Духи гор [Духи севера] - Эндрюс Ник - Страница 54

— Ее надо спасти, — жалобно проговорила Селена.

— Попытаюсь, — вымолвил Конан, обвязываясь веревкой.

Протянув конец волшебнице, северянин с улыбкой сказал:

— Держи крепче. Иначе возвращаться придется одной.

Проверяя дно древком копья, киммериец смело шагнул в воду. Грунт мягкий, но пока держит. Один шаг, второй, третий… Обернувшись к девушке, наемник иронично заметил:

— Надо же, а на мне только-только одежда высохла…

Он уже был хорошо знаком с местными ямами, а потому двигался очень осторожно. Постепенно уровень воды повышался. Сначала по колено, затем до уровня бедер и, наконец, по пояс. Ноги из ила вырывались с трудом.

Примерно в пятнадцати шагах от берега, Конан чуть не провалился. Рука с копьем ухнула глубоко вниз. Побалансировав, северянин все-таки удержался на краю. Пришлось идти в обход. Однако сделать это было не так-то просто. Трясина начала затягивать человека. Киммериец почувствовал, что теряет опору. Хрупкая Селена могла и не справиться с задачей. Продвигаться дальше значило подвергать опасности и себя, и ее. Отвязав веревку от пояса, наемник крикнул:

— Страви конец!

Сделав петлю, Конан посмотрел на кобылу. Бедное животное выбилось из сил и умоляюще глядело на человека. Оно уже почти не сопротивлялось. Раскрутив веревку, северянин попытался набросить аркан на шею лошади. Первая попытка успехом не увенчалась. Вторая и третья тоже. Ноги глубоко проваливались в ил, и киммериец понял, что без посторонней помощи ему будет выбраться очень сложно. Еще один бросок — и петля затянулась под самой головой кобылы.

— Сядь и упрись ногами в землю! — скомандовал наемник волшебнице.

Она тотчас выполнила приказ. Кое-как вытягивая ноги из вязкого грунта, перехватывая руки по веревке, Конан двинулся к берегу. Выбравшись из воды, северянин устало упал на траву. Тяжело дыша, киммериец произнес:

— Слава Крому, я не утонул. Не очень достойная смерть для воина. Признаюсь честно, мне надоели эти болота.

Отвечать девушка не стала. Ее взгляд был прикован к хрипящей лошади. Круп кобылы погрузился в трясину уже почти полностью. В движениях животного сквозила обреченность. Оно смирилось со своей участью. Поднявшись на ноги, наемник проговорил:

— Хватайся. Работенка предстоит нелегкая.

Напрягая мускулы, Конан потащил лошадь, кобыла дернулась, нервно забилась, активно работая ногами. Самое трудное — сдвинуть с места, вырвать из ямы. После нескольких рывков это, наконец, удалось. Петля затягивалась все крепче, придушивая животное. Оно мотало головой, фыркало, но, понимая опасность, упорно двигалось вперед.

Промучившись не менее квадранса, путникам все же удалось освободить лошадь из плена трясины. Выскочив на берег, кобыла начала стряхивать с себя прилипший ил. На шее был отчетливо виден кровавый рубец. Веревка содрала шкуру.

— Что ж, — расслабляя затекшие руки, вымолвил северянин. — Будет хоть кому поклажу нести. По-моему, эта лошадь переживет нас всех. Впервые встречаюсь с такой везучей тварью.

Киммериец дружелюбно хлопнул кобылу по крупу. Неторопливо путешественники направились к месту, где бросили вещи. Девушка вела животное под уздцы, поглаживая умную морду лошади.

… В течении следующей седьмицы отряд двигался по тундре по старому маршруту. Это значительно сэкономило и время, и силы. К сожалению, опять не давали покоя ночные насекомые. Каждая ночь превращалась в битву с жужжащими летучими тварями.

Была и еще одна проблема. Дежурить в одиночку наемник не мог, ему тоже требовался сон. Приходилось меняться с Селеной. Не то чтобы Конан ей не доверял, однако спал он плохо, тревожно.

