Эпоха неизвестного героя (СИ) - Куприянова Мария - Страница 8

Вероятно, ронг, олень с золотыми рогами, ценился в это время не слишком дорого, потому как ножны обошлись почти в три раза дешевле, чем сам нож, но Коля даже не стал торговаться.

Символично, что здесь ему достались ножны именно из кожи ронга. Он вспомнил тот самый случай в горах, когда Фаридар, вселившись в тело прекрасного оленя, преградил путь. И как Эдель остановила стрелу, готовую сорваться с тетивы… Он провел рукой по ножнам, по золотому орнаменту, искусно вделанному в кожу и заправил в них нож. Хватит жить воспоминаниями, пора действовать.

Поблагодарив оружейника, Николай покинул лавку. Нужно как можно быстрее убираться отсюда и найти Адамара, иначе все старания тщетны. К тому же новости о страшной расправе над пятью мужчинами быстро распространились по городу. Жуткое чудовище, бродящее в округе, теперь обсуждалось на каждом углу Ориэлла, и следы рано или поздно привели бы в 'Эвендику', к ее странному постояльцу.

Наскоро поужинав внизу таверны, Коля отправился спать. Зориан так и не появился, а Ладайр занимался новыми постояльцами, на счастье решившими остановится в 'Эвендике'. Утром, расплатившись за комнату и завтрак, человек и единорог отправились в путь.

Отъехав от Ориэлла на приличное расстояние, Аргент перешел на галоп, из его рога посыпались искры, открывая портал между городами. В первый раз им повезло, окно открылось посреди поля, и они выскочили на сочную зеленую траву. Проскакав вперед, и набрав магии, единорог вновь открыл портал. Однако следующие врата открылись прямо у кромки реки, в воды которой и врезались путешественники. Коля не смог удержаться от резкого и неожиданного торможения и упал в воду. Оглушенный, в ледяных объятиях реки, он не мог понять, где находится поверхность и куда ему следует плыть. Ему оставалось только беспомощно трепыхаться, отгоняя морозные щупальца, как вдруг почувствовал – кто-то схватил его за штанину и тянет наверх.

'Ты что! Не хватало, чтоб ты тут еще утонул!' – Возмущенный голос Аргента в голове, наконец, вернул Николаю сознание. В несколько мощных гребков он оказался на поверхности и уцепился в широкую спину друга.

– Нашел местечко, где выскочить из портала, – просипел, наконец, озябший парень.

'Я предупреждал, что не знаю здешних мест. Мы могли оказаться чуть дальше, тогда я не смог бы помочь тебе!'

Широкие воды неизвестной реки текли медленно, но были ледяными и очень глубокими. Так что единорог говорил правду: промахнись они на несколько десятков метров и окажись посередине, здесь бы и закончилось их недолгое путешествие по прошлому.

– Что за вод-доем? Т-ты знаешь? – от холода у Николая застучали зубы.

'Я похож на всезнайку? Между прочим, я здесь такой же гость, как и ты!' – они выбрались на берег, и Аргент зло стряхнул с себя холодные капли.

– П-прости, не хотел т-тебя обидеть, – молодой человек скинул ставшую ледяной рубаху, штаны, сапоги и уселся, обхватив руками колени. Удивительно, что всего за несколько минут пребывания в реке он так замерз! Кожа покрылась мурашками, губы посинели, конечности дрожали, а зубы выбивали громкую дробь. В таком состоянии не поговоришь.

'Ладно, не буду вредничать, – сжалился над другом единорог, который таких неудобств не испытывал. – Судя по всему, это Ларания. Морозная река Лайранской долины. За тысячу лет она не пересохла, и осталась такой же холодной'.

– П-почему ж т-такая ледяная?

'Долгая история. Мы с тобой почти приблизились к Карпусу, надеюсь, не забыл, что там отсутствует всякая магия?'

– Уг-гу, зона от-тсут-тствия волшеб-бства.

'Ну и вот, существует легенда об этой реке и о солнце. Давным-давно воды Ларании были теплыми и ласковыми, и магия, растекавшаяся по Анделору, миновала ее границу и уходила дальше, на запад. Но однажды река исполнилась жадности и забрала себе все волшебство, которое до нее дошло. За это солнце навсегда отвернулось от нее, отчего ее воды и стали невероятно холодными'.

