Богатые тоже плачут. Том 1 - Ещенко Н. - Страница 139

– Ну как не понять! Мы нашли завещание твоего отца, где черным по белому ясно сказано – и нотариусом заверено, что ты, Марианна Вильяреаль, единственная наследница своего отца! Что ранчо, все доходы от него, дом, сад – все, все это теперь твое…

Когда в библиотеку пришла донья Елена, теперь они уже вместе с Марианной рассказывали ей, как были случайно обнаружены ценные бумаги, но донья Елена, как и несколько минут назад Марианна, никак не могла в это поверить. Невероятно! Оставил ей все? А не ее мачехе, как она утверждала.

– Так вот почему Луис искал Марианну так настойчиво! Теперь-то я понимаю! Даже специально нанял для этого детектива. Но его поиски, увы, успехом не увенчались…

– Зато многое объясняет сегодня, отец! Поведение Диего например, и появление тут Ирмы Рамос. – Марианна! Мы с отцом нашли очень важный документ. Теперь все ясно с твоей мачехой и с Диего.

– Не понимаю. Ты о чем?

– Что твой отец в своем завещании оставил все тебе.

– Это правда?

– Да. Так получается.

– Что это?

– Это выписка из завещания отца Марианны. Ее сделал дон Луис де ла Парра.

– Луис де ла Парра? Как же так? Не понимаю.

– Просто Луис перед смертью передал мне кое-какие бумаги на сохранение. Я положил их в сейф и совершенно про них забыл. Сегодня мы искали здесь один документ и вот нашли…

– Господи! Да как же это? Ведь ранчо у Ирмы!

– Нет, Марианна. В документе ясно сказано, что ты – единственная наследница. Надо немедленно идти к нотариусу и выяснить это. Пойдем. Бери с собой все документы!

– Видишь, Альберто, – придя в себя, говорила донья Елена – Сколько раз я просила тебя, дорогой, навести порядок в сейфе и письменном столе! Но у тебя до этого никогда не доходили руки. А сделай ты это полгода назад, от скольких неприятностей и горя мы были бы избавлены.

– Не понимаю, Елена, как я мог забыть про эти бумаги, – с досадой качал головой сеньор. – Такого со мной никогда не случалось. А теперь надо поскорее увидеться с нотариусом, с кем-то из полиции.

Комиссар был занят, и в дом Сальватьерра немедленно приехал лейтенант Корео, для которого в последние дни следствия тоже многое прояснилось.

– Движущей силой преступления было наследство отца сеньориты Вильяреаль, мы с Ривасом в этом не сомневались. Авилла и сеньора Рамос, обратились за помощью к Брондуарди, чтобы достичь своей цели. В случае смерти сеньориты Марианны, ее мачеха немедленно вступала в права хозяйки ранчо.

– Боже, какие бесчестные люди! – не удержалась от возгласа донья Елена.

– Ну, лздно. А тот человек, которого Брондуарди послал на квартиру сеньориты Марианны?.. Вы считаете, лейтенант, что ограбление не было целью? – искал дон Альберто подтверждение своих догадок.

– Теперь мы абсолютно уверены, сеньор, что мотивом преступления служила не кража.

– А что же? Почему тогда убили Патрисию? Украли кольцо Марианны? – недоумению доньи Елены не было границ.

– Наиболее вероятна версия, сеньоры, – преступник ошибся, приняв ее за сеньориту Марианну.

– А вдохновителем всего, как я понимаю, был Диего Авилла.

– Думаю, сеньор, не только он один. Ирма Рамос тоже была связана с Брондуарди. И ей первой была выгодна смерть сеньориты Вильяреаль. И еще: выяснилось, что Брондуарди поручил Гомесу снять квартиру на имя Авилла. И там только что обнаружен чемодан с вещами, украденными в ночь убийства из дома сеньориты Марианны. То есть, поистине шла охота этих людей друг за другом – кто кого. Но, как видите, выигравших не оказалось, и преступники понесут заслуженное наказание – они признались во всем.

– Но зтото зачем? – все еще не понимала сеньора Елена.

– Скорее всего, Брондуарди собирался повесить убийство сеньориты Патриота на Диего Авилла.

– Ваши адвокаты, сеньор Сальватьерра, уже уведомлены о случае с завещанием отца Марианны?

