Жемчужина Пустыни - Эндрюс Ник - Страница 64

Второе животное было убито демоном во время схватки, и из земли торчала лишь часть крупа. Наконец, киммериец освободился. Воин лежал на спине и смотрел на бездонное голубое небо. Над ним проплывали редкие маленькие пушистые облака. Мир и покой… Даже не верилось, что совсем недавно этот большой, сильный человек находился на краю гибели. Руки нервно подрагивали. Конан вытер пот и грязь со лба и, как безумный, расхохотался. Еще никогда в жизни он не испытывал подобного ужаса. В бою все легко и просто. Если тебе суждено получить клинок врага в живот, значит, так тому и быть. Даже сражаясь с демоном Воздуха, киммериец не боялся умереть. То была бы достойная смерть!.. Но угодить на обед слизню-могильщику позорно и противно.

— Благодарю тебя, великий Кром! — тихо произнес северянин. — Ты избавил меня от ужасной участи.

Из отчужденного состояния киммерийца вывело испуганное ржание лошади. Кобыла погрузилась в грунт уже на две трети. Наемник с трудом сел, на четвереньках дополз до края ловушки и поймал болтающиеся поводья. Напрягая мышцы, Конан потащил животное на себя. Отчаянно брыкаясь, лошадь постепенно двигалась вперед. В глазах бедного существа застыли ужас и боль.

Еще несколько рывков, — и кобыла выбралась на твердую поверхность. Мотая головой, животное пыталось прийти в себя. Киммериец встал, отряхнулся, проверил оружие. Лук цел, стрелы почти все сломаны, за поясом лишь один кинжал, второй навсегда остался в земле. Пальцы нащупали рукоять меча, и от сердца отлегло.

Северянин на ощупь сунул клинок в ножны, когда выбирался на поверхность, и очень боялся, что промахнулся… Погладив лошадь по морде, немного её успокоив, киммериец сел в седло и поскакал к воротам.

Селена стояла с поднятыми руками и молча ждала демона. Гиена, только что атаковавшая, Исайба, опустила голову и покорно поплелась к постаменту. Шемит хотел ударить ее мечом, но волшебница его остановила. Израненный зверь лег возле ложа, сложил лапы и закрыл глаза.

Вскоре в проеме показалось огромное отвратительное скользкое тело чудовища. Телохранитель Андурана, сжав оружие двумя руками, невольно отступил к стене.

Тварь неторопливо проползла мимо него и остановилась прямо напротив девушки. Многочисленные глаза существа потухли и покорно смотрели на победительницу. Выступив чуть вперед, Селена нараспев вымолвила.

— За грехи тяжкие, кровавые будешь ты наказан. Прозябай в темнице тысячи лет. И да не сможет тебя никто больше вызволить! Вечное забвение!

Речь волшебницы стала еще громче, но разобрать ее Исайб не мог. Древний магический язык знала только девушка. Она читала заклинание Рата, а демон медленно, неохотно двигался к ложу. Стоило ему лечь, как цепи тотчас сковали тело чудовища. Кровожадная тварь погрузилась в длительную спячку. Зал начала окутывать голубоватая колдовская пелена, с лязгом и грохотом не спеша закрывался потолок. Свет постепенно мерк.

Селена бессильно опустилась на колени и разрыдалась. Исайб приблизился и встал рядом. Он умел охранять женщин, но не знал, как их надо успокаивать.

В этот момент на мосту раздалось цоканье копыт. Спрыгнув с кобылы, Конан вбежал в просторный зал замка. Увидев, что чудовище заковано, киммериец с добродушной иронией заметил:

— Ты сегодня чересчур долго колдовала. Эта мерзкая тварь меня чуть не сожрала. В следующий раз читай свои заклинания побыстрее.

— Жив! — изумленно выдохнула волшебница.

Девушка с криком бросилась к северянину, крепко обхватила его шею руками и начала целовать в небритые щеки. Подобных эмоций от Селены киммериец не ожидал и, признаться честно, слегка растерялся, но в то же время, хотя место было не самым подходящим, Конан почувствовал прилив возбуждения. Близость женщины, ее влажные губы, частое дыхание и запах не могли оставить мужчину равнодушным. Телохранитель Андурана отвернулся и с невозмутимым видом наблюдал, как закрывается крыша замка.

