Пепелище славы - Джолли Роджер Д. - Страница 70

– Кажется, ты уже знаешь, что хочешь попросить?

– Ты проницателен… Белый Вождь.

Белый Вождь? Похоже, Ригги хорошенько постарался, распространяя придуманное им прозвище.

– Тогда не будем тянуть. Ришнар улыбнулся своей искривленной шрамом гримасой.

– Хорошо. Это серьезная сделка, и мне хотелось бы заранее оговорить все условия. Начнем с моей стороны. Чего скрывать – я старый интриган, затем вы меня и позвали. И все четыреста с лишком лет опыта я готов предложить вам. Если честно, последние полтора века в этих горах было смертельно скучно. Похоже, перед самым концом мне выпал шанс от души поразвлечься.

– Где гарантии, – оборвал его Орог, – что твои «развлечения» не обернутся против нас же?

– Какой мне смысл вас предавать? Ваша сторона куда интереснее, чем позиция Совета Кланов.

– Сегодня одна интересная сторона, – фыркнул Шенгар, – завтра другая. Вчера ты драпал от Черного Солнца по горам, сегодня припомнил, что это твой клан… Предложи-ка что-нибудь повесомее.

– Моя клятва вас устроит?

– Нет! – хором ответили братья.

– Но какие еще гарантии я могу предоставить? – удивился старый орк. Орог с Шенгаром переглянулись, и «Белый Вождь» нехотя процедил:

– Хорошо, пусть будет клятва. Ты принесешь клятву верности на крови.

– Но так приносится лишь присяга Темному Владыке! – попробовал возразить Ришнар.

– Вот и отлично, – отозвался Орог. – Владыка погиб, а значит от присяги ты свободен. Ничто не мешает принести ее кому-нибудь еще. Сотник немного помедлил, обдумывая неожиданный поворот, потом кивнул:

– С некоторым условиями, согласен. Условия озвучу в числе остальных.

– Ты так и не сказал, что хочешь получить от нас, – напомнил ему Орог.

– Для начала я желал убедить вас в честности сделки. Чтобы цена не показалась чрезмерной. Кстати, кроме плетения интриг, я имею достаточный военный опыт. Война с бородатыми и сотня лет сверх того. На севере вы превратились в искусных воинов и следопытов… Но железное вооружение и большие кампании требуют своего подхода. Я могу вернуть утраченные знания. Шенгар скривился:

– Прямо боюсь предположить, что такая незаменимая особа может потребовать взамен!

– Не слишком много за присягу на крови. Я хочу получить обратно Черное Солнце, мой клан. Братья непонимающе взглянули друг на друга, потом на старого орка.

– Ты хочешь стать его вождем? – осторожно уточнил Орог.

– О нет, зачем мне это! Место вождя могло стать моим уже два столетия назад. Похоже, вы меня недопоняли. Мне нужен клан. А не горстка тупорылых стареющих бестолочей.

– Но как мы его тебе обеспечим? Когда юноша становится мужчиной, он может выбрать любой клан, согласный принять его. Если Черное Солнце войдет в Совет, то сможет соревноваться за молодых воинов наряду с остальными. Но принудить кого-то к выбору невозможно!

– Как ты себе это представляешь, Белый Вождь? Нас осталось шестеро. Мы уже немолоды, уступаем вам в размерах и силе, боимся солнечного света. У нас нет вождя и никого, достойного занять это место.

– И что ты предлагаешь с этим делать?

– Черному Солнцу нужен вождь, способный увлекать за собой. Среди оставшихся в клане таких нет. Он должен прийти извне.

– То есть, достаточно уговорить одного? – предположил Орог. Ришнар хитро усмехнулся:

– И снова не угадал. Неопытный юнец не годится на роль вождя. Есть старый ритуал, когда два клана обмениваются воинами. Обычно это происходило при окончании войны, но не только. У вас сохранился этот ритуал?

– Старейшины говорили о чем-то подобном

– Что ж, тогда это и есть мое главное условие. Я отдаю вам свои знания и клятву верности, а вы даете Черному Солнцу вождя. Пусть Ригги уходит в новый клан – он самый молодой, и все равно целыми днями таскается за своим Белым Вождем.

– Какой придурок, интересно, согласится идти к вам в вожди! – презрительно хмыкнул Шенгар. Кривая улыбка Ришнара стала совсем отвратительной:

– Ты, мой юный недруг.