– Да, конечно. Они сделают все необходимое… Благодарим вас, лейтенант. И ранчо, из-за которого пролилось столько крови, настоящий клад: плодороднейшие земли, сады, дом – теперь многое становится ясным. Поэтому, Марианна, Диего так стремился жениться на тебе: он с самого начала знал, кто богатая наследница.

– А я ничего – ничего не понимала во всем этом! – вздохнула девушка.

– Причем, как я понял, – заметил Луис Альберто, – ранчо сейчас процветает. Подтверждением тому служили богатые туалеты Ирмы и то, как она все время сорила деньгами. Да и Диего был не промах.

Всегда далекая от деловых забот донья Елена не представляла, чтобы женщина всерьез могла заниматься каким-то делом, будь то бизнес или хозяйствование на земле. Поэтому ее вопрос, обращенный к Марианне, не удивил дона Альберто.

– А что ты, девочка, собираешься делать с этим ранчо?

– Не знаю – совсем растерялась Марианна. – Что скажет мой будущий муж…

– Решай сама, это твое право. Собственность завещана тебе. Ты можешь ранчо продать, сдать в аренду… Но заниматься всеми делами тебе, Марианна, будет, наверное, трудно. Ведь и я не смогу жить там, у меня тут дело, которое я не могу бросить.

Церемония бракосочетания Марианны и Луиса Альберто прошла очень скромно, так захотели оба, решив что ни к чему пышный кортеж, несметный сонм гостей, внимание светской хроники статичных газет. Венчал их, как всегда мечтала Марианна, падре Адриан, который это делал с особым удовольствием. Ведь это он определил девушкину судьбу, привел ее в дом сеньора Сальватьерра, своего друга.

И не его вина, что поначалу Марианне было тяжело. Все перипетии и семейные неурядицы, связанные с первым браком Луиса Альберто, нелегкий путь исправления, пройденный им не без влияния девушки с ранчо, их взаимная любовь и вера Марианны в Луиса Альберто – все это происходило на глазах падре Адриана, при его непосредственном участии.

И только из-за предстоящей свадьбы священник отложил свой окончательный отъезд из Мехико. Дело в том, что здоровье падре Адриана последние годы сильно пошатнулось и оставляло желать лучшего. Поэтому решение принять отдаленный от столицы сельский приход было не случайным, падре все обдумал заранее и давно, тщательно готовился к предстоящему событию. Конечно, жаль было расставаться с прихожанами, которым он давал утешение, помогал верить и надеяться в этой трудной жизни. Но он ехал к себе на родину, где еще были живы его сверстники и это согревало душу. Падре надеялся, что деревенский климат пойдет ему на пользу, во всяком случае расставаться с делом божьим, которому он посвятил всего себя, свою жизнь, не собирался.

Священник был счастлив радостями и печалился горестями других людей, своих прихожан – таково призвание отцов церкви. И свадьбу Марианны считал в душе завершением своей миссии в судьбе этой девушки, он покидал Мехико с сознанием исполненного долга.

Падре искренне любовался Марианной – в белом подвенечном платье, окутанная воздушной фатой, она бита похожа на ангельское существо… Но более всего ликовала душа священника – его юная прихожанка жила верой, совершая все по совести и милосердию, с именем божьим на устах… Он видел, как были счастливы в этот день родители Луиса Альберто, сеньоры Сальватьерра. А хжолько цветов было прислано молодым – дом благоухал от их запахов. И те немногие, близкие сеньорам друзья, пришедшие поздравить их, как и падре Адриан, искренне радовались тому, что наконец-то спокойствие и мир посетили этот благословенный и достойный дом.

Свадебный вечер в доме Сальватьерра прошел словно сон, и в голове Марианны смешались в одну радостную вереницу впечатления от него – звон бокалов с шампанским, необыкновенные цветы, подаренные Луисом Альберто, радостные, счастливые лица доньи Елены, дона Альберто. А сколько добрых слов сказала ей Мария, которая теплым участием, скрашивала ей тяжелые минуты разочарования.

Ласково улыбалась ей печальная Рамона. Она желала ей счастья. Рамона знала, что это выстраданное счастье, и Марианна заслужила его. Но слезы наворачивались ей на глаза: ее дочь, настрадавшись, покинула этот мир.