Радуга Ллинн-Хейма - Гуськова Татьяна - Страница 77

Вдруг между ними взметнулась черная тень, раскидав их в стороны. Яр отнял от губ флейту, и на поляну опустилась тишина. Было слышно как тяжело дышит Эльва, судорожно втягивая воздух сквозь сжатые зубы. Глаза гилион светились, как угольки.

– Ты чего? – Рист, удивленно глядя на девчонку, поднялась с земли.

– Он мой!

Лорин тряхнул головой, переводя ошарашенный взгляд с одной девушки на другую. Я попыталась вмешаться, но Авин шикнул на меня, пусть мол сами разбираются.

– А у него ты не хочешь спросить? – нарочито неспешно Рист отряхнула одежду.

– Он бы выбрал меня! Если бы ты не липла к нему, как репей!

Вэй ан Лланна насмешливо изогнула бровь и посмотрела на Лорина, тот тоже успел подняться.

– Я к тебе липла?

Он покачал головой, такого от нашего путешествия брат явно не ожидал.

– Ложь? – и тут Эльва вцепилась в распущенные волосы Рист.

Девушки, шипя, рыча и ругаясь, повалились наземь и принялись мутузить друг друга. Гилионы признанные бойцы, но и Рист ничем не уступала своей сопернице. Щелкнув хвостом, она отбросила Эльву в сторону, потом они вновь кинулись друг на друга, как две разъяренные кошки. Во все стороны летели клочья одежды и вырванные волосы.

Аргон уловил мгновение и, проскользнув мимо застывшего столбом Лорина, оттащил Эльву в сторону за шиворот. Рист бросилась было за ней, но Лорин не растерялся и, схватив девушку в охапку, утащил куда-то в темноту.

Некоторое время на поляне царила ошарашенная тишина, потом все зашевелились, загомонили. Яр, не дав этим разговорам перерасти в перепалку, заиграл еще более веселую и задорную мелодию. Айли решили не упускать такую возможность и резво пустились в пляс.

Я все оглядывалась по сторонам, ожидая пока Лорин с Рист вернуться. Но они все не появлялись и не появлялись. Чуть в стороне от танцующих Эльва рыдала в плечо необычайно этим довольного Аргона. Похоже, все при деле, одна я скучаю. Даже Авин пляшет сразу с парой девушек айли. Тихонько, чтобы не привлечь к своему бегству внимания, я поднялась и направилась в лес. Время было уже позднее, в голове бродила только одна мысль – поскорее добраться до дома и лечь спать.

Шорох за спиной заставил вздрогнуть. Я резко обернулась, сплетая пальцы для боевого заклинания, но это был всего лишь Наэлл. И тут я поняла, что мы одни и в лесу. По спине побежали ледяные мурашки.

– Синнора, ты чего перепугалась? – голос гренна был необычайно мягок, так разговаривают с пугливыми животными и маленькими детьми.

Непроизвольно я сделала шаг назад.

– Как ты? Тебе полегчало?

– Да, – он кивнул. – Я тебя до деревни провожу, – Наэлл бесцеремонно взял меня под руку. – Нечего одной ночью в лесу бродить.

– Я вполне способна защититься! – фыркнула я.

– Я шел за тобой от самой поляны и пока не пошумел, ты даже не замечала, что за тобой кто-то идет. Я так и знал, что ты там долго не усидишь.

– Но кому придет в голову нападать на меня?! – возмутилась я, глядя на своего спутника.

И тут Наэлл резко остановился. Гренн прижал уши и оскалился, блеснув острыми белыми клыками.

– Что?.. – задать вопрос я не успела.

В нескольких шагах от нас на тропинке стоял Фарн. Его фигуру четко обрисовывал свет луны. Все те же разные глаза, чуть поблескивающие в темноте, обвисшее ухо, покрытое шрамами лицо… Вот только взгляд был не уверенный, как раньше, а какой-то умоляюще-растерянный.

– Фарннан!

Мужчина моргнул, на его груди виднелось слабо светящееся ожерелье Хранителя.

Наэлл зарычал, затрясся. Я, что было сил, вцепилась в его руку.

– Уйди зверь! – Фарн прищурился.

Неожиданно Наэлл расхохотался.

– Прямо разбежался! Оставить тебя с ней наедине! Ха!

– Я с легкостью обращу тебя в пыль, – сказал спокойным голосом Фарн, кладя руку на ожерелье.

Я загородила упрямого кота своим телом.

– Наэлл, уйди! Я сама справлюсь!

