Радуга Ллинн-Хейма - Гуськова Татьяна - Страница 58

– Как скажешь, – Эльва пожала плечами. – Мы думали, ты сам поиграть хочешь. Так резво в воду прыгнул!

– Это я в воду прыгнул? – возмутился Лорин.

– Ну не я же тебя туда тащила! – оскалилась хулиганка.

– Ладно, хватит ссориться, пошли на берег, сушиться, – Рист потрясла Лорина за плечо. Она так и выехала у него на спине. Эльва сопроводила это недобрым взглядом.

Костер вспыхнул так радостно, будто Рист пользовалась магией. Хотя ллиннэх не могут подчинять стихии, но за свою подружку не поручусь, у Рист возможно все.

– Сейчас посушим одежду. Как хорошо, что я взяла запасную. А ты, Синни, удивлялась, зачем так много вещей! – Рист, похожая на белочку, рылась в сумке.

– Я тоже пойду переоденусь, – Лорин взял свою сумку и направился к кустам.

– Ты куда? – удивилась Рист.

– Переодеваться.

– Переодевайся тут. А то замерзнешь по кустам лазить, простудишься еще.

– Но как же?..

– А мы отвернемся. А когда мы будем переодеваться, то ты отвернешься.

Лорину не сталось ничего, кроме как согласиться с Рист.

Мы втроем уселись в рядочек, спиной к Лорину, слушая, как он шуршит одеждой. Долго девчонки молчать не смогли.

Эльва нагнулась к Рист.

– Как ты думаешь, вилийские мужчины такие же как наши? – шепотом спросила гилион.

– А какие же еще? Мужчины они все одинаковы.

– Интересно было бы посмотреть… – шепот был почти неслышим, но копошение за нашими спинами ускорилось в несколько раз.

– Все, можете поворачиваться, – Лорин уже успел переодеться и даже развесить на рогатине мокрую одежду. Он подошел к тому месту, где мы сидели, и устроился спиной к костру.

Стоило только нам раздеться, как братик заявил в полный голос:

– Интересно! А ллинн-хеймские женщины отличаются от вилийских? Вот бы посмотреть!

Рист прижала уши и нехорошо улыбнулась, уперев руки в бока. Из одежды на ней была только короткая рубашка.

– Ну что ж, повернись, – от ее странного голоса у меня мурашки по коже побежали. На всякий случай я прикрылась юбкой.

Лорин пригнул голову, уши у него покраснели.

На этом дурачества вроде бы закончились. Мы поужинали чудом выжившей во время свалки снедью и улеглись спать. Ветерок доносил откуда-то легкий запах ночных цветов и меда.

Рыск, бок которого был у меня вместо подушки, вдруг дернулся и тихонько заворчал. Я мигом проснулась, прижимаясь к коту.

– Что случилось? – я пыталась проследить взгляд Рыска. Показалось мне или нет, что в зарослях осоки у воды кто-то шевельнулся.

– Что там? – Рист тоже проснулась.

Остальных наша с Рыском возня не потревожила. Лорин спокойно посапывал, Эльву было не видно в тени деревьев, Медок, склонив голову, дремал у самой воды, волчицы как два клубочка лежали у костра. Все вроде спокойно.

Кот заворчал чуть громче, подобрал лапы, готовясь к прыжку. Я отстранилась, чтобы не мешать. Что же могло так встревожить его?

И тут кот прыгнул! Я сначала подумала, что он хочет напасть на Медка. Олень шарахнулся в сторону. Рыск лапами раскидал в стороны каких-то маленьких, пищащих существ.

Рист выругалась и вскочила на ноги.

– Что это?

– Мёдины! Где-то неподалеку их гнездо, которое мы не заметили вчера!

Всюду кишели маленькие хвостатые человечки, чем-то очень похожие на саму Рист. Они копошились в наших вещах. Несколько десятков этих тварей пытались унести с лес так и не проснувшегося Лорина. Сама не ожидая от себя такой прыти, я кошкой прыгнула к ним. Обычно я довольно терпеливо отношусь к малому народцу – они меня не трогают и я их не трогаю, но брата я им утащить не позволю. Хотелось шарахнуть по ним чем-нибудь смертоносным. Но я ограничилась простым раскидыванием во все стороны. Мёдины что-то противно пищали на своем языке, один даже попытался меня укусить. Я раскрутила его за хвост и запулила куда-то в темноту, чуть не оторвав роскошную пушистую кисточку на конце хвоста. Ничего, не разобьется, эти ребята всегда приземляются на четыре лапы, как кошки.

