Принц-леопард - Хойт Элизабет - Страница 66

В этот момент ее глаза широко распахнулись:

– Но, Гарри…

– Что, моя госпожа? – Он мягко толкнулся. Ах, боже, как тесно.

Она обняла его так, словно больше никогда не собиралась отпускать. Он хотел именно этого. Он бы провел с ней в таком положении вечность.

Он сделал еще один выпад.

– О, Гарри, – вздохнула леди Джорджина.

Кто-то постучал в дверь.

Она сжала его внутри. Он изо всех сил старался не застонать.

– Джордж, ты в порядке? – послышался из-за двери голос одного из ее братьев.

Гарри чуть вышел, затем снова толкнулся внутрь, предельно осторожно. Нежно.

– Ответь же ему.

– Дверь заперта? – Джорджина выгнула спину навстречу его толчкам. – Дверь заперта, я спрашиваю?

Он сжал зубы.

– Нет. – И тут же обнял Джорджину за ягодицы.

В дверь снова постучали:

– Джордж? Могу я войти?

Его любимая тяжело дышала. Он из последних сил взял себя в руки, справляясь с охватившим его сильным возбуждением.

– Он может войти? – Он сделал резкий выпад, глубоко войдя в ее жаркое тело. Пусть будет, что будет, он не убежит. Он просто не сможет этого сделать.

– Нет, – прошептала она.

– Что? – снова спросили из-за двери.

– Нет! – прокричала она. – О, Тони, уходи, пожалуйста! Нам с Гарри нужно еще немного времени, чтобы поговорить.

Гарри ухмыльнулся:

– Поговорить?

Джордж глянула на любимого. Лицо ее раскраснелось и стало чуть влажным.

– Ты уверена? – Тони, видимо, сильно волновался за сестру.

Гарри подумал, что это хорошо, но он оценит это позже. Одной рукой он проник туда, где их тела соединились.

– Да! – закричала Джордж.

– Ну, хорошо! – раздался звук удаляющихся шагов.

Его госпожа обхватила его ногами и наклонилась вперед, намереваясь куснуть его за губу.

– Закончи то, что начал.

Он прикрыл от удовольствия глаза. Да, это его женщина. И Гарри добьется ее, во что бы то ни стало. Счастье наполняло его от одной мысли, что жизнь дала ему еще один шанс.

Она все еще ждала.

– Ты выйдешь за меня замуж, моя госпожа? – Большим пальцем он гладил ее, а сам сделал быстрый и жесткий выпад, встряхнувший стол.

– О, мой Бог! – простонала она.

– Укуси меня за плечо, – он задыхался, ускоряя темп.

Он чувствовал, словно что-то давит на него, несмотря на то, что сукно его сюртука было довольно тонким. И тут он взорвался внутри нее, откинув голову назад и сжав зубы, чтобы удержать в себе крик экстаза.

– Боже!

Его тело трясло, и он вынужден был опереться рукой о стол, чтобы удержать их обоих от падения. Он свел колени вместе, чтобы удержаться в вертикальном положении, и выдохнул:

– Ты выйдешь за меня, моя госпожа?

– Ты спрашиваешь меня об это сейчас? – голос ее был очень слабым.

Он не один находился под впечатлением момента.

– Да, и я не уйду, пока не получу ответа.

– О чем можно так долго разговаривать? – удивилась Вайолетт. Ее всю трясло от холода. Она десять раз пожалела, что не захватила из дома плед. В церкви оказалось довольно прохладно.

Викарий что-то бормотал, поудобнее усевшись на скамью у кафедры и прикрыв глаза. Вайолетт подозревала, что он просто спит.

Она недовольно потопала ножками по каменному полу. Когда Гарри со своими друзьями ворвались в церковь, все казалось очень интересным, обещало стать увлекательным приключением, со всеми этими вмиг обнаженными шпагами. Она представила, что будет схватка, и уже приготовилась поплакать, если прольется кровь и кто-нибудь пострадает. Но время шло, и мужчины, как ей показалось, заскучали.

Самый крупный мужчина с неровной кожей на лице принялся уныло тыкать кончиком шпаги в щели между каменными плитами пола. Тот, который выглядел поэлегантнее, посмотрев на своего друга, принялся читать ему лекцию о том, как следует обращаться с клинком. У третьего пришедшего с Гарри мужчины были красивые каштановые волосы, но отвратительно грязный плащ. Это все, что она могла о нем сказать, потому что все это время он стоял, повернувшись ко всем присутствующим спиной, и разглядывал церковные витражи. Рядом с ним вертелся какой-то паренек: судя по всему, старший рассказывал младшему о библейских сюжетах, изображенных на витражах.

