Возвращение в рай - Хенке Ширл - Страница 74

Громкий стук со стороны въездных ворот не дал ему договорить. Мальчик тайно, вырвавшись из рук стражников, подбежал к Бенджамину и упал перед ним на колени.

— Вам послание от Святого отца, дон Бенджамин. — С этими словами он протянул ему сверток.

Мириам приказала слугам позаботиться о посланце, а затем присоединилась к Бенджамину, ушедшему в дом. Они прошли в библиотеку и разложили на столе несколько листов исписанной бумаги, среди которых оказалась небольшая книжка.

— Эта книга похожа на те, в которых ведут свои записи венецианские банкиры, — заметила Мириам.

Бенджамин бегло просмотрел листки и вскрикнул от удивления.

— Это переписка между капитаном Бриенном и Рейнардом, из которой ясно видно, что наш сосед виновен во всех набегах на плантации отца. Его люди воровали наших лошадей и жгли наши посевы. Но почему?

— Может быть, для того, чтобы заставить нас вернуться во Францию? — предположила Мириам. — Ведь если мы уедем отсюда, то Эстебан Эльзоро останется единственным плантатором во всей долине и ему не составит труда прибрать к рукам наши земли.

— Ты только послушай, что пишет этот пират Рейнарду! Он благодарит его за то, что тот сообщил ему дату отплытия каравелл отца, на которые он потом напал и разграбил две из них! Я сейчас же отправлюсь к Эльзоро и буду поджаривать его на медленном огне до тех пор, пока он не скажет мне, что Бриенн сделал с Рани.

В этот момент в комнату вошел Бартоломео Торрес. Услышав последние слова Бенджамина, он горько усмехнулся и протянул ему еще один свиток.

— Совершенно незачем отправляться к Эльзоро, — сказал он старшему брату. — Это послание от пиратов. Они требуют отдать им Риго в обмен на Рани.

Глава 28

— Идиот! Эта девчонка не нужна никому, кроме Бенджамина! А мне нужен не он, а Риго! Какое дело до того, что его брат потеряет свою грязную цыганку?

Эльзоро кричал на Бриенна, который стоял и спокойно улыбался в ответ.

— Успокойтесь, дон Эстебан. Эта девчонка так много значит для Бенджамина, что он уже прибыл в Эспаньолу за ней. И скоро он придет сюда, потому что я послал ему письмо. А там мы уже найдем способ, как добраться до Риго.

— Ты слишком много берешь на себя, Люк.

— Что может быть проще убийства одного полуиндейского ублюдка? Однако ни одна из ваших трех попыток не удалась, дон Эстебан. И теперь, когда я хочу вам помочь, вы заявляете, что я слишком много на себя беру.

— Ты прекрасно знаешь, что убить Риго не так просто, — уже спокойнее сказал Эльзоро. — Так что не слишком переоценивай себя. У Аарона Торреса более сотни вооруженных людей. В прошлый раз, когда они пришли к пещере спасать свою сучку, нам пришлось очень туго. Кстати, ты уверен, что это укрытие безопаснее того?

— Сколько лет мы уже пользуется им, и никто, включая индейцев, не догадывается о его существовании.

— Не недооценивай индейцев. Они знают джунгли как свои пять пальцев, и если нашли ту пещеру, то вполне смогут найти и эту. Ну что ж, мне тут больше делать нечего. Я возвращаюсь домой. Если схватишь Бенджамина Торреса, дай мне знать.

Люк Бриенн подошел к Рани, лежавшей связанной на полу.

— Ведь мы с вами знаем, что Бенджамин непременно придет, верно, мадемуазель Янос? — Он наклонился к ней и провел рукой по ее смуглой щеке.

Она ругала себя за то, что пыталась бежать. Эта попытка не удалась, ее схватили, связали и привезли сюда, в эту темную пещеру. Увидит ли она когда-нибудь снова солнечный свет? — Увидит ли она когда-нибудь Бенджамина?

В этот момент в пещеру зашел Пьеро и, увидев, что капитан гладит Рани по щеке, еле сдержал возмущенный возглас.

— Итак, Рани у Бриенна. Разведчики тайно выследили его корабль и нашли то место, где он ее прячет. Они говорят, что охрана у нее не очень большая, поскольку Бриенн уверен, что никто не знает, где она находится, — Бенджамин сосредоточенно думал.

