Вторая мировая война - Уткин Анатолий Иванович - Страница 267

В эти дни боев в Средиземноморье Черчилль определяет то, что он назвал «верной стратегией» на 1944 год. Он выделил две ее части. Первая — максимум продвижения (после Сицилии) в Италии, желательно до реки По, «с получением возможности двинуться либо на запад — в южную Францию, либо на северо-восток, в направлении Вены». Вторая часть стратегии — высадка в Норвегии. «Оверлорд» же использовать как побочную операцию — «я не верю, что 27 англо-американских дивизий достаточны для реализации «Оверлорда» в свете исключительной боевой эффективности германской армии». В тот же день он поручает Комитету начальников штабов изучить возможности превращения гренландских айсбергов в плавучие аэродромы, массивные и непотопляемые.

Война на Тихом океане

В ночь на 27 июля 1943 года незаметно для американцев японские войска удалились с острова Киска на Алеутах. Высадившиеся на Киске американские и канадские солдаты были удивлены незаметным уходом японцев. Но южнее, на острове Новая Георгия они сражались со стойкостью самураев и американцы запросили подкреплений. 1 августа 1943 года японцы бомбили базу американских торпедных катеров на одном из Соломоновых островов, едва не утопив молодого морского офицера — будущего президента Кеннеди. 15 августа 6 тысяч американских солдат высадились на острове Велла Лавелла. 1 сентября американцы высаживаются на Бейкер-айленд с целью превратить его в опорный аэродром в сердцевине Тихого океана. 5 сентября 1943 года две тысячи американских и австралийских парашютистов захватили населенный пункт Наздаб в Новой Гвинее. На парашютах спустили и пушки. Японцы отпрянули к Лае, который, впрочем, был покинут ими 16 сентября.

За год боев на Новой Гвинее австралийцы потеряли 12 тысяч человек, но постепенно освобождали этот остров. 6 октября американцы высаживаются на центральном из Соломоновых островов — Коломбангара. А японцы 25 октября 1943 года завершают строительство железной дороги Бирма — Таиланд, в процессе постройки которой погибли 16 тысяч военнопленных западных стран. Открыта магистраль, но победного выхода к Индии ожидать было уже трудно. 26 октября новозеландская пехота высаживается на Моно-айленде в гряде Соломоновых островов. Американцы начинают наступление в направлении Бугенвиля. В ноябре они начинают операцию «Гальваник», в ходе осуществления которой высаживаются на атоллах-островах Гилберта, Макин, Тарава и Абемана. Американская бомбардировочная авиация нанесла удар по Формозе. Мы видим, что в Азии, как и в Европе, период пика угрозы начинает проходить. Для дипломатии это означало необходимость обратиться к будущему.

Бег к Днепру

По немецким данным, с начала войны по 31 августа 43-го года вермахт потерял на Восточном фронте 548480 солдат и офицеров. Более двух миллионов были ранены. Геббельс пишет в дневнике: «Удивительная вещь, каждый возвращающийся с Восточного фронта солдат считает себя выше большевистского солдата, но мы, тем не менее, постоянно отступаем. Советская сторона в состоянии публиковать списки своих побед каждый день». Гитлер впервые ставит перед Остхеер не наступательные, а оборонительные цели. Такого еще не было. 11 августа он соглашается с идеей Ostwall — создания огромного по протяженности Восточного вала, протянувшегося от ленинградских предместий, Орши и Гомеля на севере, по берегу Днепра и восточнее до Керчи. Эта супероборонительная линия получила название «линии Пантеры». Сюда — на великую стройку — предполагалось согнать рабов со всей Европы и под руководством германских офицеров соорудить неприступные оборонительные позиции. Вермахт придет в себя, военная промышленность произведет типичные немецкие чудеса, в руках Берлина будут Украина и Белоруссия — их эксплуатация (от людских резервов до никопольского марганца) даст новую энергию рейху. Впервые Гитлер ограничивает себя на Востоке, он впервые не верит в военно-наступательное решение. 8 сентября Гитлер прибыл в штаб группы армий «Юг» — в Запорожье. Манштейн обрисовал неприглядную картину ослабления позиций вермахта. Гитлер не ощутил прилива сил и упреки в саботаже надобностей Восточного фронта его угнетали. После полудня он улетел и никогда уже не был на территории СССР.

