Охотник за мертвыми (СИ) - Прогин Влад - Страница 102

  Я осторожно слез со своего транспортного средства и глянул вниз с балкончика, к которому подъехал. Дорога вывела меня на балкон, и внизу я увидел свою цель. Потолок у залы отсутствовал, и на стальном троне в скупом свете трещины в небесах виднелась фигура человека в чем-то напоминающем военную форму. Низкий рост, лицо скрывает головной убор.

  Интересно, откуда он здесь?

  Винтовка появилась в моих руках, и я взял прицел. Пора с этим покончить. Пуля полетела вперед и ударилась о некую преграду. Я не успел ни удивиться, ни сделать повторного выстрела: меня ослепил яркий электрический свет сотен ламп, а механические щупальца вылезли, казалось отовсюду, схватили меня, стянули и потащили вниз, к сидящему на троне человеку, издававшему сейчас нечто отдаленно напоминающее смех. Он задал вопрос на неизвестном мне языке, в ответ на который я попросил его катиться к черту... На русском.

  - Ты говоришь на языке этих варваров? - спросил, наконец, человек.

  - И на нем тоже - сказал я, пытаясь подобрать ругательства и одновременно оценивая обстановку.

  - Из страны варваров, но твои методы отличаются от их... Интересно. И в тебе ох как много жизни. Я бы выпил тебя, да вот незадача: чем больше таких как мы, тем больше в этом мире жизни, а из-за тебя мой доход здорово сократился. Пожалуй, мне стоит тебя держать связанным, до тех пор, пока твое тело наверху не сдохнет, и ты не обретешь здесь свой чертог. Хотя предварительно я выпью из тебя излишки.

  Опять раздался смех, и по команде хозяина чертога сюда сдвигалась техника. Острые иглы старались меня неожиданно уколоть, чтобы меня покинула только часть жизни, а не вся, а я этому пытался сопротивляться. Уж не знаю почему, но количество техники напомнило мне один из реакторов, который я посещал, пока учился в родном институте, а дальше мозг сработал быстро, не успели меня и трех раз кольнуть иглы.

  Электроника плохо переносит радиацию и чем больше всего натыкано на маленький кристаллик микросхемы, тем хуже ей придется от нее. А микросхемы там были внутри, в большом количестве, я видел их в поверженных противниках, прежде чем они оборачивались светлечками и летели ко мне. Я не мог ничего соткать большого: механические лапищи в момент разрушали это, не давая закончить. Но как они смогут остановить излучение?

  Я представил, что я радиоактивен, как на поверхности моего тела образуются тяжелые частицы и распадаются. Наверное, звучит как бред, но раза с третьего мне это удалось, поток пошел и я пустил на это сразу большое количество жизни, надеясь вызвать отказ всего того, что меня окружало. Когда первый манипулятор щелкнул и ослабил хватку, я позволил себе ухмыльнуться.

  А еще через несколько мгновений соткавшийся в руке арбалет, который ничто уже не разрушило, всадил два увесистых болта в спину хозяина чертога.

  Но тот сопротивлялся: жизнь летела из него сотнями светляков, наполняла меня, а он пытался затянуть рану и лишь через несколько минут и еще двух выстрелов сдался.

  Взрыв, с которым стал рушиться этот чертог, ослепил меня и очень скоро я ощутил, что полон. Жизнь шла в меня и распирала изнутри, причиняя боль, и вместе с жизнью уже хлынули обрывочные чужие воспоминания, из которых я смог составить примерную картину происходивших событий.

   ***

  Это оружие было грандиозным, самым лучшим. Солдаты были расставлены вокруг эпицентра взрыва, и можно было видеть, как они умирают. Первые ряды сносит взрывной волной, сжигает огнем, те, кто стоит дальше, гибнут от излучения и гриб, великолепный алый гриб над всем этим. Генерал надеялся, что это оружие будет его перевесом в борьбе с повстанцами и едва проверил его, приказал использовать сразу же...

  Вот только все пошло не так. Несмотря на то, что он вскоре обратил практически весь материк в безжизненную пустыню, они остервенело рвались в его резиденцию, не понимая что уже обречены. И тогда он выпил то, что хранил на крайний случай. Он изучал действие этой загадочной жидкости на сотнях людей, и знал, как отдалить час расплаты за полученные силы, но не до конца. Что же у него есть путь отхода, и он проживет долго.

