последовало, видимо дронл не успел "расстроиться". И по лесу поплыли чистые, нежные звуки музыки.

Лорин легонько хлопнул ладонью по земле. Ставит звуконепроницаемую защиту, поняла я. Брат не забывал о маскировке. Впрочем, музыка нисколько нас не выдала бы, куда раньше это сделал костер, видимый очень далеко в голом осеннем лесу.

Каша побулькивала в котелке, аппетитный запах разносился вокруг, все глотали слюнки, Брик играл.

Громко вскрикнув на прощание, на дронле лопнула струна, за ней последовали еще три ее сестры. Мгла тихонько заскулила, подползая поближе ко мне. По спине побежал холодок, я насторожилась, в который раз чувствуя себя ущербной без магической силы.

Брик растерянно смотрел на любимый дронл, держа инструмент на руках, словно младенца, потом поднял к нам бледное лицо.

– Хорошо, что я взял с собой запасные струны!

– Это проклятие какое-то! – вспыхнул Лорин. Брат вскочил. – Но я ничего не чувствую! Никакой магии!

Или магия настолько высока, что ты просто не можешь ее почувствовать, братец.

– Давайте поужинаем что ли. У меня все готово.

– Пока с кашей что-нибудь не случилось, – хихикнул Норэг.

Ужин прошел в гробовом молчании, каждый думал о своем.