Черный пес Элчестера - Митюгина Ольга - Страница 18

Глава IX.

В солнечном луче, падавшем на потемневшие, но чистые доски видавшего виды стола танцевали пылинки. Беленькие аккуратные занавески казались золотистыми, насквозь пронизанные душистым летним светом, и чуть колыхались, вздуваясь от ленивого ветерка, что долетал с небольшой речушки неподалеку. Вместе с ним с реки доносились мирные звуки: скрип мельничного колеса, звонкие голоса мальчишек, удивших рыбу с лодок, воркование голубей.

Пчела залетела, покружила над столом одно гулкое мгновенье - и вылетела прочь, прямо по солнечному лучу, ввысь.

Стремление к солнцу...

Фрэнсис скупо усмехнулся, проводив ее взглядом. Он рассеянно крутил на столе золотую монету, наблюдая, как она попеременно подставляет свои блестящие бока свету, как походит на самом пике кружения на призрачный шарик, с одной ослепительно сияющей половинкой, и с другой - тускло-желтой.

Быть может, это - образ человеческой души. В ней сочетаются сияние и серость, в ней...

Но ведь монетка очень быстро крутится, не так ли?

И потом, на нее падает свет...

...только с одной стороны...

Значит ли это, что души людей рассекает эта грань, лишь когда их обладателей подхватывает вихрь перемен?

Но разве от игры света и тени золото перестает быть золотом там, где его не касается свет?.. Разве оно не самоценно? Так что же собой представляет пресловутая "другая сторона" монеты? Темная сторона души?.. Если ее осветить, она сумеет сверкать ничуть не хуже...

Что в таком случае считать освещением?.. И, кстати, тогда в вихре перемен у души не будет темной стороны, как у призрачного шарика вертящейся монеты - тусклой половинки...

Можно ли в таком случае обвинять в чем-то людей?.. Если в конечном счете все сводится к вопросу игры тени и света? А они так от многого зависят и так призрачны... Кто из нас выберет, где закрутится его монета?.. И как будет выглядеть его душа, кто знает?..

Кто крутит монеты?.. И если все так наглядно, быть может, стоит лишь найти подходящий "ключ", и сумеешь познать все тайны...

Если такое в принципе возможно...

К чему терзания и обвинения? Мы выглядим так, как выглядим, и крутимся, пока есть силы...

Монета вращается сама, первый толчок лишь дает ей повод...

Так что стоит ли думать о добре и зле?.. В конце концов, разве они не более чем иллюзия и точка зрения?..

Дик... Что ж, обещание Дику - это нечто вроде долга перед собственным чувством чести. А не перед мифическим добром.

Ведь мальчишку можно понять...

Фрэнсис молча сидел, и с застывшей мрачной усмешкой наблюдал за танцем монеты, поражаясь своему спокойствию.

Чувства умерли. Кончено!

На стол упала тень, и трактирщик водрузил перед молодым человеком кружку, полную пенного пива. Коричневатая, как ржаная мука, шипучая шапка, благоухая прохладным, горьковатым хмелем, ползла вниз по скользким, тусклым бокам высокой металлической кружки.

- А вы, господин рыцарь, какими судьбами здесь, в нашем местечке?.. - полюбопытствовал кабатчик. - Городок у нас небольшой...

Фрэнсис не ответил. Вместо этого он кивком головы велел толстяку сесть и сухо спросил:

- Поблизости есть какие-нибудь крупные города?.. Где устраивают турниры?..

Мужчина понимающе усмехнулся:

- Крупные города? Как не быть, господин рыцарь, как не быть! Вверх по Везеру, как из нашего залива в устье войдете, можно подняться до Бремена... А вот восточнее, за болотами, если к Эльбе идти, то Гамбург... Но турниров, благородный рыцарь, сейчас никаких нет: слышали, наверное, что наш герцог, - правитель нашей Саксонии, то есть, - сейчас с герцогом Фридрихом Швабским воюет?.. Будь прокляты эти Гогенштауфены! В войну уходят все наши налоги! Ведь, богом клянусь, благородный рыцарь, подумать только: мутить все герцогства из-за зависти!..

- Это ты о герцоге Швабском? - лениво поинтересовался Фрэнсис.