Странно, что ни волчицы, ни Эльва не просыпаются. Обернувшись к Рист, я увидела, что она не дает увести нашего оленя. Медок был похож на лунатика, чем и пользовались маленькие хвостатые бестии. Похоже, на нас напустили какое-то заклятие, но почему оно тогда не подействовало на Рыска и на нас с Рист. Я тут же изложила свои соображения подруге. Гилонн повела носом.

– И в самом деле! Как это я сама не заметила! – Рист сделала несколько пассов руками.

Назойливый медвяный запах усилился, став непереносимым, а потом резко пропал.

Эльва подскочила как ужаленная. Мёдины полетели во все стороны. Верная с Мглой просыпались куда медленнее.

Я отняла у коротышек свою сумку, выудив со дна фонарик, засветила его и подкинула в воздух. Все вокруг озарил чистый белый свет. Мёдины пронзительно заверещали, свет болезненно ударил по их чувствительным глазам. Мы тоже на некоторое время ослепли. Одна Эльва успела заслонить лицо руками. Кое-как проморгавшись, я увидела, что гилион держит в когтистой руке какое-то крупное, упитанное, активно вырывающее существо.

Это оказался мёдин, но какой здоровый! Среди своих собратьев, которые были не больше обычной белки размером, он казался настоящим исполином. Его голову украшало что-то вроде гнезда из перьев. Остальные коротышки застыв наблюдали за дерганиями толстяка.

– О! – Рист подошла к гилион. – Тебе удалось поймать Вигу!

Эльва глухо зарычала и замахнулась на пленника когтями. Мёдин заверещал, и в унисон ему начали вторить и все остальные.

– Что он говорит? – спросила я у Рист.

– Отпустить просит. Говорит, что раскаивается и больше не будет.

К моему удивлению, Рист что-то тоже проверещала тоненьким голосом.

– А кто он такой? – спросил я у Эльвы потихоньку.

– Вига. Он у них вроде Белой Матушки гилоннов. Божество, – гилион встряхнула мелкого, пытавшегося обвить хвостом ее запястье.

– Знаешь, что мне сказал Вига?

– Рист, откуда же я могу знать, я же не говорю на языке мёдинов!

– Не злись. Он говорит, что их обманул ллиннэх, представившийся Хранителем. Он сказал, что мимо их дома будут проезжать вилийцы-захватчики и попросил мёдинов задержать их.

– А это значит, что Фарн знает о нашей затее. Ты что не видел, что мы не вилийцы! – я, угрожающе прижав уши, нависла над Вигой.

Мёдин сжался, а потом что-то пропищал, указывая пальцем на Лорина.

– Он говорит, что они увидели вилийца и решили, что тот взял в плен Аанэй Тэйн и Вэй ан Лланна.

– А меня тоже взял в плен? – оскалилась Эльва.

У Виги уши задрожали крупной дрожью.

Я тяжело вздохнула.

– Рист, объясни им, как все обстоит на самом деле.

Гилонн кивнула. Эльва, уставшая держать упитанного мёдина на весу, посадила его на траву.

Сквозь коридор отпрыгивающих при моем приближении человечков я направилась к Лорину. Брат так и не проснулся. Лицо его побледнело, вокруг глаз залегли темные круги. Во мне заклокотала темная ярость, я с трудом справилась с собой и приступила к лечению. Однако все мои усилия пропадали даром. Хотя на щеки Лорина вернулся румянец, и он больше не походил на тяжелого больного, разбудить брата мне так и не удалось.

Рист бесшумно подошла сзади и положила руку мне на плечо.

– Я не могу его разбудить! – я с отчаянием посмотрела на подругу.

– Успокойся. Последствия отравления ты сняла. А сами чары действуют недолго, думаю, что к утру твой брат проснется.

– Ты уверена?

Та, которую называли Белой Матушкой, мягко мне улыбнулась.

– Уверена. Оставь его. Давай приберемся после нашествия и поспим хоть немного, завтра у нас опять целый день в пути.

Мёдинов и след простыл. Ущерба они причинили немного, но вот раскидать вещи умудрились по всей поляне.

– Ну вот и все! – Рист выудила из кустов случайно закинутое туда одеяло и расстелила его рядом со вновь разожженным костром.

Я уселась рядышком с ней. С другой стороны ко мне привалилась мохнатым боком Мгла, сзади устроился Рыск. Стоило погладить волчицу, как кот перебрался через Рист и улегся мне на ноги, как тяжелое, но теплое одеяло.