– Синнора, не говори глупостей! Ты не столь могущественна, чтобы справиться с Хранителем!

Некоторое время мы толкались перед Фарном, отбивая право защитить собой другого, потом я посмотрела на самозванца.

– Можешь убрать его отсюда, но не причиняя вреда?

– С легкостью, – спокойно сказал Фарн и взмахнул рукой.

Наэлл даже вскрикнуть не успел. Фигура гренна растворилась в ночном воздухе.

– Что ты с ним сделал?

– Просто переместил. Не волнуйся, он уже мчится сюда. К утру доберется.

– Хорошо, – я кивнула.

– А теперь расскажи, как тебе это удалось! – Фарн сделал ко мне несколько быстрых шагов, схватил за плечи и встряхнул.

– Что удалось? – голова моталась из стороны в сторону.

– Удалось вызвать меня?! Я знаю, что это не удалось Пресветлому королю, я чувствовал его жалкие попытки. Даже ему не удалось! А ты – девчонка! Жалкая полукровка!

С трудом, но я все же стряхнула его руки.

– Не смей так говорить со своей королевой! И знай – моя кровь чиста!

– Но как же? – Фарн вздрогнул и отступил. – Как же те, что были с тобой? Ты назвала одного из них своим братом…

– Он и есть мой брат. Не по крови, так по духу. И я любого за него разорву, как и он – за меня.

– Вилийцы не могут испытывать к нам родственных чувств!

– Почему? Я знаю, что ты долго пробыл в заточении и не испытываешь к ним добрых чувств, но меня воспитала вилийка. Я восемнадцать лет жизни провела среди вилийцев. И все, кто знаком со мной, любят меня. Я не говорю о глупцах. Таких полно везде, но они дурно относятся не только к ллиннэх, а к любому, кто отличается от них хоть чем-нибудь. И я хочу сделать так, чтобы в Вилии первых было больше, чем вторых. Ты знаешь, как ничтожно мало нас осталось. И нам сейчас нужен крепкий мир со всеми, но уж никак не война, которая добьет наш народ. И я добьюсь этого мира!

– Глупости! Нам не нужен никакой мир! Нам нужна сила! Чтобы защититься от всех этих!

– И где же ты возьмешь эту силу?

– Я сам стану это силой! Я сумею всех защитить! – Фарн с обезумевшим лицом потряс ожерельем.

– Что же ты не смог защитить греннов, когда на них обрушилась беда?

– Просто моя сила не до конца вернулась ко мне! Но вот она вернется! И тогда…

Неожиданно нить порвалась. Ожерелье Хранителя рассыпалось. Фарн пытался поймать продолговатые бусины, перехватить их в воздухе, но они падали на землю, превращаясь в капельки росы. Мужчина как утопающий за соломинку уцепился за оставшийся в ладони кулон из белого агата, но и тот истаял, как клочок утреннего тумана.

Ночь пролетела быстро, по крайней мере, мне так показалось. Больше всего я боялась, что Фарн что-нибудь с собой сделает, поэтому не отходила от бывшего Хранителя ни на шаг. Гибель ожерелья ошеломила меня, а Фарна вообще повергла в ступор. Он пустыми глазами смотрел перед собой и не отзывался, хотя безропотно позволил увести себя в деревню.

Из айли никто не вернулся, видимо они, напраздновавшись, так на берегу озера и уснули.

Мы с Фарном вдвоем сидели на бревнышке, когда из леса вывалился растрепанный и чумазый Наэлл. Гренн остановился передо мной, уперев руки в колени и тяжело дыша.

– Жива?!

– А чего со мной сделается! – улыбнулась я.

– Этот не причинил тебе вреда?

– Скорее уж я ему…

Наэлл подошел и помахал перед лицом Фарна рукой, тот никак не отреагировал.

– Что же ты с ним умудрилась сделать?

– Не знаю, – беспечно сказала я, закидывая руки за голову и облокачиваясь на стену хижины. На душе отчего-то было легко-легко. И утро будто радовалось вместе со мной, над озером, над туманом вспыхнула яркая радуга. Гренн посмотрел на нее, прищурившись, потом покачал головой и побрел куда-то прочь.

А вот Рист с Лорином выбирались из кустов неспешно, крадучись, держась за руки. Увидев меня в компании Фарна, они застыли. Лорин густо покраснел.

– Синни! Я… Мы…

– Да не маленькая. Догадалась, зачем вы всю ночь по кустам шлялись.

Рист счастливо улыбнулась.

– А ты, я гляжу, тоже времени зря не теряла.