Рьяные защитники чести Джордж Оскар, Ральф, Сесил и Фредди все это время обсуждали, как правильно держать шпагу. Глаз у Ральфа опух, синяк под ним стал желто-зеленого цвета. Оскар едва заметно прихрамывал. Надо бы узнать потом, чем это они втроем занимались.

Вайолетт вздохнула. Все это очень печально.

– Послушайте, а вы случайно не де Рааф? – спросил Тони, вернувшись ни с чем от закрытых дверей ризницы с весьма озадаченным видом. Обращался он к мужчине с неровным лицом. – В смысле, граф Свартингэм?

– А что? – мужчина свирепо насупился.

– Я граф Мейтленд, – Тони протянул ему руку.

Некоторое время граф Свартингэм смотрел на протянутую руку, потом вложил шпагу в ножны.

– Приятно познакомиться. – Кивнув в сторону своего элегантного спутника, он добавил: – А это виконт Иддесли.

– О да, – Тони обменялся рукопожатием и с ним. – Много о вас слышал, де Рааф.

– Неужели? – осторожно спросил огромный мужчина.

– Да-да, – невозмутимо ответил Тони. – Недавно читал ваш труд о севообороте.

– А, – лицо великана просветлело. – Вы занимаетесь этим на своих угодьях?

– Мы только начинаем. Живем немного севернее вас. Одна из основных наших культур – это горох, все бобовые.

– Ну и, конечно, брюква, – добавил Оскар.

Они с Ральфом за это время вплотную приблизились к беседующим.

– Да-да, конечно, – довольно отозвался лорд Свартингэм.

Брюква? Вайолетт сильно удивилась. Они обсуждают свои сельскохозяйственные проблемы, словно собрались поболтать за чаем. Или встретились случайно в таверне.

– Извините. – Тони представил подошедших: – Это Оскар и Ральф, мои младшие братья.

– Рад знакомству.

Снова рукопожатия.

Вайолетт молча покачала головой. Ей никогда, никогда, никогда не понять мужчин.

– А это Сесил и Фредди Барклай, – представил друзей Тони и неловко кашлянул. – Сесил собирался стать мужем моей сестры.

– Боюсь, это уже не случится, – уныло проговорил Сесил.

И все эти чертовы дураки ухмыльнулись.

– А вы, по-видимому, и есть младшая сестра, – проговорил мужской голос где-то совсем рядом с ее ухом.

Вайолетт принялась отчаянно крутить головой, пытаясь разглядеть третьего приятеля Гарри. Сопровождавший его мальчик остался где-то преклонить колени. При ближайшем рассмотрении этот мужчина оказался подозрительно симпатичным, с красивыми изумрудно-зелеными глазами.

Вайолетт прищурила глазки:

– Вы кто?

– Грэнвиль. Беннет Грэнвиль, – поклонился он.

Вайолетт так удивилась, что даже не сделала реверанс. Почему это Грэнвиль теперь помогает Гарри?

– Но лорд Грэнвиль недавно чуть не убил Гарри, – она сердито посмотрела на него.

– Да, боюсь, это сделал именно мой отец, – его улыбка немного потускнела. – Но моей вины здесь нет. У нас с ним было мало общего.

Вайолетт почувствовала, как рот ее расплывается в дружественной улыбке, но тут же резко оборвала свой порыв.

– Что вы здесь делаете?

– Это, знаете ли, целая история… – мистер Грэнвиль вдруг замолчал и посмотрел куда-то поверх ее головы. – А вот, кажется, и наши голубки.

При этих словах вертевшийся на язычке Вайолетт вопрос потерял актуальность. Она обернулась, чтобы узнать, кого же Джордж все-таки выберет себе в мужья.

Джордж с облегчением вздохнула. Ей очень хотелось уснуть прямо здесь и сейчас в объятиях Гарри. Даже если кроватью им будет служить этот жесткий рубленый стол.

– Ну, так что ты решила? – он слегка подтолкнул ее локтем.

Он хотел услышать ответ именно сейчас. Она попыталась подумать над его вопросом, решив, что ее мозг не так сильно расслабился, как ее ноги.