Люблю тебя! (СИ) - Ломаченкова Наталья - Страница 3

— С каждым часом ему становилось всё хуже. Мы знали, что Проклятие убивает за несколько месяцев, но так быстро… Словно Эррис сам не хотел больше бороться за свою жизнь. Всю власть забрал себе Сиррин, Хранитель. Теперь он практически уже король… станет им, когда умрёт Эррис. И… Сиррин постоянно твердит, что это твоя вина, в том, что Проклятье сработало так быстро! Только я ему не верю, Тисса. Если бы ты по-прежнему была рядом, Эррис был бы здоров!

Она прижалась ко мне, закрыв лицо руками. Хрупкие плечи судорожно подрагивали.

— Всё было так хорошо… А теперь и Найта ходит сама не своя. Тисса! — Лиссэ внезапно повернулась ко мне, с мольбою глядя в глаза. — Прости меня за то, что я не поверила тебе.

— Всё будет хорошо, — прошептала я, обнимая её, точно испуганного ребёнка. — Всё будет хорошо.

Да, мне бы на самом деле такую уверенность, какую я из себя сейчас изображаю…

Когда мы въехали под зелёные кроны, они словно зашелестели сильнее. Я ощутила, как щеки коснулось что-то невесомое тёплое и мягкое, точно прося прощения и чуть укоряя за долгое отсутствие. Руави смотрела на меня расширившимися глазами.

— Лес приветствует тебя, королева, — с тихим восхищением промолвила она. Значит мы все ошибались насчёт твоей вины… Лес бы почуял в тебе врага, если бы ты была им.

— Отлично, осталось только убедить в этом ваших стражей, — попыталась улыбнуться я. — А то они ещё прибьют меня от счастья, выполняя предыдущий приказ.

Несколько минут мы ехали в молчании, причём ни одна ветка не хрустнула под копытами руавийского скакуна. Потом Лиссэ вдруг перехватила и натянула поводья, останавливая коня. Я в недоумении посмотрела на неё.

— Стражи! — беззвучно прошептали её губы.

Вслед за девушкой я соскользнула с седла и нырнула в густые заросли. На удивление, кусты словно раступились, пропустив меня в укрытие, и вновь сомкнулись за моей спиной. Вороной развернулся и бодро ускакал в обратном направлении. Я затаила дыхание…

— Эррис умрёт с часу на час, — холодный голос был подобен стали. Рядом напряглась Лиссэ, прерывисто дыша от страха. Сквозь переплетения листьев я увидела двух мужчин руави, одним из которых, несомненно, являлся Сиррин.

— Всё идёт по плану, — отозвался второй. — Когда проведём коронацию?

— Проклятая человеческая девчонка! — словно не слыша спутника, процедил Хранитель. — Столько проблем… и ведь я сам выбирал жену этому недоноску! Кто же знал, что она сумеет отдалить и замедлить действие Проклятия?!

— Но подбросить ей в комнату артефакт было отличной идеей, — усмехнулся второй. — Эррис даже не и подумать не смог, чтобы его кузен самолично похитил священный Кленовый лист.

— Но был близок к этому, — буркнул Сиррин. — Ладно, сегдоня всё наконец закончится. Я ждал двадцать пять лет… Тихо!

Руави замерли и словно по команде повернулись в нашу сторону. С отчаянием я увидела, как глаза Видящего затягивает серебро.

— Вот и встретились… — довольно прошептал Сиррин.

Поняв, что прятаться уже бессмысленно, я встала, постарашись придать лицу и осанке гордый и независимый вид. Умирать, так несломленной.

— Совесть потом грызть не будет, а Хранитель? — насмешливо спросила я, заслоняя спиной Лиссэ. Может хоть девушке удастся остаться незамеченной…

— Я забыл, что это такое, — ехидно промолвил мужчина, нарочно медленно вытаскивая клинок из ножен. Словно завороженная, я проводила взглядом блик света, скользнувший по идеально гладко стали. — Вы не должны были приходить сюда, княжна Иртисса.

Вот как?! Ярость привела меня в чувство, незримой пощёчиной хлестнув по щекам. И уже ощущая, как взгляд затуманивется плёнкой Видения, поворачиваю голову ко второму руави, тоже достающему меч.

Глаза в глаза.

Все силы вкладываю в ментальный приказ:

— Защити свою королеву!

Воин вздрогнул и развернулся к опешившему от такого поворота событий Сиррину, наставив на него острие своего клинка. Прорычав что-то неразборчивое, Хранитель метнулся вбок, уходя от удара. Мечи со звоном скрестились.

