Лекции Президентам по Истории, Философии и Религии - Ключник Роман - Страница 440

Первая подгруппа выделяется сразу после школы и ВУЗа. Выпускник ВУЗа прекрасно знает, что зарплата чиновника нищенская, а зарплата в частной фирме в несколько раз выше. Но идёт работать чиновником — почему? Потому что его не взяли в частные фирмы, он оказался менее способным и талантливым, или он сразу целенаправленно идёт на определённую «прибыльную» чиновничью должность по протекции или благодаря взятке. Когда человек идёт целенаправленно на чиновничью должность чтобы быстро обогатиться на коррупции — это проще понять, чем когда человек идёт с другими целями или вынужден идти, а затем всё равно становится коррупционером.

«Сегодня полиция, судебные органы и весь обширный корпус бюрократов, олицетворяющий собой государство, в основном состоят из людей, неудовлетворённых своей жизнью, поэтому когда перед ними предстаёт гражданин побеждающий (предприниматель, бизнесмен), справедливости ждать нельзя. Слишком сильна в них жажда психологического реванша» — объясняет известный итальянский психолог и бизнес-консультант Антонио Менегетти. То есть — кроме удовольствия от получения дополнительных незаконных денег чиновник получает ещё и моральное удовлетворение — как сатисфакцию: он важнее, от него зависят, он по своему наказал и отомстил с выгодой для себя.

Такая же психологическая «начинка» и у другой группы чиновников — оставшихся «автоматически» в госаппарате ещё с советских времён. Эти ещё возмущаются и недовольны низкой зарплатой за их труд, разочарованы жизнью, озлоблены на жизнь и судьбу.

У этой группы ещё могут быть претензии не только к удачникам — к крупным бизнесменам или просто отличным от них гражданам — предпринимателям, рискнувшим в отличие от них пойти другим путём, но и к новому несправедливому, нерадивому государству. И в этом случае коррупция носит ещё оттенок саботажа.

В любом случае коррупция наносит огромный ущерб государству и обществу. Чиновник, приступая к работе в должности чиновника, фактически  подписывает договор с государством, обществом, что он будет должным образом выполнять определённую работу, а затем своего договора не выполняет, но остается на должности и получает по договору зарплату. Это необходимо квалифицировать как предательство чиновника перед государством и обществом. Это то же самое как солдат предал свою армию, свою Родину. Он нанёс серьёзный ущерб работе государственного аппарата, всему обществу.

 «Если есть такое явление как взятка, если это возможно, то нет речи о политике,… потому что все меры останутся висеть в воздухе и не приведут ровно ни к каким результатам» — писал отчаявшийся бороться с красными коррупционерами В. И. Ленин.

Современные российские защитники коррупционеров, их лоббисты — заявляют, основываясь на указанных выше законах, что коррупцию победить нельзя - и на этом основании никакая борьба с этим преступлением не ведётся. Отдельные показные акции ловли коррупционеров серьёзно негативной картины не меняют. Но эти защитники коррупционеров забывают ещё один закон — что серьёзные репрессивные меры не уничтожают коррупцию и другие преступления, но сильно снижают их уровень — до 20%. Это большая разница — 20 коррупционеров из 100 чиновников или 80 из 100. Это совсем разный ущерб государству и обществу.

Защитники коррупционеров сразу поднимут крик, что могут пострадать невинные. Да могут, так бывает всегда, но их процент очень маленький по сравнению с уровнем сокращения коррупции. И в этом случае общество и государство должно выбирать, что важнее — «одна невинная слеза» или тысячи наказанных предателей-коррупционеров, и ещё сотни тысяч чиновников не решившихся стать коррупционерами.

Я предлагаю — на законодательном уровне коррупцию приравнять к самым тяжким государственным преступлениям и наказывать лишением свободы или принудительным трудов в местах лишения свободы от 10 лет до пожизненного заключения, и самое главное и необходимое, — с полной конфискацией имущества преступника и имущества его ближайших родственников: жены (жён), детей, родителей.

