Охотник за мертвыми (СИ) - Прогин Влад - Страница 67

  - Она умерла?

  - Да - голос Алькора стал сух, словно пески пустыни, а взор устремился вдаль.

  - Ты будешь мстить?

  - Да.

  - А те сказки, которые ты рассказывал... Они... Ни на что не похожи... Откуда...

  - Вольный пересказ прочитанного когда-то в родном мире. Сказочник из меня плохой.

  Сухость голоса, отстраненность. Да что же с ним такое?

  - Хорошо, как скажешь! И... - девушка замялась - Спасибо, что спас меня тогда от инквизиции. Я ведь тогда так и не поблагодарила тебя толком.

  - Все и без того было понятно. Я не мог поступить иначе. Другое дело, что стратегию пришлось избрать не ту, которую от меня ждали - на секунду Ирви показалось, что Алькор стал прежним, добрым остроумным и компанейским человеком, которого она помнила, но стоило взглянуть ему в глаза, как иллюзия таяла.

  Минут пять они ехали молча, потом охотник нарушил молчание.

  - Я скоро сворачиваю, и наши пути разделятся. Береги себя и никому не говори, что ты меня видела.

  - Хорошо. Удачи те... Удачной охоты! И последнее... Мы с Карнесом... В общем, у меня скоро будет ребенок. Ты не будешь против, если мы назовем его в честь тебя?

  - На все ваша с Карнесом воля, но только знай, что имя Алькор в переводе с древнего наречия Суримиса значит "обреченный". Теперь я знаю.

  - Ой!

  - В моем родном мире меня звали Игорь. Не знаю, что меня заставило назваться в этом мире этим именем... Ты первая, кому я здесь говорю это мое настоящее имя. Ну может кто из тех, кто у меня в голове ковырялся знает его еще... Можешь использовать это имя, если угодно.

  - Он будет знать о тебе!

  - Хорошо. Большого вам счастья. И последнее: Я не хочу втягивать Хакера в эту заварушку, поэтому, раз уж ты знаешь мой секрет, не можешь взять к себе его?

  - А он согласиться?

  - Ты ведь всегда хорошо ладила с животными.

  Охотник спрыгнул и посмотрел ворлаку в глаза.

  - Удачи тебе старина. Слушайся новую хозяйку. Меня ты уже врядли увидишь...

  Ворлак не хотел расставаться со своим хозяином, но после уговоров сдался и, лизнув хозяина на прощание, простился с ним. Совсем, ведь, как большой пес.

  Вскоре они разделились: девушка поехала западнее, прямой дорогой в Сорросс, а охотник, уже пешком двинулся на юг, мимо Аррасса к полуразрушенной древней дороге, что вела к перевалу в некогда великий Загорный Край. По пути он еще трижды сменял облик, то накладывая, то снимая грим, частенько срезал путь по бездорожью и путал следы. А к своей крепости двинулся вообще окольной дорогой чуть ли не через чащу леса.

   ***

  Трудно сказать, что я рад был тому, что выжил. Что у меня осталось? Осталась только боль, горечь и пустота. Пытаясь спасти любимую, я перенял проклятие лесного народа, способность любить лишь одного человека за всю свою жизнь. Сам не знаю, как это произошло.

  Я присутствовал на прощании с Инвил, предварительно загримировавшись под старика Килиндира, и помнил все. Помнил, как защемляло тисками сердце при виде до боли знакомого лица, помнил, как пламя вырвалось из стеклянных колб с маслом и жадно поглотило ее тело. А еще в том огне сгорела последняя частичка, то, что не догорело в двух предыдущих: человечность, наверное. Я прекрасно помнил всех, кто там был. Помнил как Чарфе, Ассерус и другие некроманты с кафедры смотрели как "мой" прах укладывают в каменный гроб, помнил Саля, выглядевшего больше ошарашенным, нежели печальным и совершенно убитое лицо Иллиала. Ему, должно быть пришлось хуже всего: он потерял как любимую сестру, так и старого друга. Потом, когда все разошлись, я еще долго стоял и смотрел на камень, под которым покоился прах той, кого я любил. И куда тогда подевался весь мой цинизм и "дубовость"? Создавалось впечатление, что разум на какое-то время впал в ступор, отключился, не совладав с эмоциями, оставив сознание наедине с душевной болью.

