Духи гор [Духи севера] - Эндрюс Ник - Страница 2

И Конан не ошибся. Здание дворца было видно издалека. Остроконечные башни, ступенчатые стены, выкрашенные в нежный светло-зеленый цвет, а рядом золоченые крыши минаретов. Из реплик торговцев наемник узнал об огромном пруде и великолепном саде султана Шушана. В условиях местного климата это удовольствие стоило недешево.

Караван неторопливо миновал улочки ремесленников и без труда добрался до квартала чужеземцев. Киммерийца сразу предупредили, что в городе действует несколько очень своеобразных законов.

Во-первых, никто, кроме дворцовой стражи, не имел права носить одежду зеленого цвета. В случае нарушения преступника ждал солидный штраф и двадцать ударов палками.

Куда серьезнее каралось другое несоблюдение закона. В Шушане запрещалось употреблять вино на улице, только в доме или в гостиницах и тавернах. Даже на базаре покупатели пробовали дурманящий напиток в специально отведенных помещениях, вдали от посторонних глаз. Человека, презревшего данное правило, отправляли на год в каменоломни. Возвращались оттуда немногие. Каторжный тяжелый труд и невыносимая жара убивали даже самых крепких людей.

О воровстве можно не упоминать. Преступнику сначала отрубали одну кисть, затем вторую, ну, а на третий раз с плеч слетала голова. Хотя, признаться честно, Конан так и не понял, как человек без рук мог что-то украсть.

Прощание с караваном было недолгим. Купец пытался уговорить его остаться, удваивал плату, обещал процент от торговых сделок. Хитрый туранец понял, что другого такого воина ему не найти. Киммериец один стоил десятка охранников.

Однако перспектива вечно блуждать по пустыне северянина не прельщала. В его честолюбивых планах было желание заполучить во владение какое-либо королевство. А для этого нужно много золота и несколько сотен головорезов. В «Красной пустоши» не найдешь ни того, ни другого.

То ли дело Шушан. Запах денег здесь витает в воздухе. Сколотить хороший отряд большого труда не составит. Но для начала нужно наняться в местную армию. Как и в большинстве городов-государств Шема, наемников тут принимали с распростертыми объятиями. Завтра место погибших займут другие, столь же алчные авантюристы.

Конан долго блуждал по узким улочкам Шушана. Как и в любом городе, роскошь и богатство здесь соседствовали с бедностью и нищетой. Жалкие глиняные домики, скромная похлебка и стайки нестриженных детей.

В конце концов, киммериец наткнулся на гостиницу «Приют путника». Типичное недорогое заведение. Потемневшие от времени столы, шатающиеся кровати, потертые ковры и сотни раз стираное белье. Подобрать что-нибудь получше северянину не позволяли финансовые возможности.

Он хотел несколько дней пожить в городе. Осмотреться, оценить обстановку, выяснить, с кем сейчас враждует Шушан, насколько хорошо платят наемникам. В крайнем случае, свет клином на этом городе не сошелся. Есть еще Эрук, Шумир, Нипр… Да мало ли мест, где дорого ценится умелый клинок!

Сидя за высоким столом, Конан жевал жесткое недожаренное мясо и запивал его сладковатым, терпким вином. Обед не самый лучший, но выбирать не приходилось.

Напротив, за соседним столом, расположилось несколько шемитов. Судя по одежде и специфическому запаху, они были пастухами. Это одна из самых дорогих статей местной экономики. Вокруг Шушана находились десятка три деревень, жители которых занимались скотоводством и выделкой кожи.

Тысячные табуны лошадей, отары овец и стада буйволов мигрировали от пастбища к пастбищу в поисках лучшего корма. Обложив подданных большими налогами, султан богател с каждым годом. Сейчас на лицах мужчин легко читалась тревога. К своим глиняным кружкам они прикладывались крайне редко, а их голоса звучали все тише и тише.

Но киммериец обладал великолепным слухом, и разговор пастухов не стал для него большим секретом.

Склонившись к молодому парню лет двадцати, пожилой шемит с окладистой заостренной бородой, дрожащим голосом сказал:

— Я сам их видел. Всадники в сером одеянии, с закрытыми лицами и большими луками. Налетели, словно песчаная буря. Окружили людей, связали и, перекинув через седло, ускакали. Нам повезло, что мы находились далеко от этих исчадий.

