Лекции Президентам по Истории, Философии и Религии - Ключник Роман - Страница 424

Г. Павловский рисует более страшные методы захвата — «А вы представьте себе Беслан-2, сдвоенный с внешним ультиматумом? Московская оппозиция уже готова к такому». (журнал «Эксперт» № 9, март 2005 г.). Как заметили некоторые учёные — агрессивное отношение США к России имеет глубокие, фундаментальные причины профессор Фроянов:

«За последние несколько веков, — говорит знаменитый американский учёный А. Дж. Тойнби, — угроза России со стороны Запада, ставшая с XIII века хронической, только усиливалась с развитием на Западе технической революции, и следует признать, что, однажды разразившись, эта революция не проявляет до сих пор никаких признаков спада». Последнее означает, что угроза России со стороны Запада постоянно возрастала и возрастает».

«Никогда ещё посягательство на Восток как феномен мировой истории и культуры не принимало столь масштабный и откровенный характер. Во всех странах мира усердствуют западные миссионеры — модернизаторы, дающие местным властям и интеллектуальным элитам указания, как побыстрее покончить с традиционной восточной ментальностью и осовременить (освоить) народы и континенты.

Всё это совершается под лозунгом «открытого общества» — фиксирует действительность профессор А. С. Панарин («О мире политики на Востоке и на Западе» 1999 г.) —

«Теперь выдвигается совсем другой императив: в условиях жёсткого дефицита ресурсов право на индустриализацию, урбанизацию и интеллектуализацию имеют уже не все народы, а лишь те, которые окажутся победителями конкурса на эффективность, рентабельность, экологичность…

Если же поймём логику нового либерализма, оправдывающего новую селекцию человечества, то всё сразу станет на свои места. Тогда мы поймём, что крушение СССР вписывается в замыслы новых селекционеров, поскольку эта империя, несомненно, умела себя защищать и тем самым предохраняла свою территорию от конкурса претендентов… Тогда мы оценим стратегию открытого общества, направленную на расчистку территории от всего того, что население «этой» страны успело на ней соорудить в ходе урбанизации, индустриализации и культурной революции.

Понятным тогда становятся и двойные стандарты: на Западе большие многонациональные государства считаются едиными политическими нациями, и их раздел по этническому принципу считается не допустимым; такие же государства на Востоке оцениваются как империи, и их развал признаётся назревшим и в высшей степени прогрессивным делом…

Вот почему философией однополярного мира является номинализм: те, кто пожелали править миром должны раздробить любые крупные общности, способные сопротивляться гегемонистским замыслам» (А. С. Панарин «Глобальное политическое прогнозирование» 2000 г.).

«Исчезла последняя надежда на то, что Россию оставят в покое и дадут ей самостоятельно разбираться со своими проблемами. — объясняет президент компании МАИР Виктор Макушин (журнал «Эксперт» № 48, 2004 г..), — Это наглядно показали последние события на Украине.

Все мы видели, как нагло, беспринципно, не проявляя даже маломальского уважения к интересам России, вёл себя Запад в украинском конфликте.

Демонстрация такого отношения приводит меня к безрадостному выводу, что многолетние усилия России стать страной, которую будут воспринимать как равноправного участника мировых экономических процессов, интересы которой будут уважать, которую не будут постоянно отбрасывать куда-то в угол цивилизации, позволят ей быть экономически и политически сильной, — не состоятельны. Этой иллюзии больше нет…

Поэтому Россия будет карабкаться из ямы, в которой она сегодня сидит, а ей будут бить по рукам, чтобы она падала ещё глубже…

Но мне не нравиться, что при слабой России я и мой народ лишаемся возможности занять в этом глобализованном мире достойное место».

Как видим — некоторые современные российские капиталисты, владельцы крупных корпораций прекрасно осознают критический момент в истории России.

Итак, в этой главе мы уяснили национальную идею — минимум, две первоочередные задачи-цели, обратили внимание на реальную угрозу суверенитету России и свободу российскому народу.

В следующей главе глянем немного шире на нашу элиту в ракурсе — сможет ли, способна ли, хочет ли российская элита защитить страну и народ от американской «революции» и агрессии? Хочет ли, сможет ли эта элита поднять благосостояние нашего народа на высокий уровень? При этом я не касаюсь вопроса — сможет ли наша современная элита справиться с многочисленными внутренними проблемами и угрожающими тенденциями.

                                       Глава 9.

Российская элита и возможные кандидаты на пост Президента.

Кого мы можем назвать современной российской элитой? — Тех людей кто имеет реальное, сильное влияние в политике, экономике, культуре и идеологии. В политике — это правящая когорта чиновников, лидеры политических партий общественных организаций, крупные бизнесмены-олигархи, политтехнологи, политологи и журналисты.

В экономике — это бизнесмены, особенно олигархи, крупные менеджеры — управленцы государственных предприятий, и чиновники.

В культуре и идеологии — это в первую очередь политологи и журналисты газет, радио и телеканалов, затем чиновники от культуры и различные выдающиеся деятели культуры, деятели кинематографа, затем, к сожалению — главные священники различных конфессий.

Доля в современной российской элите представителей науки ровно такая же доля науки в бюджете страны — где-то около нуля, и доля военноначальников — после убийства генерала Рохлина и покушения на других известных генералов такая же.

Стоит заметить, что подавляющее влияние на жизнь российского общества оказывает московская элита. Многотысячная армия провинциальной интеллигенции не имеет никакого влияния на политику и идеологию государства. Например, даже в деле воспитания российской молодёжи миллионы родителей и сотни тысяч учителей проигрывают сотне столичных политтехнологов, кинематографистов и журналистов.

Поэтому дальше мы внимательно глянем именно на московскую элиту. По сути, — часть российской элиты в лице верховных чиновников: Путина и его команды, и олигархов мы уже хорошо изучили, рассматривая их деятельность, «по делам их». Можно добавить к этой картине ещё несколько реально существующих красок.

Например, команда Путина в ближайшем рассмотрении выглядит довольно странно, если её рассматривать с точки зрения науки управления и принципам работы иерархии управления. Во-первых, совершенно непонятно — кто в деле управления принимает решения чиновники правительства или аппарата президента, и кто кому подчиняется. При этом бросается в глаза, что второй человек в управлении государством — премьер Фрадков имеет формальный статус — министры Греф, Кудрин и другие, минуя своего начальника — обращаются к президенту.

Эту нездоровую обстановку в команде нельзя не заметить — «Нет надёжнее средства узнать, чего не хватает для успеха реформ, чем побывать на конференции российских либералов. — Пишет А. Бирман в своей аналитической статье в журнале «Компания»(№ 14, апрель 2005 г.), — Возьмём, к примеру, самую недавнюю устроенную в Высшей школе экономики под многообещающим названием «Модернизация экономики и выращивания институтов». Как и следовало ожидать от подобного рода собраний, участники, включая федеральных министров, жестко критиковали правительство, в которое они по случаю входят…

Смелее всех критиковал глава минэкономразвития Герман Греф, заявивший, что государство поразил управленческий кризис… Управленческий кризис есть обязательное следствие кризиса политического и идеологического… впрочем едва ли уместно обвинять в случившемся Фрадкова, который руководит как умеет. Он не столько инициатор управленческого кризиса, сколько его жертва.

Собственно говоря. Сам факт назначения типичного советского чиновника главой правительства, призванного осуществить структурные реформы и избавить страну от оставшихся «родимых пятен социализма» свидетельствовал о том, что кризис в самом разгаре».