Клыки Асуры - Леонетти Марко - Страница 45

Тарн обвел взглядом притихшие окрестности.

— Эй, а где же воины, оставшиеся на страже?

Вопрос был вполне законным. Ни одного из сорока человек, получивших приказ дожидаться их у могильника, не было видно поблизости. Спустя несколько мгновений воины заслышали звук тихих шагов. Из-за кургана показался северянин, бездумно плетшийся в их направлении.

— Эй, какого демона…? — раздраженно крикнул Вьяллар. — Разве тебе не было приказано нести стражу у входа в курган?

— Оставь, — шепнул ему Конан. — Вряд ли он тебя слышит.

Сын вождя канахов хотел удивиться, но варвар опередил его, сказав простую фразу, прояснившую ситуацию:

— Он мертв.

Через какое-то время об этом догадались и остальные. Воин, который брел им навстречу, уже не принадлежал миру живых. Об этом красноречиво говорил застывший взгляд северянина и его шаркающая походка. Похоже, силы мертвых завлекли душу наемника в замогильный мрак.

— А что же остальные? — Гретта посмотрела кругом. — Не могли же все…

Снег взорвался из-под ног группы капитанов наемников десятками прянувших из застылой земли рук.

— Кром…! — воскликнул пораженный варвар.

Его меч, тем не менее, удивляться не стал. Стальной клинок отхватил несколько особо настойчивых конечностей. Конан видел, как справа от него под землей с воплями исчезли два бойца из их небольшого отряда.

— Все мертвы, — с отчаянием и злостью изрек Вьяллар. — Уходим из этого проклятого места, во имя света, и как можно быстрее!

Группа бросилась бежать по направлению к Кровавым Холмам. Руки успели утащить вниз еще одного воина. Тарн указывал путь, передвигаясь над землей огромными летящими прыжками.

Женщины — Миррейа и Гретта, — бежали за ним; пятеро оставшихся в живых воинов Родвара спешили следом, отступление прикрывали Конан и Вьяллар. Мертвецы набрасывались на них дважды, явившись из-под земли в полный рост, Пришлось поработать клинками, расчищая дорогу.

Потеряв еще одного наемника, они прорвались, и уже ничто не мешало им достичь окрестностей призрачного Химинбьёрга, где их поджидало все остальное воинство.

— Олав, строй людей! — на бегу бросил сын Родвара асиру. — Вскоре здесь появятся гости.

Напарник Гретты все понял мгновенно, без лишних объяснений. Группа угодила в ловушку, бойцы погибли, а командира и его подчиненных, чудом сумевших спастись, по пятам преследует враг.

— Вьяллар, ключ?

— У меня. Не подпускай никого к воротам дворца… кто бы ни появился. Мы идем внутрь.

Сын Родвара взял в поддержку три десятка бойцов, среди которых оказались члены банд Хьюки и Бора, остальных поставил под командование Олава. Миррейа осталась с братом помогать асиру. Альвы сдержали обещание: взяв из мертвой руки Томила ключ, они отперли врата в призрачные покои.

— Берегитесь того, кто стережет топор! — напутствовали они Вьяллара и его команду. — И непременно успейте покинуть дворец, пока не наступит рассвет, иначе вы останетесь там навсегда.

Воины вошли в мрачный Химинбьёрг, куда проникали редкие лучи лунного света, искаженного злой волшбой, и их приветствовал хриплый глас мертвецов. Зашевелились старые гнилые кости, скелеты в рваных лохмотьях двинулись на непрошеных гостей. Ярко вспыхнули мечи, разогнав липкий сумрак, и воители Родвара быстро упокоили поднявшихся хозяев. Они прошли пыльными коридорами, куда ни разу не заглядывало солнце, и вышли в просторный зал, где на троне восседал скелет с большим обоюдоострым топором в руках.

— Не иначе как Видфинн, — тихо шепнул Бели своему брату.

— А это тот самый… топор? — спросил Брокк Вьяллара.

Командующий покачал головой.

— Нет, обычная секира. Топор Модгуд сокрыт где-то в другом месте.

Внезапно скелет поднялся с трона и уставился на чужаков взором невидящих глазниц. Бойцы замерли в оцепенении.

— Вы потревожили мой сон после стольких лет, осквернители покоев! Что вам нужно в моем дворце, негодные?! — разнесся по залу скрежещущий шепот.