— Ты думаешь, это стигийцы? — удивленно спросил мужчина с курчавой бородой и большими черными глазами.

— А кто еще… — чуть повысив голос, произнес пожилой пастух. — Они появились с юга. Наглые, уверенные в себе, кровожадные и безжалостные. Стоило одному из наших вытащить кинжал, как его тотчас изрубили на куски. И заметьте, всадники забрали только людей, не тронув отару.

— Да… — протяжно вымолвил четвертый шемит, старик с обильной сединой в черных волосах и бороде. — Этим колдунам постоянно требуются пленники для своих кровавых жертвоприношений. Наших товарищей постигла страшная участь.

— Откуда здесь взяться стигийцам? — не унимался юноша.

— Скорее всего — это воины Аббардаха или Шумира. Мы постоянно враждуем с ними из-за пастбищ, вот они и решили отомстить подобным образом.

— Глупец! — раздраженно заметил средних лет мужчина. — Соседи угнали бы скот и не оставили живых свидетелей. Столь бесцеремонно действуют только змеепоклонники. У них сильный флот, способный переправить через Стикс большую армию. Бросок через пустыню и вот он — Шушан. Я думаю…

Слушать дальше Конан не стал. Предположения, домыслы, слухи… Ясно одно — колдовское отродье появилось возле города не случайно. Хотят напасть на крупнейший город восточного Шема?

Вряд ли. Захватить его сразу стигийцам не удастся. Надежные стены, отлично вымуштрованная армия, сотни наемников, готовых выпустить кишки кому угодно. Тогда зачем? Десятком пленников эти мерзавцы не ограничатся.

Гадать северянин не хотел. Поправив оружие, он вышел из гостиницы и направился ко дворцу. Мимо то и дело сновали мальчишки-подростки с озорными вороватыми глазами. Будь у киммерийца кошелек, пришлось бы заботиться о его сохранности. Несмотря на суровость законов, в Шушане проживало немало приверженцев бога воров Бела.

Возле золоченых ворот у входа на территорию дворца стояли четверо часовых. Светло-зеленое длинное одеяние скрывало доспехи, но Конан успел разглядеть край кольчуги через ворот. В руках у воинов были длинные копья и круглый, обитый железом щит, на поясе в ножнах висела кривая сабля. Проницательный взгляд одного из охранников остановился на киммерийце. Оглядев северянина с ног до головы, шемит настороженно спросил:

— Что тебе надо, чужестранец?

— Ничего, — пожал плечами Конан. — Я просто гуляю. Мне говорили, что султан Шушана купается в богатстве, а с роскошью его дворца не сравнится ни один правитель Шема. Вот и хочу взглянуть на это чудо собственными глазами.

Киммериец подошел к воротам.

Перед ним раскинулся райский сад. Финиковые и банановые пальмы, мандариновые и апельсиновые деревья, густая высокая трава и аккуратные, выложенные отполированным камнем дорожки, по которым вальяжно гуляли несколько павлинов.

По сравнению с пыльными, песчаными улочками города, краски растительности действительно казались чудом. Дворец султана являлся, словно продолжением сада, органично вписываясь в местный ландшафт. Теперь стало ясно, почему он имеет ступенчатый вид. Здание возвышалось постепенно и имело пять больших балконов с извивающимися колоннами и высокими перилами.

Осмотреть башни и минареты северянин не успел. Ему на плечо легло тяжелое копье.

— Ты слишком дерзок, чужестранец, — молвил воин. — Любопытство — не лучшая черта характера. Можно и глаз лишиться… — Охраннику понравилась собственная шутка, и он со смешком добавил — Наши палачи умеют их вырезать.

— Не сомневаюсь, — не оборачиваясь, сказал Конан. Взявшись рукой за древко, он легко и непринужденно выдернул копье из рук шемита. Кинув его на землю, киммериец повернулся к часовым и с добродушной улыбкой на устах поинтересовался:

— А хорошо ли ваш правитель платит наемникам?

— Никто не жалуется, — процедил сквозь зубы воин, схватившись за рукоять сабли.