Эпоха неизвестного героя (СИ) - Куприянова Мария - Страница 13

– А как же кристаллы? С ними любой может стать магом!

– Именно потому, юноша, сейчас Анделор переживает самые худшие свои времена…

– Вы не видели, что будет потом, – пробормотал Николай, но Адамар сделал вид, что его не услышал.

Глава 5

Несколько часов подряд прорицатель рассказывал о жителях пяти королевств. Но короткого промежутка времени едва хватило на то, чтобы усвоить основное.

Кирэмцев, или 'позолоченный народ', Аунара щедро одарила своими искрами. Собственно, Аунарой здесь называли самую яркую и самую горячую звезду – Солнце. Как и любое светило, оно вызывало чувство благоговейного страха, его чтили и ему поклонялись, особенно кирэмцы. Они считали, что именно Аунара подарила им мирный и лучезарный характер, желтые волосы, золотую кожу. При том что Николай много путешествовал, он мало кого встречал на своем пути. В районе Аркалана, как и в самом городе, границы которого по его прикидкам и затрагивало ранее королевство Кирэм, 'золотых людей' ему увидеть не удалось.

Лайранцы являлись пастухами и коневодами. Адамар не поскупился на эпитеты, обозвав их и глупой деревенщиной, и жалкими скотоводами, и безмозглыми баранами. Как выяснилось, они чересчур пекутся о своей животине, для них лошадь равна взрослому человеку, овца – ребенку. Впрочем, где-то их можно понять, ведь кроме резвых скакунов да необычайно теплой и мягкой шерсти, у них ничего нет. Внешне лайранцы рослые, широкоплечие, лица круглые, открытые.

С шайнаррцами дело обстояло сложнее. Буйные северные племена, с почти что пещерными нравами и воинственным характером, в свое время доставили немало хлопот соседним королевствам.

– Не понимаю, – возмущался Адамар, – куда делась цивилизация, привнесенная Кроном? Наверное, улетучилась вместе с огнем, на котором они сжигают усопших! Сейчас там, вроде, правит Дараг – вождь самого сильного и многочисленного племени, авала-дхэ. Говорят, с гномами проще найти общий язык, чем с ним.

– Моя мать родом с севера, – заметил Коля. – Ее отдали в подарок моему отцу, как вещь. Как можно поступить так?

– Так значит, в вас течет шайнаррская кровь? Странно, – Адамар заинтересованно прищурился, разглядывая собеседника, – ни светлых волос, ни белесой кожи, ни зеленых глаз. Вы совершенно не похожи на шайнаррца, однако, смотрите, не проговоритесь им о своем происхождении. Да, северяне могут унизить женщину, продать ее или подарить, но если она понесла от иноземца – это великий позор, который карается смертью матери и ее несчастного ребенка. Так что северяне казнят вас только за то, что вы являетесь нечистокровным шайнаррцем.

Коле показалось, что он только сейчас начал разбираться в том мире, куда его занесла судьба. И дело даже не в конкретной эпохе, а в общем укладе. Он никогда не задавался вопросом, что чувствовала его мать, когда приняла ухаживания отца? Когда забеременела и родила двух сыновей? По сути, она совершила большой грех, ведь ее наверняка подарили для утех, но никак не для деторождения. Что чувствовал отец, влюбленный в северянку, наслышанный о царящих там нравах? Как удалось им порвать барьер предрассудков и наладить совместную жизнь? А остальные жители? Они все настолько разные, что диву даешься, как удалось Хранителям объединить их своей властью!

Адамар не замечал задумчивости своего ученика, а продолжал лекцию. Следующее королевство, видимо, больше всех злило прорицателя. Не без причины, похоже. Потому что назвать нагарцев самой бесполезной кучкой идиотов во всем Анделоре мог только человек, знакомый с ними не понаслышке.