— Мы пришли сюда забрать топор великанши, сражавшейся на Рагнарёк под знаменами Хёггсена, — ответил Вьяллар конунгу мертвых.

— Зря теряете время, живые! Я ничего не отдам из своего дворца, а вы навечно останетесь здесь моими рабами…

— Вот в этом, король, ты заблуждаешься. Открой нам, где хранится секира, и мы уйдем, более не тревожа твоего сна.

— Я открою вам, где поджидает вас смерть, — сказал Видфинн и с этими словами бросился на чужаков. Сбежав со ступеней, скелет размахнулся и обрушил удар на первого, кто стоял у трона.

Им оказалась Гретта. Капитан наемников, все еще не в силах стряхнуть оцепенение, навеянное ледяным шепотом, в ужасе увидела, как острый топор взметнулся к ее лицу, и поняла, что жить ей осталось не больше мгновения.

Она ошибалась. Конан оттолкнул Гретту и сам занял ее место. Ржавое лезвие в виде полумесяца со звоном столкнулось с клинком киммерийца.

Варвар отвел топор в сторону, крутанулся на месте, и разнес костяной череп конунга на куски ударом левой руки. Скелет рухнул в пыль горкой гнилой трухи.

— Бесполезно, — раздался голос Видфинна откуда-то из-под потолка. — Вам все равно не уйти отсюда живыми. Топор охраняет ужасный Страж, посланный сюда Аваром. Он проглотит ваши жалкие тела и пленит души… Вам не уйти… Никогда…

Зловещий шепот стих.

— Этот мерзавец не смог обрести покой даже после смерти, — сказал Бор и смолк.

Его вдруг пронзила мысль, что он и сам, как только умрет, будет скитаться по земле бесплотным духом в тщетной надежде найти успокоение, расплачиваясь за все проступки, за которые был повинен при жизни. Нечто подобное ощутил и Хьюки. Однако лидеры банд ничего не сказали вслух.

— Так что, может, поищем топор? — предложил Тарн.

Наемники двинулись дальше по призрачному дворцу. Мертвецы их больше не преследовали, словно теперь бесплотные духи выжидали какого-то момента, чтобы разом выплеснуть на чужаков всю скопившуюся злобу.

Блуждая по темному дворцу, они, наконец, отыскали зал, из которого лился яркий огненный свет. Тогда все поняли сразу — за входом в пылающие покои их ждал Топор Модгуд.

V

Нехорошее предчувствие охватило Вьяллара. Он знал, что в зале, возможно, многих ждет смерть, однако, отступать уже было поздно. Приходилось войти в зал и встретиться с тем, что его охраняло от непрошеных гостей по приказу Нидхеггсона, так и не сумевшего преодолеть печать, наложенную на Химинбьёрг альвами-стражниками.

Ступив на мозаичный пол зала, северные воины увидели существо, охранявшее ценную секиру. Оно дремало в волнах жара, исходившего из нутра собственного тела, которое светилось подобно хрустальному кувшину, наполненному жаркой лавой.

Чудовище походило на дракона — плоская змеиная морда, кожистые крылья, чешуйчатый хвост и мощные задние лапы. Однако огненным ящером монстр определенно не был. Красные глаза, лишенные зрачков, не смыкались ни на миг — казалось, он пролежал тут целую вечность, ожидая своих жертв. Существо переливалось подобно медузе, окрашиваясь в призрачные цвета, всякий раз, когда по его коже пробегала рябь, точно оно являлось из числа тех призраков, что населяли мрачный дворец. Если чудовище и было когда-то драконом, то после смерти его преобразили в злое порождение тьмы и наделили необыкновенными свойствами.

Неудивительно, что Нидхеггсон, не сумев преодолеть барьер альвов, отправил этого любимца Тагала стеречь секиру, нужную его мастеру Хёггсену. Страшное отродье, некогда служившее Богопротивнику и участвовавшее в битве Рагнарёк, теперь поджидало новых гостей. Оно привыкло губить, калечить, убивать все, на что указывал его хозяин, и даже смерть не изменила его мерзкой сущности.

Красные глаза едва заметно сузились при появлении команды Вьяллара, как будто демонический дракон приглашал их войти и взять Топор Модгуд.

«Давайте посмотрим, насколько вы смелы, дерзкие смертные, — говорил его взор. — Если вы не прочь рискнуть, входите. Только тогда уж вряд ли кто-то из вас вернется назад».