- Истинно о нем, господин рыцарь! - закивал трактирщик. - Вот как шесть лет назад съезд князей в Майнце нашего милостивого герцога Лотаря Саксонского выбрал императором, так швабский пес и взбесился! Он сам, видать, на трон метил, ан нет! Не вышло... С тех пор во всех прежних землях Генриха V покою нет: всё имения делят... Сейчас вот войска нашего герцога осаждают Нюрнберг, это далеко отсюда, на юг...вот там добрые рыцари нужны! Так что, благородный господин, коль вы турниров ищете, вам во всей Священной Империи делать нечего! А вот славы раздобыть, деньгами разжиться - это можно! Лишь добраться до Нюрнберга, присягнуть там Его императорскому Величеству...герцогу нашему, то есть...и верой-правдой служить ему!

- Нюрнберг, если я не ошибаюсь, это ведь Бавария? И, если я не ошибаюсь, Баварский герцог Генрих Вельф - зять Лотаря?.. Что же королевские войска, в таком случае, делают под баварской крепостью?..

- А-а-а, благородный рыцарь, - усмехнулся словоохотливый трактирщик. - Дело в том, что прежний император был родственником Гогенштауфенов Швабских. И те имения, что император конфисковал у иных дворян, его семейка сейчас почитает своей собственностью...а то собственность короны! Уплыла корона - и земель тех тю-тю! Понимаете, благородный господин? Вот Нюрнберг как раз и есть собственность короны, а Фридрих Швабский, разумеется, туда своих людей засадил. Вот Его Величество с зятем, герцогом Баварским, и пытаются вернуть то, что по праву принадлежит им!

Фрэнсис пожал плечами и отвернулся, отсутствующе глядя в окно. Выборный король, корона, которую дарят крупнейшие дворяне тому, кому пожелают - все это казалось ему смешным и мелким. При таком раскладе в туман превращается само понятие "верность", на которой основана рыцарская честь...

И может ли такая страна долго сохранять мир?.. Может ли быть сильной?..

Впрочем, какая разница, где искать смерти?.. Знамена Саксонии и Баварии ничуть не хуже швабских знамен...

Только как это нелепо - отдавать свою жизнь за дело, которое ты презираешь...

Свет солнца очертил четкий профиль молодого человека на фоне распахнутого окна. Ветер чуть тронул мягкие густые пряди, похожие на пушистую тьму...

Резким движением Фрэнсис толкнул хозяину монетку, которая развлекала его на досуге. Быстрой мышью прошмыгнула мысль, что не следовало бы отдавать именно эту монетку, подарившую столько интересных раздумий, но граф вяло отмахнулся: какая, собственно, разница? Одна монета стоит другой...

...Одна душа стоит другой...

Предавая, мы ни в коей мере не обрекаем себя на одиночество: людей много...

И много монет в кошельке.

Одна монета стоит другой!

И пусть наши собственные души перестают сверкать - ах, что такое свет?.. Игра случая - танец монеты на столе...

Мы подкидываем монетки, вопрошая судьбу... Быть может, она в ответ подкидывает...нас?..

"Что со мной произошло этой ночью?" - отстраненно подумал Фрэнсис, покидая трактир.

Сердце слабо ныло, словно он только что бросил на произвол судьбы друга...

Мысли...

Чувства...

Боль...

Танец монеты на столе!

"Дик, я не имею права обвинять тебя: мы с тобой братья больше, чем по крови, раз я додумался до такого...

И если судьба скрестит вновь наши пути, я убью тебя за Фредерику...просто за Фредерику...

Потому что я не имею права укорять тебя в предательстве: я только что отдал собственную душу...

Одна стоит другой...их будет много...а моей я уже никогда не увижу...

Прощай, Дик...

Я хуже, чем ты. Спаси тебя господь от встречи со мною!.."

...Городок, как удар меча, рассекала надвое прямая улица. Вдоль по ней выстроились аккуратные домики, а ловчая сеть запутанных переулков тянулась к небольшой реке, впадавшей в залив, что принимал и воды Везера.

К этой речушке, видом на которую любовался из окна, и направился Фрэнсис.

Мельница мирно поскрипывала тяжелыми колесами, журчала темная вода, а над невысоким обрывистым берегом, заросшим травой, жужжали пчелы, слепни и мухи.