Возвращение в рай - Хенке Ширл - Страница 72

— Я уже сказал вам — она спасла мою жизнь. Я ей многим обязан.

Громкий звук снаружи избавил Бенджамина от дальнейших объяснений.

Взглянув на окна, Аарон увидел настоящего волка, внимательно смотрящего на него. Рука Аарона потянулась к мечу. Риго остановил отца и с улыбкой повернулся к Бенджамину.

— Кажется, этот волк не очень-то слушается твоих команд.

— Он слушается их не больше, чем его хозяйка, они оба дикие дети природы. — Бенджамин направился к двери. — Не бойся его, мама, — успокоил он Магдалену. — Это друг Рани, и он не сделает никому ничего плохого.

Через некоторое время Бенджамин вернулся в комнату, ведя за собой Веро. Тот уселся посреди комнаты и принялся разглядывать Аарона и Магдалену, наклонив набок голову.

— Итак, вы знаете, где Бриенн прячет свой корабль? — продолжил Бенджамин прерванный разговор.

— Мы догадываемся. Но надо очень хорошо все обдумать, прежде чем отправляться туда снова. — Теперь уже Аарон беспокойно расхаживал по комнате. — К тому же в этом замешан еще и Эльзоро.

— Эльзоро? Плантатор, который живет к югу от вас? Но как…

— Эльзоро не тот, за кого себя выдает, — ответил Риго.

И добавил: — Какой-то Рейнард заплатил пиратам Бриенна за мою жизнь.

— Ты с поразительной скоростью завоевываешь себе врагов, Риго. Но мне наплевать на Рейнарда и Эльзоро, или как там его зовут. Мне надо спасти Рани. Я отправлюсь к этой пещере один.

— Не будь дураком, Бенджамин! — Голос Риго вдруг стал холоден и резок. — Похищение Рани — это часть хорошо обдуманного плана. Они убьют вас обоих. Им нужен я. Поэтому пойдешь не ты, а я. Мне кажется, я знаю, зачем им нужна моя жизнь.

— И ты думаешь, мне будет приятнее, если вместо Бенджамина убьют тебя? — насмешливо спросил Аарон. — Нет, все будет по-другому. Мы попросим наших друзей тайно отправиться к пещере и разведать все об этом корабле. Думаю, Рани в безопасности. Они используют ее как приманку для нас. Но то, что мы знаем о связи Бриенна и Эльзоро, дает нам некоторое преимущество, которое надо использовать.

— Ваш отец, как всегда, прав, — поддержала Аарона Магдалена. — Мы быстрее спасем Рани, если будем точно знать, что они задумали.

— Ну что ж, будем надеяться, что тайно и Бартоломео узнают что-нибудь важное. Но им все равно потребуется на это несколько дней, — согласился Риго.

— Может быть, и нет, — загадочно произнес Аарон.

Мириам положила Диего в колыбель и поцеловала. Сытый и сухой, тот моментально заснул.

— Смотри за ним хорошенько, Таней, — обратилась Мириам к молодой индеанке. — Если он проснется, позови меня.

— Да, госпожа.

Мириам ругала себя за то, что не может вернуться в зал после того, как встретилась с Бенджамином. Она прошла из детской в свою спальню. Риго не спал здесь вместе с ней с того самого дня, как родился Диего. Сегодня у Мириам появилась надежда на возвращение Риго. Но внезапный приезд Бенджамина похоронил эту надежду.

Хотя, какая разница? Если бы Бенджамин приехал неделей или годом позже, разве они с Риго не ощущали бы того же самого, что чувствуют сейчас. Мириам ждала Риго уже несколько часов. Праздник уже давно закончился, все гости разошлись, а она все ждала, что он придет к ней хотя бы для того, чтобы рассказать о причине приезда Бенджамина. Но Риго все не приходил. Он даже не пришел попрощаться с сыном на ночь.

«Я должна забыть свою гордость и пойти поискать его», — уговаривала себя Мириам. Дрожащими руками она накинула мантию на себя. Сейчас не имело значения, как она одета. Весь дом уже угомонился, коридоры были пусты. Она спустилась вниз и вышла на открытую галерею, окружавшую дом. Риго обычно спал в маленькой комнате около кухни и добраться до нее было проще именно по этой галерее.

Ночной воздух был полон цветочными ароматами. В далеком лесу все никак не могли угомониться птицы. Бесшумно Мириам двигалась вдоль стены, завернула за угол и… уткнулась в грудь Бенджамина. Она даже ойкнула от удивления.

Бенджамин тоже был в недоумении.

