Черный пес Элчестера - Митюгина Ольга - Страница 26

Ночь расстелила над ними мягкий полог тишины.

Глава XII

Его разбудил луч солнца, теплой ладонью накрывший глаза. Приподняв ресницы, Фрэнсис наблюдал, как свет играет в сосновых ветвях с ветром...

День обещал быть замечательным.

Юноша повернулся набок, глянув на свою нежданную попутчицу. Она спала, свернувшись клубочком и подложив ладони под голову, и волосы густой накидкой укрывали ее тело. Бурые, с серебристым отливом... Немыслимый цвет...

Прядь волной скатывалась на лицо...

Сердце отозвалось ноющей болью. Если бы судьба была чуть милостивей, рядом с ним могла бы быть его любимая...

Если бы его леди могла колдовать...

Милица улыбнулась во сне, прикрыла рукой глаза. Фрэнсис вздохнул, поднялся - и накинул на девушку блио. Она тут же натянула его на голову, даже не просыпаясь.

Совсем еще дитя. Такая беззащитная... Что ж, теперь, по крайней мере, у него есть цель: помочь Мили добраться до Парижа. Не утонув ни в каком болоте.

Юноша усмехнулся, приседая на корточки и осторожно касаясь ее мягких волос. Грудь вдруг захлестнуло волной теплой нежности...

Боже, какое совершенство! А он так давно не обладал женщиной... Если бы она не была столь чиста и столь доверчива...

Лорд робко, кончиками пальцев, дотронулся до плеча спящей девушки, провел ладонью над певучим изгибом талии... Тело начала бить крупная дрожь.

Упруго поднявшись, он направился к озеру.

Над водой стлался легкий туман, и в его прозрачных завитках молчаливо стояли сосны, слушая тишину. Под ногами Фрэнсиса похрустывала галька - и в целом мире, казалось, существует лишь этот звук...

Чаша озера приняла путника в свою каменную купель. Со дна били ледяные ключи, и потому после, на берегу, воздух казался теплым, как полуденный песок. Одевшись, молодой человек почти бегом направился обратно, мечтая согреться у огня.

Костер, едва дымившийся поутру, теперь весело потрескивал сучьями, и булькал над пламенем котелок: Милица, уже переодевшаяся в платье, заканчивала разогревать завтрак.

- Ты молодец, - одобрительно покачал головой лорд, сворачивая свой плащ. - Времени даром не теряла...

- Просто это не первое мое утро у костра, - с улыбкой пожала плечами девушка. - Я думаю, лорд Фрэнсис, мы позавтракаем - и в путь?

Он молча кивнул, покосившись на разложенные по камням для просушки белые цветки ненюфаров.

Ведьма оценила его тактичность, поглядев на молодого воина без слов, но с такой благодарностью, что Фрэнсис в полной мере почувствовал себя вознагражденным.

- Откуда ты знала, что здесь такое удобное место? - спросил он, закончив есть.

- Я их чувствую, - просто пояснила Милица.

- Вот как! - хмыкнул юноша. - А я уж подумал было, что ты эти места наколдовываешь!

Мили звонко рассмеялась его шутке, и он усмехнулся в ответ.

- Было бы неплохо... - наконец ответила она. - Но все куда проще... Я всего лишь слушаю ветер и воду, разговор деревьев и птиц...

- А ты знаешь их язык?..

- Иначе я не могла бы плести заклятья, лорд.

- А вот эти твои ненюфары, - не удержался все же Фрэнки. - Скажи мне, они для чего?

- Ну...они применяются в достаточно сложных заклятьях, которые я всегда мечтала попробовать... Вам они не понравятся, благородный господин.

- Я спрашиваю тебя не о том, понравятся они мне или нет, я спрашиваю, что это за заклятья!

- Вызов духов, призраков, и подчинение их своей воле. С миром мертвых эти заклятья связаны, и вы, верно, скажете, что нечестиво это...

Фрэнсис долго молчал, глядя на хрупкие, увядшие цветы на тонких длинных стеблях, подобных щупальцам хищной болотной твари. А какие чистые, прекрасные лепестки!..

Дик. Эдгит.

- Нечестиво позволять этой мрази творить свои мерзости и убивать людей! - глухо ответил он. - Подсохли твои ненюфары? Едем, Мили!

Девушка внимательно, чуть нахмурясь, вгляделась в собеседника, но ничего не сказала, лишь небольшая складочка залегла меж ее изогнутыми бровями.

Вскоре путники уже ехали по дороге, оставив гостеприимную поляну.

Время перевалило за полдень, когда, выехав из-за крутого поворота, они увидели, что дальнейший путь прегражден поваленной толстой сосной. Сквозь ветви весело просвечивало солнце, а по обеим сторонам дороги гудел золотой бор. Густые кусты и невысокие деревца ограждали тракт, как пушистые стены.

Фрэнсис придержал коня, чутко прислушиваясь к тишине. Она была какой-то странной, напряженной, как охотник, что уже натягивает тетиву, целясь стрелою в дичь...

- Лорд?.. - подала голос Милица. - Что-то не так, лорд?

Юноша вскинул руку, молчаливо попросив девушку не отвлекать его.

Мили замолчала и тоже прислушалась.

Она ничего не успела понять. Фрэнсис как-то боком скатился с седла, увлекая ее за собой, над головами свистнул тяжелый брус - и напуганный конь, истошно заржав, промчался мимо них, куда-то вглубь леса...

А норманн уже стоял в боевой стойке, и свет танцевал на седом лезвии его обнаженного меча.

- Беги! - крикнул лорд, толкая девчонку к деревьям, а из кустов со всех сторон уже высыпали, как горох из драного мешка, разбойники.

Мили не заставила себя упрашивать. Быстрой куницей она шмыгнула мимо неповоротливого громилы, увернулась от чьих-то волосатых лап и юркнула в кусты. Секунда на то, чтобы влезть на первое же дерево: ей, деревенской, такие "подвиги" были не в новинку, и вот уже вся дорога перед ней, как на ладони...

Бандиты, увидев обнаженную сталь в руке противника, чуть поостыли, но не оставили своего намерения. Они подступали к молодому лорду медленно, как стая голодных трусливых собак, а юноша стоял, не спуская с мерзавцев холодного цепкого взгляда, держа меч обеими руками.

Что может этот сброд против рыцаря?.. Снести две-три головы, прикончить главаря - и они разбегутся, грязное быдло...

Он вдруг прыгнул в самую гущу, и оружие его засверкало...

Разбойники не отступили.

Лязг и скрежет мечей, проклятья и стоны раненых раскололи тишину. Ощеренные морды головорезов: раззявленные в боевых воплях рты с гнилыми остовами зубов; лбы, отмеченные клеймом палача... Гнусные ухмылки, неловкие выпады, предательские удары... Фрэнсис крутился, описывая сверкающие круги яростным лезвием, прыгал, пригибался, и песок дороги стал багровым...

Блио было распорото, рубашка на плече намокла от крови.

Слишком много. Их слишком много...

Иззубренные мечи, пики, вилы и дубины...руки налились свинцовой тяжестью, и все же лорд не замедлял бешеной пляски стали, медленно отступая к лесу, туда, куда умчалась Милица... Если бы прорвать круг...если бы только прорвать их круг...

В раненое плечо вонзилась стрела, под ребра кто-то ткнул меч...

"Вот и все... - проплыла в надвигающемся тумане спокойная мысль. - А ведь почти и не больно..."

Его колени подогнулись, и, падая на песок, Фрэнсис еще видел, как с какого-то дерева в самую гущу разбойников летит шар бело-голубого огня - а потом накатила волна жаркого удушья и темноты, что воняла горелым мясом...

...Он очнулся. Его заботливо устроили поудобней, уложив так, чтобы спина опиралась на ствол дерева, и мягко вели по лицу влажной тканью, стирая пот. Юноша открыл глаза и встретил полный заботы и тревоги взгляд Милицы: девушка стояла рядом, на коленях, прижимая к его лбу мокрую тряпицу. Движения целительницы были ласковы и осторожны, и не причиняли боли... Мили распорола одежду своего защитника, перетянула все раны, и кровь почти не выступала на повязках. Похоже, знахарка воспользовалась какой-то целебной или даже волшебной травой, поскольку юноша почти не чувствовал слабости и дурноты, какие бывают при серьезных увечьях и потере крови.

- Спасибо, - прошептал лорд. - Я думал, ты убежала. Если бы не ты, я бы не смог от них отбиться...

Милица покачала головой.

- Фрэнсис, ты болтаешь глупости, - строго ответила она. - Если бы не ты, я не успела бы спрятаться, не смогла бы сплести заклятье без помех. Страшно подумать, что было бы со мной, наткнись я на этих молодчиков одна! Мы помогли друг другу, вот и все.