Накал битв в районе Курска, Белгорода и Харькова был столь велик, что в последующие недели все советские танковые армии были отправлены в тыл на переоснащение и пополнение. И хотя в сентябре они были очень нужны на огромных, раскинутых от Заполярья до субтропиков фронтах, бронетанковая мощь была практически исключена из боевых действий. Нуждалась в воссоздании своих сил и артиллерия. На протяжении всех огромных фронтов артиллеристы в ходе битвы под Курском получили почти двадцать семь миллионов снарядов и мин, но они использовали за это время сорок два миллиона снарядов. Не всегда обращают внимание на работу железной дороги, но она в ходе Орловско-Курской операции подверглась — особенно в прифронтовых районах — такому бомбовому удару, что только время и неимоверные усилия могли поставить ее обратно на ноги.

Сталин же был уверен, что скорость, с которой немец дошел до пригородов столицы и волжских берегов, предполагает возможность и реальность столь же быстрого отступления. Наверное, ему припоминался опыт 1920 года, когда поляки в мае взяли Киев — а в августе Красная Армия (Сталин был на южном фланге наступающей армии) подошла к Варшаве. Так и сейчас Сталин предполагал, что самоуверенные немцы решающим образом перенапряглись. У них нет стратегических резервов. У них — во время самой страшной войны на выживание — самый высокий в Европе жизненный уровень!. Они авантюрно играют со своей судьбой, они будут наказаны. Сталин видел в качестве продолжении операции, в ходе которой блистательно был взят Харьков, — выход на берег Днепра. Сталин хотел буквально одним ударом возвратить Донбасс и плодородные поля Украины, он хотел лишить германское руководство возможности стабилизировать свое правление на оккупированных территориях. Он требует движения до Киева. Конечно, если представить себе высадку западных союзников в обещанных августе-сентябре 1943 года, то Гитлеру пришлось бы бросить на Запад минимум 50–60 дивизий — ведь рейх был почти пуст в 1943–1944 годах — и тогда продвижение советских войск было бы упрощено.

На советской южной части фронта собираются грандиозные силы. Буквально изнемогающая страна выставляет 2633 тысячи человек на пяти фронтах — Центральном, Воронежском, Степном, Юго-Западном, Южном. Здесь 2400 танков, 2850 самолетов, 51 тысяча орудий. Это значительно больше того, что имеют здесь после Курска немцы — полтора миллиона человек, две тысячи танков. Впервые у вермахта меньше, чем у противостоящей стороны, самолетов.

Итак, несмотря на ожесточение летних боев, Красная Армия в период между концом августа и началом сентября 1943 года берет на себя решение огромных задач сразу после взятия Харькова. Воронежскому фронту поставлена задача двигаться в направлении Полтавы и Кременчуга, выйти к Днепру и даже захватить плацдарм на его западном берегу. Центральный фронт идет в направлении Хутора Михайловского, достигает в начале сентября Новгорода-Северского, заходит на Киев и даже, если обстоятельства будут благоприятствовать, до Чернигова. Степной фронт дойдет до Днепропетровска и создаст плацдармы на западном берегу великой реки. Юго-Западный и Южный фронты пробьются до Запорожья и Херсона, овладев южным течением Днепра.

Такие крупные партизанские объединения, как отряд Ковпака, активизировались летом 1943 года, проводя весьма существенные операции на правобережной Украине. Отряды Федорова, Сабурова, Наумова были лишь частью партизанской борьбы, на которую очень рассчитывали в Москве. Из штаба (расположенного на фронте Ватутина) руководитель украинского партизанского движения Строкач готовил нечто вроде второго издания «рельсовой войны». Киев, Кременчуг и Днепропетровск должны в решающее время стать недосягаемыми для германского снабжения из рейха.