— Бенджамин, даже не думай о том, чтобы идти туда одному. Меня тоже держали в такой пещере. Это целые подземные лабиринты, запутанные и бесконечные. Давай пошлем за Риго.

— Веро не даст мне заблудиться в лабиринтах. К тому же он очень быстро найдет Рани. Я возьму с собой наших людей и воинов-индейцев. А вот ты пойдешь к Риго, и вы вместе, выясните, чем сейчас занимается Эльзоро. — Бенджамин на секунду задумался. — Разделаться с Эльзоро не так просто. Он имеет слишком большой вес в политических кругах Санто-Доминго, и нам нужны неопровержимые доказательства его вины.

С этими словами Бенджамин отправился собирать людей, а Мириам пошла к тайно. Гуаканагари, предупрежденный о ее приходе, вышел ей навстречу. Его лицо было мрачно.

Мириам почувствовала недоброе.

— Гуаканагари, я пришла к тебе за своим мужем. Он здесь?

— Я рад, что ты пришла, — ответил старый вождь. — Мой племянник в большой печали, которую он не поведал никому. Он пришел сюда два дня назад и попросил меня убрать из нашей деревни церковного человека, что я и сделал. Потом я послал гонца к брату Бартоломео в дом Эльзоро;

тот вернулся назад с посланцем от него. Но Риго совершенно не интересуется тем, что происходит.

— Где он?

Гуаканагари сел на камень рядом со входом в хижину и пригласил Мириам последовать его примеру.

— Твой муж здесь. Но он не желает никого видеть. После этих слов он поднялся и куда-то ушел, предоставляя Мириам делать то, что она считает нужным.

В хижине было сумрачно и сильно пахло какими-то травами. Мириам на мгновение зажмурилась, стараясь привыкнуть к полумраку. Открыв глаза, она сразу увидела Риго, лежащего на циновке в дальнем углу хижины. Он не поднялся ей навстречу, только повернул голову в ее сторону. Даже в темноте Мириам увидела, что его щеки обросли щетиной. Вид мужа не предвещал ничего хорошего.

Риго потянулся за бурдюком с вином, который стоял рядом с его циновкой. Сделав большой глоток, он поставил бурдюк на место, так и не удостоив Мириам ни словом, ни взглядом. Тут Мириам поняла, что с ним.

— Ты пьян, Риго!

— Вряд ли достаточно пьян, хотя осушил уже три или четыре таких бурдюка. Но какое тебе, собственно, до этого дело? Оставь меня, Мириам. — Он повернулся к ней спиной.

Она даже задохнулась от возмущения.

— И ты здесь лежишь, наслаждаешься одиночеством, тогда как твой брат отправился сражаться с пиратами! Риго нехотя поднялся и подошел к жене.

— И ты, конечно же, рада пожертвовать мной ради его спасения?

— Что ты такое говоришь, Риго? Он ведь твой брат!

— И твой любовник.

Мириам даже отступила назад от неожиданности.

— Мой любовник? Что за чушь! Неужели ты еще не понял до сих пор, что я его люблю так же, как и ты, — как брата.

— Не надо громких слов, леди. Я видел собственными глазами вашу милую сцену той ночью, в галерее. Вы там обнимались и целовались. Если это не называется любовью, о тогда я просто не знаю, что такое любовь.

Наконец Мириам поняла, о чем идет речь.

— Ты видел меня с Бенджамином, когда мы разговаривали после праздника в честь Диего. Я тогда пошла искать тебя, мой господин, потому что ты уже в течение нескольких месяцев не оказывал мне чести своим появлением в нашей супружеской постели. Я просто не смогла тебя больше ждать и пошла искать тебя сама, как и сейчас… и оба раза безрезультатно, — она отвернулась, чтобы он не заметил ее слез. — Бенджамин любит свою маленькую цыганку Рани, — прошептала она. — И он уже давно простил нас обоих. Более того, он считает, что я правильно поступила, идя за своей любовью несмотря ни на что. Она опять повернулась к мужу.

— Мы с Бенджамином никогда не сможем любить друг друга, как муж и жена. Может быть, мы с тобой, Риго, тоже никогда не сможем этого.

Она ждала ответа.

Риго пришлось собрать всю свою волю, чтобы не сжать ее в объятиях.

— Я люблю тебя, Мириам. Этого достаточно? — Он не шелохнулся.

«Он не верит, что я люблю его!» — Эта мысль внезапно обожгла Мириам.