– Тамошнюю власть один за другим сменяют маразматики с разжиженными мозгами, – презрительно скривился маг. – Хорошо нынешний хоть 'правильный', а то ведь Рэмиус Четырнадцатый в свое время населил свой замок не женщинами, а трепетными юношами. Тьфу! – он смачно сплюнул себе под ноги. – Но я, конечно же, выражаюсь в адрес исключительно верхушки. Простой люд не виноват в том, что ему угораздило родиться нагарцем. Мне сложно выделить какой-то определенный тип их сложения или цвета кожи, в центральном королевстве больше всего полукровок. Это обусловлено довольно лояльной политикой в адрес смешанных супружеских пар. Если быть кратким – то Нагарское королевство самое разгульное, самое свободное от предрассудков место. Мне кажется, именно потому там рождается больше всего магов. В новой крови всегда больше плюсов, чем минусов. И, как понимаете, нордольцев я оставил напоследок.

– Слушаю и внимаю, – с готовностью ответил Николай.

– Вот с кем бы я не хотел пересечься в темном переулке, так это с кем-нибудь из нордольцев, забери туман их души! Допускаю, что когда-то они были славными ребятами, однако ж, власть и богатство развращают. Думают, им все дозволено, и их поведение будут терпеть в других королевствах! Вот Ратхарг, провались он в подземный мир вместе со своим яракалом, тоже промышляет на чужих землях, и никто, заметьте, никто не смеет ему перечить! А все почему? Боятся! Знаете, я бы тоже не осмелился выступить против банды осоловевших от денег и безнаказанности арисаллов.

– Арисаллов? Вы сказали арисаллов? – встрепенулся Николай.

Он никогда не смог бы забыть путешествие сквозь желтый туман на борту 'Черного крыла', шхуне, принадлежавшей храброй капитанше Айрис, тоже арисаллке. Несмотря на то, что о 'свободных искателях попутного ветра' ходили противоречивые легенды, твердящие о том, что они мало чем отличаются от пиратов, с Айрис Николаю повезло. Может, просто потому что она положила на него глаз и не показывала свой истинный норов.

Конечно, не все нордольцы являлись арисаллами. Среди них встречались и честные торговцы, которые становились жертвами тех же 'свободных искателей'. Но что бы кто ни говорил, им всем одинаково повезло. Ведь Туманное королевство оказалось единственным, имеющим выход к морю, а потому все контакты с волшебными землями проходили исключительно через него. Внешне нордольцы отличались довольно высоким ростом, белоснежной кожей, черными волосами и чуть раскосыми глазами.

– А что же Эрмильское княжество? Что известно о нем? – не удержался от вопроса Николай, когда Адамар закончил знакомить его с землями людей.

– О! – вздохнул маг.– Почти ничего, кроме того, что оттуда привозят восхитительное вино, и того, что там самая высокая смертность среди населения. Впрочем, сей факт не отталкивает искателей приключений и охотников за драгоценностями нетронутых эльфийских земель. Вот, пожалуй, и все. Конечно, многое я не успел вам рассказать, о флоре, о фауне, о магии и обычаях нашего мира, однако, боюсь, невозможно все уложить в единственный день. Я вам дам несколько весьма информативных книг, прочтете на досуге.

Прорицатель метнулся к возвышающимся с пола столбикам книг и принялся водить пальцем по их корешкам, что-то бурча себе под нос. Коля же встал и потянулся. За несколько часов сидения на пуфике ноги у него изрядно затекли. Голова гудела от полученных сведений, исторические факты, наспех втиснутые в память, отказывались раскладываться по положенным местам, а так и зависли, перемешанные в общей куче. Требовалось время, чтобы усвоить все сказанное магом. Только одно осталось еще не проясненным.

– Адамар, – с волнением произнес юноша, разглядывая свою руку. Вопреки всем его желаниям, чешуя на запястье продолжала разрастаться и теперь выходила за пределы наручей. – Вы еще не сказали, где найти второй кристалл. Первый, как я понял, у Ратхарга?

– С какой стороны посмотреть, Кайл. Быть может, у Яракала второй или третий, а вот в лабиринте лежит первый… – прорицатель продолжал копаться в книгах.

– В каком лабиринте? – насторожился Коля.

– Терпение, молодой человек, терпение. Ага! – Адамар торжествующе вскрикнул. – Вот она! – и вытянул небольшую книжицу в темно-синем переплете. – 'Жизнеописание Тамара. Великого Мастера Лабиринта'. Вот что я искал!

– Вы мне, наконец, объясните, что за лабиринт, и кто такой Тамар? – Коля снова присел на пуфик.