– Отк-куда т-ты з-знаешь ст-только легенд?

'Детишек на ночь развлекаем, зачем еще нужны старые сказки? По мне так ледяная вода Ларании – это естественный барьер, не пропускающий нечисть вглубь Анделора. Не забыл? Тролли в наше время расхаживают по Ориэллу и по другим городам из-за проделок Фаридара'.

Коля кивнул в знак согласия, разговаривать, стуча зубами, ему надоело, а потому просто попытался согреться. Единорог привалился рядом, делясь теплом своего тела. Такая 'терапия' вскоре принесла свои плоды. Он, наконец, перестал трястись как осиновый лист, и вполне внятно произнес:

– Спасибо.

'Согрелся?'

– Вроде бы. Но как нам перебраться на ту сторону? Должна же быть какая-нибудь переправа?

'Тогда поищем ее!'

Мостик и вправду оказался неподалеку. Там, где берега наиболее близко подходили друг другу, с края на край перекинулась узкая доска. Такая тоненькая и хрупкая, что на нее не отважился бы ступить даже ребенок.

– Может, дальше есть что-нибудь прочнее? – Николай с трудом мог представить, как эта жалкая дощечка сможет выдержать его и Аргента.

'У нас нет времени, чтобы искать другое место. Нужно добраться до Карпуса засветло. Мы в Приграничье, а здесь кто не нашел укрытие на ночь – не жилец'.

– Ладно, спорить не буду.

Стараясь не смотреть вниз, Коля ступил на мост и начал осторожно двигаться вперед, раскинув руки в стороны, чтобы сохранить баланс. В голове снова закружились воспоминания, он увидел себя, делающим свои первые шаги на тренировочной леске во дворе у Артиса. 'Равновесие' – вот что позволяло удержаться телу даже на самой крохотной веревочке. Только сейчас Николай снова почувствовал ту силу, которая поддерживала его на весу. Он снова увидел то самое Равновесие, которое существовало в мире испокон веков. Значит, пропали не все магические способности. Похоже, здесь он остался вейлингом, опустившись на низшую ступень волшебного искусства. Быстро преодолев оставшееся расстояние, он оглянулся.

Естественно, Аргент и не думал переправляться через шаткий мостик. Он отбежал подальше, оставляя себе место для разгона, и прежде чем Коля успел что-то прокричать, рванул вперед, серебряной птицей сиганув через реку. Приземлился рядом с опешившим человеком и, гордо приподняв хвост, зашагал дальше. Даже не глядя назад, чинно произнес:

'Ну, что уставился? Идешь?'

– Т-ты… ах ты! – только и смог выдавить из себя пораженный свидетель проделанного трюка.

Карпус показался ближе к вечеру. Воображение рисовало картины дивного города ученых: высокие стены, старые здания, кривые мощеные улочки, ведущие к центральной площади, где возвышается замок – самая большая библиотека во всем Анделоре. Только ожидания не оправдались. Вместо крепостной стены путешественники увидели проломленные в ней тут и там дыры, вместо крепкого жилья – деревянные лачуги и землянки. Создавалось такое впечатление, что город подвергся нападению многотысячной армии и совсем недавно снялся с осадного положения. Разруха, грязь и хмурые лица – вот как приветствовал Карпус своих гостей.

'Ничего себе захолустье!' – недовольно заметил единорог.

– Не забывай, в процветающий город его превратил Адамар. Похоже, к этому занятию он еще не приступал.

'А если мага вообще здесь нет?'

– Тогда будем искать его в другом месте, – упрямо сжал губы Николай. – Пока не найдем.

'Или пока ты не превратишься в гворра', – не удержался от шпильки Аргент.

Впрочем, молодой человек на шутку не среагировал. Он сосредоточенно рассматривал холупы горожан, с трудом понимая, как в них можно жить?

Суровая реальность Приграничья ощущалась везде: в руинах крепостных стен, в серой гнили, покрывающей низкорослые деревца, в покосившихся и дышавших на ладан строениях, в низких тучах, угрюмо нависших над городом. Хмурые люди не спешили раскрывать свои объятия путникам, чаще просто молчали и игнорировали расспросы приезжих.