Когда чиновнику предлагают взятку в сумме равной его пяти- или десятилетнему суммарному заработку и более, то он эту выгоду сравнивает со своими негативными для него последствиями: придётся уволиться с должности, уволят с должности, осудят и дадут какой-то условный срок и т. п.

А иногда коррупционер рассуждает и так — ну посижу годков 3–5, но зато я и мои дети будут обеспечены до конца жизни. И мы наблюдаем взятки, например — в рыбном министерстве, размером в три с половиной миллионов долларов, а граждане покупают дорогую рыбу, ибо эта взятка неизбежно легла в себестоимость продукции, или, чтобы эту рыбу подороже продать, увозят в другие страны.

Вот, когда будет действовать закон, который я предлагаю, а к чиновнику придёт бизнесмен и скажет:

«Ты нарушь закон или прикрой глаза на моё нарушение закона, а я тебя достойно отблагодарю», — вот тогда чиновник быстрее всего и не задаст вопрос — «Сколько?».

Одновременно с ужесточением репрессивных мер государство должно сильно увеличить зарплату чиновникам до среднеевропейского уровня, или, в зависимости от состояния бюджета, объявить конкретный план поэтапного повышения зарплаты, и реализовать его.

Как известно в этом преступлении участвуют как минимум два человека: взяткодатель и чиновник — коррупционер. Одно дело, когда гражданин дарит шоколад чтобы необходимую ему справку дали не через месяц, а через несколько дней, а другой случай — когда бизнесмен лишённый моральных принципов предлагает взятку чтобы получить конкурентное преимущество, заработать дополнительные миллионы. «… эффективность обладает одним люциферовым свойством: она возрастает по мере своего освобождения от моральных табу, от нравственных норм и запретов» — верно замечает профессор А.С.Панарин, и это его замечание касается не только бизнеса и коррупции. Поэтому законодатель должен предусмотреть и жестокое наказание крупным взяткодателям.

Ещё раз подчеркну — противники жёстких законов будут как всегда возражать, что ещё нигде и никогда жёсткие меры и не привели к полной ликвидации преступности. И это правда, но их лукавство и словоблудие в том — что они скрывают другую истину: жёсткие законы сильно снижают уровень преступности. Всем известно, что многим рецидивистам, ворам в законе, киллерам — в местах лишения свободы живётся часто комфортней чем на свободе, поэтому смертная казнь имеет совершенно другой эффект в снижении самых жестоких преступлений чем пожизненное заключение.

«Отличительным моментом права, как учило большинство русских юристов, отнюдь не является внешнее принуждение. Право есть та область духовно-нравственной жизни человека, которая имеет дело с тем, что человек «свободно может» и к чему он насильственно не принужден. Принуждение и насилие в праве начинаются только тогда, когда право нарушается и когда нужно вступиться на его защиту» — объяснял выдающийся русский мыслитель Николай Алексеев.

«Как конь под царём без узды, так царство без грозы» — учил русский мудрец Иван Пересветов царя Ивана Грозного, в наше время — это грозные, суровые законы по отношению к самым опасным преступлениям, к которым следует перечислить коррупцию. Закономерно встаёт вопрос следующий логический вопрос — кто должен руководить государством, различными министерствами и государственными учреждениями. Как хотя бы примерно вычислить этого человека — честного чиновника.

Рассматривая проблему управления можно было бы проанализировать весь опыт человечества в этом вопросе — все плюсы и минусы управления в древней Индии и Египте или в древнем и современном Китае, но мы пойдём более коротким путём.

«С этой стороны, со стороны природных богатств, мы обеспечены полностью. Их у нас даже больше, чем нужно. Что ещё требуется? Требуется наличие такой власти, которая имела бы желание и силу двинуть использование этих огромных природных богатств на пользу народа…»– верно заметил Сталин.

Но каково лицо этой власти, этих людей у власти? Каковы они должны быть? И откуда их взять?