  Время лечит, и это лучший и единственный бальзам на душевные раны, однако же, проклятие лесного народа не дает таким ранам зажить никогда.

  Покинул я Аллею Героев только поздно ночью...

  Все считали меня мертвым, и я покинул Аррасс, захватив с собой все, что счел нужным. Хакер сбежал за мною следом, и у меня появилось средство перемещения.

  Бандиты, которым не повезло встать на моем пути стали эрнрасто, мертвым разумом. Более я решил себя не утруждать подчинением каким-то заветам этих шизофреников, пропихнутых позже как законы. Теперь я решил играть по своим собственным правилам.

  Деньги у меня были, в конце концов, не так мало я награбил в свою бытность Соловьем. И было знание. Знание сила даже в моем мире, а здесь... Это сила в квадрате.

  Леса южнее Аррасса приютили меня на некоторое время, прежде чем со своим отрядом эрнрасто я двинулся на Юг. Мне здорово не хватало хороших усилителей некромантии и прочих поделок из энергетического хрусталя, и, кажется, я знал, где найти его вдоволь для своих нужд. Конечно, самоделки будут грубыми, но микрометрической точности здесь не требуется.

  Тот самый перевал и то самое место, где Первородная энергия входит в этот мир. Причем не просто заурядное местечко из сотен таких, а одно из самых сильных, уступающее по силе разве что Аррассу и Норсидиалу. А вместе с этим здесь были огромные запасы энергетического хрусталя, а так же многих других полезных ископаемых которые были в этих горах. Кое где, даже были остатки когда-то работавших здесь шахт, в которых, надо полагать ныне ютились твари, которых и мертвяк испугается... Утрирую, конечно, но их придется оттуда в ближайшее время выселять. Смогу ли я, пользуясь услугами своих мертвецов поднять производство всего необходимого мне с нуля? В родном мире не смог бы, но здесь... Здесь мне подвластно нечто большее. Да и выбора особо не было.

  Когда-то здесь была крепость, от которой остались только катакомбы, и то местами рухнувшие и засыпанные. С обустройства своего жилища я и решил начать.

  Забавно, но когда раньше я поднимал нежить, по пути в пустыню, местная флора и фауна ее очень охотно кушала и страхом от моих некромантских поделок не веяло. Что же изменилось во мне теперь, если моей нежити сторонилось все живое? Откуда у той нежити, что поднимал я появилась та аура страха, дающая сто очков форы творениям Нолдорцев? (исключая их последнее воинство)

  Наверное, таким должен быть настоящий некромант: делать свое дело с душой, как бы цинично это не звучало в данном контексте.

  Моя нежить принялась за работу, едва мы прибыли сюда. Пока я ютился в пещере и мастерил дополнительные усилители, тридцать четыре мертвых разума, эрнрасто, расчищали территорию, откапывали и вычищали входы в катакомбы и готовили фундамент.

  Большая часть бандитов, которая сейчас служила мне, были выходцами из крестьянского люда, а значит, работы не боялись, и работать при жизни умели. Я не пытался понять, отчего и почему они переступили черту закона, мне просто нужен был материал, который умеет работать и неплохо держит клинок в руках, причем еще, желательно, пропажа которого не привлечет ненужное внимание к моей скромной персоне и, что самое главное, не даст повода совести помучить меня. Таки наличие у них строительных навыков, пускай и не у всех, таки сыграло решающую роль во всей этой истории.

  Эрнрасто. Создать такую нежить тяжело. Некромант должен влить в еще живое, хоть и ослабленное тело силу, попутно добавляя целую систему контролирующих узоров. Ни одна из прочитанных мною книг не давала полной картины процесса, не расписывала каждый завиток в схеме, каждый примитив. Это скорее была просто инструкция. В отличие от обычной нежити мертвый разум не гниет, требует помимо постоянной подпитки потоком первородной энергии еще и обычную пищу. Регенерация тканей в случае повреждения на порядок быстрее, чем при жизни, а кровь из ран не течет. У меня было подозрение, что роль крови выполняет первородная энергия, так как при завершении процесса "второго рождения" потоки энергии словно высвечивали на секунду все сосуды, от сердца и крупных артерий, заканчивая буквально расплывчатым туманом сотен тысяч капилляров. Сознание, должно быть тоже не в одном только мозге храниться, так как если эрнрасто повредят голову, он сохранит память и умения, вот только будет требовать больше энергии.