Обогнув озеро с закатной стороны, северянин направился на юго-восток. Где-то там соединялись Синие и Иглофийские горы. Киммериец хотел обойти селение нордхеймцев на максимально возможном расстоянии. Это крюк, но другого выхода не было. Волшебница права, Ниард не успокоится, пока лично не увидит трупы врагов. Наверняка его охотники рыщут по лесу в поисках чужаков. В то, что путешественники пришли в Ванахейм сразиться с чудовищем, вождь вряд ли поверил. В тайге костер не разжигали, боясь привлечь внимание ваниров. Против сильного отряда противника наемнику не устоять, а девушка хороша только как стрелок. В ближнем бою толку от нее немного. О ловушке и говорить не приходится. Дважды одну и ту же ошибку нордхеймцы не допустят. Во время переходов Конан и Селена практически не разговаривали — речь разносится по лесу слишком далеко. Осторожность и еще раз осторожность…

Вход на тропу Ужаса северянин нашел не сразу. Поляну, где произошла схватка с волками, путешественники оставили сбоку. В качестве ориентира киммериец использовал высокий отвесный утес. Когда-то они с Твилом стояли на нем. Проскочить тропу было невозможно.

Однако наемник не рассчитывал, что в этом месте окажется несколько дорог. Пару раз Конан начинал подъем, но вскоре понимал, что ошибся. Приходилось возвращаться. Девушка не роптала, подчиняясь всем приказам воина.

Несколько улучшилась погода, и это радовало. Дождь в последнее время просто выматывал душу. Улегшись на привале в траву, путешественники с восхищением наблюдали, как огромные пушистые облака пролетали мимо. В разрывах между ними виднелось нежно-голубое небо и сверкающий диск светлоокого Митры.

В подобном положении северянин готов был провести вечность. Но каждый раз приходилось вставать и идти дальше. Андуран ждал их у волшебного зеркала.

Первой знакомую тропу увидела Селена. Примятая трава, сломанные ветки, запоминающийся поворот. Склонившись к земле, киммериец пытался разобраться в следах. Их оказалось чересчур много.

— Что-то не в порядке? — поинтересовалась девушка.

— Пока не знаю, — пожал плечами наемник. — Нас здесь ждали, но пару дней назад воины ушли. Вопрос в том — куда?

Перехватив копье, Конан уверенно двинулся вперед. Волшебница на всякий случай сняла с лошади колчан со стрелами и взяла в руки лук.

Начинался длинный пологий подъем.

На этот раз обрыв находился справа, а высокая отвесная стена — слева. Время от времени северянин останавливался и рассматривал примятую траву. Хотя он был не столь опытным охотником, как Твил, но кое-что в следах понимал. Без сомнения, нордхеймцы были здесь. Значит, впереди устроена засада.

Что же делать? Возвращаться? Это бессмысленно. Ниард наверняка сообщил о чужаках другим племенам. Все перевалы в Киммерию надежно перекрыты. С боем не пробьешься. Единственный шанс — тропа Ужаса.

Густая листва ограничивала видимость, но киммериец не обращал внимания на растительность. На подъеме ваниры вряд ли нападут. Слишком узкое место. Их преимущество в численности потеряет смысл. Скорее всего, они будут поджидать путешественников у родника.

Вождь прекрасно знает, что это последний доступный источник в горах. А без воды долго не протянешь. Может, попытаться обойти стороной опасное место? Рискованно. В Иглофийских горах легко заблудиться. Маленький отряд обогнул утес и вышел на ровную площадку. Именно здесь группа делала привал перед спуском в Ванахейм. Какой отсюда обзор!..

Наемник поднял глаза и невольно замер. Всего в тридцати шагах от него стоял Эгил. Опершись на копье, рыжеволосый воин спокойно смотрел на киммерийца. Чуть сзади располагалось еще шестеро крепких парней. Девушка опустилась на колено и положила стрелу на лук.

— Не торопись, — вымолвил Конан, втыкая копье в землю.

Пауза затягивалась. Сразу было видно, что атаковать чужаков военный вождь не хочет. В противном случае, нордхеймцы давно бы напали. Проведя рукой по бороде и усмехнувшись, Эгил негромко сказал:

— Я знал, что рано или поздно вы здесь появитесь. Другого пути ведь нет.

— Разве в горах мало дорог? — изобразил удивление канах.

— Дорог много, — проговорил ванир. — Но везде стоят наши посты, и ты об этом прекрасно знаешь. Ниард в бешенстве рыщет по лесам. Он даже нанял охотников-добровольцев из других племен. Объявлена награда…

— Какая честь! — иронично сказал наемник. — Чем же мы ее так заслужили?