Мужья и любовники - Харрис Рут - Страница 57

– Да, дела идут классно, – взорвался Барри, – и это благодаря мне. Доходы растут, Кредитные линии укрепляются. Объем продаж – не сравнить с прежним. Без меня ты бы все еще торговал салфетками к праздникам здесь, на Среднем Западе. Абзац!

– Эти салфетки оплачивали твои счета, молодой человек, – загремел Херб. – Не смей забывать этого!

Барри круто повернулся и вышел из комнаты.

– Он с детства такой бешеный стручок, – сказал Херб, не желая, как всегда, признавать, что и Барри кое-что делает для компании.

Через час Барри вернулся с чемоданом в руках. Он пронесся мимо секретарши прямо в кабинет к отцу, который обсуждал с Джейд и директором по сбыту выставку-продажу в День независимости. Барри приблизился к отцовскому столу, поднял чемодан и, не говоря ни слова, щелкнул замком. На стол обрушился водопад бумажных купюр. Некоторые спланировали на пол. Джейд поперхнулась и уставилась на Барри. Тот был белым от ярости.

– А ну-ка, сосчитай, отец, – скомандовал Барри, глядя, как Херб подбирает банкноты, упавшие на пол и к нему на колени. – Здесь триста шестьдесят шесть тысяч долларов, которые мы заработали в этом квартале. И это благодаря мне!

С этими словами Барри повернулся на каблуках и, дрожа от гнева, смешанного с торжеством, вышел из кабинета.

– Боже мой! – Херб, совершенно растерянный, взглянул на Джейд. – Что это с ним, черт возьми?

– Он хочет, чтобы вы замечали его, – спокойно сказала Джейд, глядя, как смущенный директор по сбыту ползает по полу, собирая купюры.

– А разве я его не замечаю! – взорвался Херб. – И разве он не унаследует эту чертову компанию, когда я загнусь? Какого же дьявола ему еще надо?

– Любви, – так же спокойно сказала Джейд. – Ему надо знать, что вы его любите.

Красный от гнева, Херб посмотрел на нее.

– Только через мой труп.

Глава X

На седьмой год замужества Джейд очутилась там, куда давно дала себе слово не попадать: в середине треугольника. Любовного треугольника, хотя и не треугольника любовников. Не женщина была ее противником – мужчина, отец мужа. Отец и сын постоянно враждовали, казалось, каждому из них хотелось стереть другого с лица земли.

Физическая терапия оказала настолько благотворное воздействие на Барри, что теперь он каждое воскресенье играл в теннис с Хербом. Сын выигрывал подачу за подачей. У старика не было ни малейшего шанса. Со стороны это было хорошо видно, и Джейд как-то посоветовала Барри быть помилосерднее.

– Отец на тридцать лет старше тебя. Ты должен быть с ним помягче.

– Ни за что, – отрезал Барри. – Играя, я всегда хочу побеждать.

Теперь, когда ситуация изменилась, Джейд вспомнила этот случай; надо было, укоряла она себя, давно понять, что отец и сын, наверное, всегда отчаянно боролись за первенство. Ей следовало попять – и предупредить Барри, что участие в одном и том же деле неминуемо приведет к катастрофе. Но она этого вовремя не поняла и ничего не сказала, да даже если бы сказала, Барри вряд ли ее послушал. Он слишком хотел взять верх над Хербом.

Херб постоянно отталкивал Барри, не уделяя ему ни малейшего внимания. Барри же все больше тянулся к Джейд, видя в ней источник любви, недополученной у отца: И оба жаловались ей друг на друга. А Дорис упорно твердила мужу и сыну, что каждый из них – само совершенство и все будет в порядке. Джейд буквально разрывалась на части. Стремясь как-то выкарабкаться из этого немыслимого положения, Джейд подумывала о том, чтобы уйти с работы, но всякий раз, как она об этом заговаривала, и Херб и Барри не желали даже слушать ее.

– Ты больше Хартли, чем он, – говорил ей Херб в присутствии Барри. – Ты сделала и делаешь для компании больше, чем он.

– Не надо уходить, – уговаривал ее Барри. – Ведь тогда мы останемся один на один. – Он имел в виду себя и отца.