  И генерал Ксаргов, единственный и безраздельный правитель своего мира, величайший, как он считал, ученый всех миров, выпил свой яд. Эти плебеи, недолюди, недостойны его убить.

  И он призвал новую силу и истребил всех, кто атаковал его резиденцию, а потом, открыл врата, и ушел в мир к варварам, вот только там он отдалить час расплаты почему-то не смог и силы предали его в бою: он потерял сознание, а варвары его убили, не оставляя шансов вернуться наверх, наполнившись жизнью, и оставляя его прикованным к своему только рождавшемуся чертогу.

   ***

  Все кончилось. Я стоял в воде, на меня смотрели воины союзных мне войск.

  - Чертова фашистская сволочь - я сплюнул. У этой жизни был привкус безумия и жестокости. Ее бывший обладатель был законченным психопатом и убил больше народа, чем Гитлер и Нолдорцы вместе взятые, уничтожил едва ли не всю жизнь в своем мире...

   И все же теперь я был полон. Сыт.

  - Передайте своим повелителям от меня огромное спасибо. Я полон - сказал я стоящим воинам и те отрешенно кивнули. Они немы, но их повелители видят и слышат их ушами. Я сделал шаг вперед, но вода меня удержала на поверхности, и я медленно поплыл вверх, словно мыльный пузырь. Пора бы уже просыпаться...

  В какой-то момент я оглянулся... И увидел себя же стоящего внизу и с улыбкой глядящего вслед, но стоящего не в мелком океане, а на твердом черном камне во дворе крепости, крепости некроманта, что была построена в горах руками мертвых для того чтобы стать оплотом для охоты опять таки за мертвыми...

   ***

  Я очнулся. Все мышцы болели, мутило, но я был жив, и проваливаться в небытие не спешил. Деревянный потолок улыбнулся мне тремя знакомыми и изученными до мельчайших подробностей сучками. Кафедра?

  Я приподнял немного голову и сразу заметил иглы, воткнутые мне в вены. Осторожно, чтобы не повредить себе руки я по очереди извлек иглы. Одна из них вылила на кровать некоторый объем крови, достаточный, чтобы сделать мое лежание здесь чуточку менее комфортным. Руки слушались плохо, поэтому я просто положил их под одеяло и прижал раны от игл.

  Хотелось пить, от тела здорово пахло потом, словно я проспал здесь... Погодите, а сколько я здесь проспал? С этой мыслью я забылся сном, и иногда мне казалось во сне, что я лежу не на кровати, а на гладком черном стекле, скрывающим от меня те глубины, откуда я поднялся.

  Когда я проснулся, за окном был уже вечер. Дверь, своим скрипом разбудившая меня, отворилась, и в комнату зашел Чарфе.

  - Алькор! Ты очнулся!

  - Вроде того - не стал отрицать я - сколько я проспал?

  - С тех пор, как мы добрались до Норсидиала и забрали тебя оттуда - два месяца.

  - Что это за штука? - я указал на агрегат, иглы которого не так давно извлек из вен.

  - Это то, через что мы тебя кормили все это время и попутно отфильтровывали из твоей крови кровь Хаоса. Сейчас, когда ты очнулся, думаю, в этом нет необходимости. Как ты себя чувствуешь?

  - Спасибо, жить можно. Слабость только жуткая и вокруг словно вакуум, ни капли первородной энергии.

  - Забавно, но из тебя вышло даже больше Крови, чем тогда было - Чарфе внимательно осмотрел стакан с черной жидкостью - Твоя одежда, если надумаешь встать, там. Как только будешь в состоянии держаться на ногах - поговорим. С тобой тут помимо меня многие хотят поговорить. Есть или пить будешь?

  Я немного поел, потом проспал еще несколько часов, прежде чем понял, что спать больше не могу. С большим усилием я принял вертикальное положение и привел себя в порядок. От робы Академии я решил отказаться в пользу сшитой Авророй мантии, которая все еще лежала здесь.

  Неожиданно взгляд мой упал на что-то немного торчащее со шкафа. Я подошел и извлек оттуда свежую, едва ли не только что нарисованную картину. Откуда?