Внезапно взор северянина упал на закованное чудовище. Киммериец слегка отстранился от волшебницы, улыбнулся и тихо спросил:

— Ты предлагаешь заняться этим здесь?

Слова Конана тотчас привели девушку в чувство. С нее словно слетело наваждение. Она отпустила киммерийца и, поправляя одежду, едва слышно сказала:

— Это были дружеские поцелуи. Я очень волновалась за тебя. Не хочется возвращаться в Кирос одной…

— Само собой, разумеется, — рассмеялся киммериец. — Ничего другого я и не подумал.

На щеках волшебницы проступил пунцовый румянец. Чувство, которое она так долго скрывала, вырвалось наружу в момент опасности. Ничто человеческое девушке было не чуждо. Как и все, Селена жаждала любви. Увы, позволить себе такую роскошь сейчас волшебница не могла. Чтобы перевести разговор на другую тему, девушка указала рукой на стену и тускнеющие древние буквы.

— Рат начертал имя демона и заклинание в виде барельефа. Видно их только при дневном свете, а чтобы он попал в зал, надо открыть потолок, — вымолвила Селена.

— И как это сделать? — поинтересовался Конан, задирая голову.

— Легко и просто, — устало улыбнулась волшебница. — Наступаешь на край постамента, и невидимые механизмы начинают работать.

— Великий Кром, какие сложности, — выдохнул киммериец

На подъемном мосту показались три гирканца. Это все, что осталось от десятка Торгута. Одежда воинов разорвана, на теле следы от когтей, один из кочевников зажимает кровоточащую рану на предплечье, — гиена вырвала ему зубами кусок плоти. С трудом передвигая ноги, вперед вышел высокий гирканец лет тридцати с тонкими редкими усами и клочковатой бородкой. Сжимая саблю, воин с надеждой в голосе спросил:

— Мы победили?

— Да, — проговорила девушка. — Кровожадная тварь теперь находится в надежных путах, а нам пора отсюда убираться. Замок скоро исчезнет.

Люди не спеша двинулись к выходу. В этот момент северянин как будто что-то припомнил. На его устах появилась зловещая усмешка, не обещавшая чудовищу ничего хорошего. Несмотря на сильную усталость, киммериец оторвался от друзей и побежал обратно.

— Ты куда? — удивленно выкрикнула Селена.

— Хочу преподнести демону подарок, — ответил на ходу наемник. — Одна тварь мучается, созерцая нашего товарища. Пусть и эта тысячу лет смотрит на смелого воина, не побоявшегося вступить с монстром в схватку.

Конан прыгнул с моста и устремился к тому месту, где погиб Эблис. К счастью, это было недалеко. Почва уже затвердела и под ногами не проваливалась. Ловушка действовала лишь тогда, когда в ней находилось чудовище. Киммериец хорошо запомнил участок земли, куда демон утащил десятника. Опустившись на колени, он начал разгребать рыхлую землю. Довольно скоро рука коснулась обнаженной головы шемита. Северянин работал все быстрее и быстрее. Стены здания постепенно расплывались. Времени осталось совсем немного. Подхватив «барса» под мышки, киммериец резко дернул его на себя, затем, взвалив мертвое тело на спину, Конан двинулся к воротам. Вот и мрачный темный зал темницы. Потолок закрылся практически полностью, и лишь узкая полоска света еще пробивалась внутрь, Уложив Эблиса прямо перед демоном, киммериец вытер пот со лба и с ненавистью проговорил:

— Смотри на него и помни. Тебя победил простой человек! Этот воин погиб, но имя героя потомки будут помнить еще долго. Твоя участь — забвение. Мучайся, мерзкая тварь!

Северянин выбежал из замка и двинулся к поджидающим его воинам. На лицах чужаков отразилось восхищение. Они не могли оторвать взгляда от цитадели. Замок исчезал прямо на глазах. Стены таяли, дрожали, мерцали. То, что еще недавно казалось прочным и незыблемым, растворялось в воздухе, словно дым. На ложбину опустился голубой волшебный туман. Когда он растаял, темницы уже не было.

— Вот и все! — вздохнула девушка.

— А чудовище снова не появится? — взволнованно спросил высокий гирканец.

— В ближайшую тысячу лет — вряд ли, — вымолвила Селена.

— Значит, наши кланы могут вернуться в степь? — уточнил воин.

— Конечно, — снисходительно улыбнулась волшебница.