Сердцем Джейд была с мужем. Она видела, в каким ужасном положении он оказался, и бесконечно жалела его, чувствуя себя совершенно беспомощной в той войне, что шла между стареющим патриархом и его молодым сыном, чья энергия служила отцу постоянным напоминанием о его возрасте. Джейд была на стороне Барри – ведь она его жена, – но и Херба она тоже понимала. И ничем не могла им помочь. Лишь в сотый раз повторяла себе, что, едва забеременеет, сразу же уйдет с работы. Ребенок решит все проблемы. У Херба будет внук, о котором он так мечтает; Барри найдет любовь в собственной семье. Будет ребенок – и семейная жизнь пойдет своим чередом, и отношения Барри с отцом наладятся. Да, ребенок решит все проблемы.

Но то, что так просто давалось другим женщинам, у Джейд никак не получалось. Несколько раз ей казалось, что она беременна. И всякий раз она ошибалась.

– Ты слишком много об этом думаешь, – нежно говорил ей Барри, стараясь успокоить. – Постарайся отвлечься от этих мыслей.

Врач говорил Джейд то же самое, только на профессиональном языке. Разумеется, Выкидыш ей на пользу не пошел, но вообще-то у нее все нормально. Беспокоиться не о чем. Надо только расслабиться. Напряжение и стрессы часто препятствуют оплодотворению клетки.

Напряжение и стрессы – да это же вся ее жизнь, говорила себе Джейд. Все же она настояла на том, чтобы ей сделали анализы. Они показали, что все в порядке, она может иметь детей. Она предложила, чтобы и Барри проверился, но тот отказался.

– У меня все в порядке, – возмущенно заявил он.

– Но мы женаты уже семь лет, – возразила Джейд, желая докопаться все-таки до причины, по которой она не может забеременеть. Если что-нибудь неладно, можно ведь принять какие-то меры. – Семь лет – срок немалый.

– Но не такой уж и большой, – успокаиваясь, сказал он. – Мы еще молоды. У нас впереди много времени. И потом, разве тебе не хватает меня? Мы ведь счастливы – разве нет?

– Ну, конечно, – Джейд горячо обняла его. Барри решил, что вопрос исчерпан.

Джейд совсем было разуверилась, что способна забеременеть, когда в мае 1975 года у нее случилась задержка. Памятуя о нескольких ложных тревогах, она не придала этому значения, но когда через месяц задержка повторилась, она пошла к врачу.

– Боюсь надеяться, – сказала она. Но анализ дал положительные результаты, и она расплакалась от счастья.

– У нас будет ребенок, – объявила Джейд, как только Барри вернулся в тот день с работы. Прямо от врача она пошла домой и с нетерпением ждала мужа, наслаждаясь своей тайной и не желая делиться ни с кем, пока не скажет Барри. Она то плакала, то смеялась, боясь поверить, что мечта ее наконец сбудется. – Сегодня я была у врача. Анализы положительные!

Она бросилась ему на шею.

– Ты уверена? – спокойно спросил он с сомнением в голосе.

– Да! – Она была уверена, и уверенность делала ее счастливейшей женщиной на целом свете.

– Джейд, лучше не надо сейчас заводить ребенка, – сказал Барри ночью, когда они лежали в кровати, тесно прижавшись друг к другу.

– Не надо? – ошеломленно повторила она, решив, что либо не поняла, либо ослышалась. – Как это «не надо»?

– Сейчас не время, – сказал Барри, нежно поглаживая ее по плечу. – Дом у нас маленький. Во всяком случае, понадобится еще одна спальня.

– Еще одна спальня, – недоверчиво спросила Джейд. – Ты что, шутишь? У нас же две пустые спальни.

– Одна нужна мне под кабинет, – спокойно заметил Барри, все еще не разжимая объятий. – И к тому же нам не хватит денег. Мы не можем позволить себе иметь ребенка.

– У нас полно денег! – взорвалась Джейд. – О чем они говорят! Да при чем тут вообще деньги! Наконец-то семь лет спустя она забеременела, а Барри толкует о том, что они не могут позволить себе иметь ребенка. Чистое безумие! – У нас есть наша зарплата, и к тому же мы что-то откладывали.

– Но ведь ты уйдешь с работы после родов. И наш доход сократится ровно наполовину.

– Твоя-то зарплата все равно останется, – Джейд все еще не могла поверить, что Барри говорит серьезно. Он же богатый человек. Они с ним богаты. Хартли богаты. О чем речь? – Ты зарабатываешь пятьдесят тысяч в год.