Чувствуя, как утекают силы, я продолжала держать под контролем чужое сознание. Каждая минута боя стоила мне острой вспышки боли, — как всегда, если твой резерв подходит к концу. Но я стояла, ощущая, как струйки пота стекают по спине. Стояла, потому что от этого зависело слишком много. Я не имела права проиграть.

Сиррин уклонился и легко скользнул вправо, пропуская противника. Но тут его нога подвернулась о невесть откуда взявшийся корень. Находящийся под моим контролем воин среагировал прежде, чем я смогла осознать происходящее.

Хранитель с некоторым недоумением взглянул на торчащий из груди меч и, не издав ни звука, осел на землю. В тот же миг, я вышла из Видения. Голова раскалывалась от дикой невыносимой боли.

Воин руави встряхнул клинком, с недоумением глядя на испачканный алым кончик. Потом внезапно задрожал и рухнул на колени.

— Пощади, королева!

— Мне нужно попасть во дворец, пока ещё не стало слишком поздно, — холодно отчеканила я. — Проведи меня, а потом убирайся прочь куда захочешь. Я могу простить предательство. Но лес — никогда.

— Д-да, — словно зачарованый, отзвался руави. Поднялся, свистнул, подзывая лошадь. Лиссэ вышла из своего укрытия, справедливо решив, что опасность миновала, и вопросительно глядя на меня.

— Что мне нужно сделать, Тисса?

— Скачи в город руави, — попросила я. — Расскажи им о случившемся, о предательстве Сиррина. И… у вас есть ещё хоть один Видящий?

— Есть, — кивнула девушка. — Видящая. Младшая племянница Эрриса.

— Отлично, — я позволила себе немного расслабиться. — На случай, если тебе не поверят… Ты же знаешь, что Видящий всегда сможет открыть, лжёт ли человек.

— Почему мы не подумали об этом, когда пропал Кленовый лист?… — прошептала Лиссэ, пряча взгляд. Я пожала плечами, вслед за воином руави забираясь в седло.

— Тогда главной фигурой был Хранитель. Не казни себя, солнце, ты всё равно ничего не смогла бы сделать в одиночку.

Девушка постаралась слабо улыбнуться.

— Удачи, Тисса!

Вороной конь, подчиняясь умелым рукам хозяина, рванулся вперёд. Я сидела, полузакрыв глаза, и впитывала силу, которую давал мне лес. Потому что теперь мне потребуется всё моё умение, чтобы вытащить Эрриса из клыков смерти. Главное, чтобы не было слишком поздно… Только бы не было слишком поздно…

Конь замер у подножья лестницы, ведущей ко главному входу дворца. Я соскользнула с седла и насколько могла быстро взбежала по ступеням наверх, отголоском сознания отмечая, что вьющиеся лозы, украшавшие их, больше не цветут.

Не тратя драгоценного времени на поиски нужного поворота, ныряю в Видение. И уверенным стремительным шагом проношусь по пустым коридорам. Дворец словно вымер. Но там, куда я рвалась, ещё пульсировала слабая затухающая искорка жизни.

На секунду замерла перед знакомой узорчатой дверью. И рывком распахнула створки, влетая в просторную и отчего-то полутёмную комнату.

Он лежал на кровати, уставившись неподвижным взглядом в окно. Белое, нечеловечески белое лицо с проступившими на нём голубыми прожилками вен. И только грудь вздымается часто и неровно в такт прерывистому тяжёлому дыханию. Видеть его, всегда полного сил и воли в таком состоянии было страшно и мучительно больно.

— Эррис… — прошептала я.

Он медленно повернул голову, сморгнул, точно пытаясь сфокусировать взгляд. На миг мне показалось, что он не узнаёт меня.

— Тисса, — шевельнулись губы. — Не уходи… Снись мне дальше.

Изо всех сил сдерживая слёзы, я одним движением оказалась у кровати, опустившись рядом на колени. Нашла его холодную безжизненную руку, прижалась к ней, согревая своим теплом.

— Эррис, это не сон! Я вернулась! Я никогда больше не оставлю тебя!

— Никогда? — он слабо улыбнулся, закашлявшись через силу.

— Никогда, никогда! — всхлипнув, кивнула я. — Только и ты не бросай меня.

Руави с усилием приподнял руку, осторожно сользнув пальцами по моей щеке, словно для того, чтобы убедиться, что я и взаправду не сон и не мираж. В его глазах, вопреки всему сверкающим так же ярко, как и прежде, появилась боль.