— Мириам, что ты делаешь здесь в такой поздний час?

— Могу я спросить то же самое у тебя? — ответила Мириам, удивленно разглядывая полуобнаженного и босоногого Бенджамина.

Веро бесшумно вышел из-за Бенджамина и уставился на Мириам. Бенджамин задвинул его ногой за себя, чтобы тот своим видом не смущал Мириам, и указал ей на каменную скамью, стоящую неподалеку.

— Что касается меня, — начал Бенджамин, — то я не мог спать. Наверное, это просто воздух дома. Я не представлял себе, что так соскучился по Эспаньоле. — Первый раз после приезда в Эспаньолу он улыбнулся ей. Эта улыбка убедила Мириам в том, что он прежний Бенджамин, которого она знала и любила в Европе. Но вдруг его глаза опять стали суровыми. — Кроме того, я не могу заснуть из-за Рани. Рани Янос, маленькая цыганка, с которой я познакомился в Италии. Ее похитили в Марселе и отправили сюда, в Эспаньолу.

— И ты пересек океан в поисках этой девушки?

— Надеюсь, я не опоздал. Если с ней что-нибудь случится, я никогда себе этого не прощу. — Выражение лица Бенджамина не оставляло у Мириам сомнений относительно его чувства к этой цыганке. Но вот он снова улыбнулся своей прежней улыбкой. — Кстати, я много думал над твоими словами и только теперь начинаю понимать, как ты была права — мы больше подходим друг другу как брат и сестра, чем как любовники.

— Просто ты влюблен в свою маленькую цыганку, — ласково ответила Мириам.

— Наверное, и здесь ты права. Хотя мне трудно представить, что я люблю маленькую дикую воровку из другого мира.

Мириам грустно улыбнулась.

— То же самое, если не хуже, говорили о Риго, когда ты привел его в дом дяди Исаака. Он тоже оказался вором, Бенджамин, он украл мое сердце. Если вы с Рани любите друг друга, ради Бога, не отказывайся от нее только из-за того, что она воспитана не так, как ты. Любовь встречается слишком редко, чтобы можно было ею разбрасываться.

Он внимательно посмотрел ей прямо в глаза.

— Да, ты опять права. В Эспаньоле намного свободнее, чем в Европе, и я надеюсь. Рани будет здесь хорошо… Если только я смогу вырвать ее из лап Бриенна. — Он опять загрустил и, немного помолчав, продолжал: — Извини меня за то, что я так холодно разговаривал с тобой и Риго при первой нашей встрече, просто во мне заговорило уязвленное самолюбие.

— Это я должна просить прощения за то, что произошло в Марселе. Это было жестоко и эгоистично с нашей стороны. Мы с Риго до сих пор не можем простить себе этого. — Ее глаза наполнились слезами.

Бенджамин взял ее лицо в свои ладони и заглянул в глаза.

— Я отвечу тебе твоими собственными словами, Мириам. Любовь слишком редка, чтобы ею разбрасываться. Если вы любите друг друга — оставайтесь вместе, несмотря ни на что. Тем более у вас есть сын, и в первую очередь вы должны думать о нем. А я должен сейчас думать о Рани.

— Спасибо тебе, Бенджамин, за все. — Мириам прикоснулась губами к его щеке.

Риго стоял в тени колонны, в противоположном конце галереи, и внимательно наблюдал за происходящим. Когда Мириам поцеловала Бенджамин, в его груди что-то глухо заныло. Он вдруг подумал, что не сможет выдержать всего этого. Поэтому он отступил назад и быстрым шагом пошел в стороны деревни тайно, решив, что лучше отправиться туда сейчас, не откладывая до утра.

Утром те гости, которые жили далеко от плантации Торресов и поэтому оставались в их доме на ночь, готовились к отъезду. В их числе были и Эльзоро с Розарио Васкесом. Они уже попрощались с хозяевами и вышли из дома, когда Розарио произнес, указывая в сторону.

— Что делают здесь эти ублюдки?

Он имел в виду четырех вооруженных стрелами воинов тайно, облаченных в церемониальные костюмы из перьев попугая. Они несли в руках большие носилки, украшенные роскошным балдахином. Из них вышел Гуаканагари, тоже в полном облачении, со всеми своими регалиями. Он громко, на чистейшем кастильском диалекте, обратился к собравшимся у дома людям.

— Я хочу говорить с достопочтимым Аароном Торресом. От толпы отделился Бартоломео де Лас Кассас. Он подошел к вождю, почтительно перед ним склонился и спросил: