Черный пес Элчестера - Митюгина Ольга - Страница 50

Девушка осторожно прошла через наполненный людьми зал и села у раскрытого окна на указанное место. Тут ветер разгонял все тяжелые запахи, и она вздохнула легче.

Вскоре пришел Михель, и поставил перед ней блюдо с жареной курицей. А рядом - кувшин молока.

- Угощайся, синеглазка. Вон, как ты вымоталась, круги под глазами...

- Спасибо, - беззвучно шепнула Мили. - Я не могу... Меня мутит... Наверное, от жары. А курица жирная...

Парень сел напротив.

- Может, еще чего принести?

- Если можно... Я капусты хочу. Соленой.

- Понял. Соленого и не жирного, - парень улыбнулся, встал и вскоре вернулся с миской, полной хрустящей капусты и рассыпчатой, еще дымящейся, вареной спаржи.

- Ну что, синеглазка? Потребуется что, зови. Я за стойкой, хозяину помогаю. Устанешь, захочешь прилечь - видишь, за лестницей дверца? Там коморка, где служанки спят. Сейчас все равно никого там нет. Можешь пойти поспать. А у нас дел невпроворот, видишь, клиентов сколько? Так что я пошел.

Михель кивнул и оставил ее одну. Мили с удивившим саму аппетитом набросилась на принесенное угощенье. Молоко пить не стала, ограничилась водой. Тошнота отступила, головокружение прошло - и Мили немного расслабилась.

"Ну вот, видишь? Это всего лишь из-за голода и жары. Просто из-за голода и жары..."

Забрав свою сумку, девушка ушла в коморку под лестницей.

Тут было тесно, пахло несвежим бельем, постели были скомканы, везде валялись чьи-то вещи: ленточки, гребешки, булавки. Решившись, постоялица освободила одну из кроватей, свалив всю мелочь на стол, и легла, положив сумку под голову. Поворочавшись на жестких досках, Мили уснула.

Разбудил ее грубый толчок.

- Ты чего это разлеглась на моей кровати, побирушка несчастная? - вопила рыжая деваха, вырез на платье которой давал обозреть все ее роскошные достоинства. - Тебе кто разрешил мои вещи трогать своими грязными руками?! Мне после твоей вшивой башки придется постель стирать! Убирайся, убирайся!..

Милице и слова не дали сказать, стащив с кровати чуть не за волосы.

- Я не нищенка! - возмутилась гостья. - И вшей у меня нет!.. Я приехала со знатным господином...

- То-то он тебя отослал подальше! - насмешливо ответила рыжая. - Говорит, ты даже поднос отнести не можешь: криворукая!

- Меня Михель сюда привел, чтобы я тут переночевала.

- Мне Михель не указ! Всего неделю тут, а уж распоряжаться вздумал! Тоже, как и ты, бродяга безродный, невесть откуда взялся!.. Рыбак рыбака видит издалека. Нечего, нечего тут околачиваться! Еще украдешь чего. Пошла отсюда, пошла! Кошка драная!

Мили вздохнула, взяла свою сумку и вышла в зал.

Народу, кажется, стало еще больше. Воздух сотрясался от густого смеха и смачных выражений подвыпивших молодчиков, разместившихся на лавках, за столами. В дальнем углу, за перегородкой, Милица заметила Фрэнсиса, который сидел над полусъеденным гусем, и грустно смотрел в ночную темноту за окном. Осторожно пробравшись мимо компании волосатых пьяниц и услышав несколько пошлых любезностей в свой адрес, Мили подсела к Фрэнсису.

- Фрэнки, мне плохо. Можно, я пойду в твою комнату?

- Нет, - последовал резкий ответ. - Между нами нет ничего, что могло бы дать тебе повод там находиться. Иди к служанкам!

- Фрэнки...

- Для таких, как ты, я лорд Фрэнсис!

Милица беспомощно посмотрела на него, а потом устало уронила голову на руки. Граф молча поднялся из-за стола и ушел.

Девушка долго сидела, глядя ему вслед, а потом встала и подошла к стойке.

- Михель! Михель, можно тебя на минутку? - окликнула она светловолосого парня.

- А, синеглазка! - улыбнулись приветливо ей. - Проснулась? Добрый вечер!

- Послушай, ты можешь на следующее утро кое-что передать моему господину? Я ухожу, а это... Это его вещь.

Милисента протянула Михелю крохотный узелок.

- Обещай, что передашь, хорошо? И не развязывай, пожалуйста! Я полагаюсь на тебя...

- Так, если хочешь, я прямо сейчас пойду и передам, синеглазка?

- Меня Мили зовут, - смущенно заметила волшебница. - Нет, сейчас не надо. Утром.

- Как скажешь, Мили, - улыбнулся парень. - Но только куда же ты пойдешь? Ночь на дворе! Тебя всяк обидит: и зверь, и лихой человек... Тебя что, Марта выгнала? Пустое! Прости ее. Она глупая и одинокая. Поэтому злится на всех. Знаешь, что мы сделаем? Ты пойдешь в мою комнату и там переночуешь. А я уж как-нибудь на полу устроюсь.

- Спасибо, Михель. Но я...я правда не могу.

- Не доверяешь? - с притворной обидой нахмурился молодой человек.

- Не в этом дело. Доверяю. Но мне надо уйти... Мне надо уйти от Фрэнсиса.

Михель помолчал, усердно протирая стакан. Наконец ответил, не поднимая головы:

- Я в ваши дела не вмешиваюсь, синеглазка. Но еще раз говорю: ночь на дворе. Гордость, любовь и обида - это все прекрасно, конечно...а как насчет жизни и чести?

Милица вспыхнула.

- Я могу постоять за себя! Если против меня, конечно, не рыжая дура Марта, которая сама не понимает, на что могла нарваться!.. Свою жизнь и честь я сумею отстоять!

- Дело твое, синеглазка. Я тебе не нянька, и прожить за тебя твою жизнь не могу. Только имей в виду: тут у нас по ночам дракон балует. Сожрет - и пикнуть не успеешь. За его шкуру тысяча талеров назначена, так что думай...

Ведьма прищурилась.

- Дракон?.. Драконов я еще не встречала. А где его логово?

Михель засмеялся.

- Ну ты даешь, Мили! Неужто решила тысячу талеров заработать? Иди-ка ты спать. Вот я тебя в свою комнату провожу, и никто тебя до утра не побеспокоит... Даже я, честное слово, хотя ты и раскрасавица!

- Хватит насмешничать, Михель, - вздохнула девушка. - Я и в самом деле пойду. К дракону. Если рискнешь бежать за мной в ту сторону - идем! А не рискнешь - дай пройти!

- Да ты же даже не знаешь, куда идти!

- Я видела прошлой ночью, с какой стороны он взлетал.

- Зачем тебе этот змей крылатый? - уже почти кричал Михель.

- Просто интересно! - с вызовом ответила Милица, и возмущение в ее глазах ясно говорило, что она не намерена кому попало объяснять мотивы своих поступков.

Михель глубоко вздохнул и проглотил готовые сорваться с языка слова.

- Отлично, иди! - лаконично обронил он. - Тебя предупредили, а держать за руки не в моих правилах.

Милица оглянулась. На них десятками любопытных глаз смотрел весь зал, и стояла гулкая тишина...

- Ура храброй деве! - вдруг рявкнул какой-то гуляка, вскакивая на стол и размахивая кружкой. Во все стороны летели брызги пены. - Которая вздумала освободить наш край от лютого змея!..

Раздался громовой хохот, а потом все дружно подхватили "Ура!!!"

Милица грустно посмотрела на них и вышла за двери корчмы. На крыльце встала, вдыхая всей грудью ночной воздух, полный биения неведомой жизни, тайн и неясных шорохов.

Ночь ждала, распахнув объятья. Кто сумеет причинить вред ведьме посреди ночи, надежно хранящей свою дочь?.. Милица улыбнулась, раскрывая руки навстречу ветру.

- Прости... Прости, брат мой, ветер, что я так надолго забыла тебя... Больше не буду! Теперь у нас с тобой все получится, правда?.. - Она сосредоточилась, сплетая чары полета, пытаясь точно рассчитать скорость, высоту и расстояние. - Была не была! - выдохнула девушка. - Полет!..

И крыльцо мягко ускользнуло у нее из-под ног. Она, как пушинка, подхваченная восходящими струями воздуха, взлетала выше и выше, и горящие внизу окошки деревеньки стали походить на горстку светлячков, а вокруг осталось лишь темное небо, облака - и ночь.

Ветер, повинуясь заклятью, понес ведьму к скалистому гребню, вздымавшемуся на горизонте глыбой непроглядного мрака.