Со странным звуком, напоминающим то ли сдавленное рычание, то ли захлебнувшийся кашель, молодой охотник вскочил на ноги и бросился на старика. Точнее, попытался броситься: брат вовремя вцепился ему в плечи, не позволяя добраться до горла седовласого сотника. Силы Орога, подорванные голодовкой, восстанавливались стремительно, а вот Шенгар после ран и затяжной болезни находился не в лучшей форме.

Некоторое время Ришнар любовался на потенциального вождя, злобно бултыхающегося в мертвой хватке брата, затем спокойно продолжил:

– Клятву верности я принесу именно вождю, и никому другому. Так будет справедливо. – И прибавил напоследок: – Я не требую ответа немедленно, но эти условия последние. Ваше право отказаться. Вы оба можете далеко пойти, но до настоящих предводителей вам пока как мальчишке с деревянным мечом до первого воина клана. Мне будет жаль, если вас раздерут на куски на собрании завтра утром. С этими словами он неспешно развернулся и покинул шатер.

– Да отпусти ты меня уже! – огрызнулся Шенгар. Старший брат разжал свои стальные объятия.

– Ты сам предложил его пригласить, – напомнил он.

– Ты хоть понял, к чему клонит этот старикан? Орог невозмутимо пожал плечами:

– В чем-то он прав.

– Да?! – Шенгар яростно тряхнул всеми двадцатью косами. – А как красиво у него выходит, ты не заметил? Два клана, два вождя. Подчиняется он, между делом, лишь своему собственному… Старикан только что попытался вогнать между нами первый клин!

– Да заметил я, заметил. А вот ты заметил, что тебе только что предложили сделаться вождем?

– Угу. Чтоб я собрал ему новый клан, а потом тихонько получил нож между лопаток?

– С присягами на крови не шутят. Даже такие, как он.

– Орог, тебе кто из нас двоих брат? Я или Черное Солнце?

– Два клана в Совете из тринадцати. Плюс еще старейшина, а то и не один…

Шенгар понял, что брат принялся рассуждать вслух, позабыв о его существовании.

– Чтоб тебя эльфы вниз головой подвесили! – зло воскликнул он. – В Совете у него уже два клана! То, что я не согласен на эту чепуху, тебя уже не волнует?

– Я просто попытался прикинуть.

– Не играй дурачка, Орог. Уж я-то тебе не поверю. Да-а, братец. Я, конечно, догадывался, что будущие Темные Владыки на смертных не размениваются, но чтобы вот так…

– Да что с тобой, брат?!

– Ничего. Коль уж тебе так не терпится скормить меня обнаглевшему старикану… Я подумаю.

ГЛАВА 9.

«Отдыхал от ужасов плена» Ривендор уже второй день. Занятие это не доставляло ему совершенно никакого удовольствия. Но альтернатива была еще хуже. Бесцельное торчание в шатре позволяло хотя бы не видеть ежемоментно эльфийских лиц, не разговаривать и вообще не предпринимать никаких действий.

Последнее обстоятельство радовало его больше всего: первый же самостоятельный шаг, предпринятый по велению сердца и без оглядки на других, обернулся убийством принца. Следующим принятым решением оказалось присоединение к урук-хаям – и теперь, его милостью, Нириэль и Алангор заперты в качестве орочьих заложников в старом руднике. Потом он счел долгом спасти Харлака – который, между прочим, мог и повнимательнее под ноги глядеть! И ситуация из просто скверной превратилась в ужасную.

Ривендор не мог и представить, что ему придется выбирать между словом чести и преданностью собственному народу. Для того, чтобы сохранить верность данному слову и жизнь товарищей, надо всего лишь сказать неправду Тандегрэну – по сути, дать другое слово, заведомо лживое. Которое может, к тому же, привести отряд в ловушку.

Две жизни или три десятка? Двое друзей или тридцать полузнакомых эльфов? Арифметика, которую он давеча так лихо растолковывал урук-хаям, отползала на брюхе в сторонку, отказываясь давать ответ.

Впрочем, чего теперь думать… Он уже солгал. Даже сам удивился, как гладко и непринужденно материализовалась на ходу история про старый орочий клан Черное Солнце, оставшийся в подземельях со времен войны. Вероломно напавший на беззащитную экспедицию. Что с принцем? Неизвестно. Он, Ривендор, с двумя товарищами оказался отделен от остальных и не знает ничего об их дальнейшей судьбе. А потом ему удалось бежать. Сколько орков в клане Черное Солнце? Что-то около десяти. Где находится их убежище? Он не помнит – бежал в темноте и беспамятстве, не веря в собственное спасение.