Вне закона - Перри Энн - Страница 190

В полиции у нее взяли показания и, поскольку она все отрицала, отпустили. Понятное дело, они понимали, что у Шелдона и Фарли был сообщник, но, похоже, предполагали, что это кто-то из исследовательской группы, которая работала в лаборатории. Возможно, думали, что беззащитных людей может убить только мужчина.

И ошибались. Маргарет не терзалась угрызениями совести, способствуя самоубийствам. На днях она едва не убила Роберта Коуви, когда тот шел по улице, покинув здание фонда «Лотос». Уже направлялась к нему, когда рядом остановился мини-вэн и выскочившие из него мужчины затащили старика в проулок. И тут же другие копы ворвались в фонд. Она сразу нырнула в переулок и по мобильнику позвонила Шелдону, чтобы предупредить. Но опоздала. Они поджидали его у дверей кабинета в больнице и схватили, едва он перешагнул порог.

И да, тогда она хотела убить Коуви.

Точно так же, как хотела убить и сейчас.

Она наблюдала, как детектив, который приходил в больницу, чтобы побеседовать с Тони Шелдоном, по тропинке направляется к кафе на холме. Ее это не волновало. Его она убивать не собиралась.

Только Коуви. Шелдон объяснил, что без показаний старика прокурору будет куда сложнее доказать вину подсудимых. Он мог сразу выйти на свободу или получить небольшой, несколько лет, срок. Именно столько обычно давали за содействие самоубийцам. Кардиолог обещал, что тогда он точно разведется и с Маргарет переберется в Европу… Они уже несколько раз ездили на юг Франции. Какие прекрасные это были недели! Ох, как же ей недоставало его!

Разумеется, недоставало и денег. И по этой причине она хотела вытащить любовника из тюрьмы. Она давно собиралась убедить Тони открыть ей счет и положить на него кругленькую сумму, но все тянула и тянула, вот и осталась ни с чем.

В сумочке, которую она прижимала к бедру, лежал тяжелый автоматический пистолет, из которого Маргарет собиралась убить Коуви несколько дней назад. Стрелять из пистолета она умела — помогла застрелиться нескольким клиентам фонда «Лотос». И хотя сама ни разу не нажимала на спусковой крючок и никого не убивала, знала, что сможет это сделать.

Слезы высохли. Она уже обдумывала, как и откуда будет стрелять. Ее целью был Коуви, но умереть предстояло и женщине — нельзя оставлять в живых свидетелей. Впрочем, двойное убийство только сбило бы полицию с толку. Выглядело бы как ограбление. Маргарет решила, что потребует у женщины сумочку, а у Коуви — бумажник, а когда ей все отдадут, пустит им по пуле в голову.

Остановившись у дерева, Маргарет оглядела парк. Несколько человек прогуливались по дорожкам, достаточно далеко от скамьи, на которой сидели Коуви и женщина. Детектив (Симмс, она вспомнила) поднимался на холм. От скамьи его отделяли двести ярдов. Она могла убить их обоих и уже усесться за руль своего спортивного автомобиля до того, как он вернулся бы к скамье.

Она подождала, пока Симмс исчезнет меж деревьев, в тени которых находилось кафе, и, открыв сумочку, сняла пистолет с предохранителя.

После чего вышла из-за дерева и быстрым шагом направилась к скамье. Посмотрела направо, налево, оглянулась. Рядом никого.

Асфальтовая дорожка, влажная от утреннего дождика, вела ее к цели.

Двадцать футов… десять.

Она подошла к скамье. Встала позади. Они повернулись, посмотрели на нее. На лице женщины появилась улыбка, но быстро исчезла под ледяным взглядом Маргарет.

— Кто вы? — В голосе женщины слышалась тревога.

Маргарет Ладлем не ответила. Зато вытащила из сумочки пистолет.

— Бумажник! — Она нацелила оружие старику в лицо.

— Что?

— Давай мне свой бумажник. — Повернулась к женщине: — А ты — сумочку! Быстро!

— Вы хотите…

Они пребывали в явном замешательстве. Еще бы, грабитель, точнее, грабительница одевалась в «Ниман-Маркус».

— Быстро! — крикнула Маргарет.

Женщина сунула ей сумочку, встала, вытянув руки перед собой.

— Послушайте, давайте успокоимся.

Старик достал бумажник из внутреннего кармана пиджака и протягивал ей трясущейся рукой.

Маргарет схватила и то и другое, сунула в сумку, которая висела на плече. Потом посмотрела в глаза старику и ощутила… не сочувствие, нет, холодную расчетливость, какую чувствовала всегда перед тем, как показать опоенным люминаксом жертвам, как держать в руке пистолет или как загерметизировать гараж, дабы окись азота подействовала максимально эффективно.

И тут Роберт Коуви прищурился. И во взгляде его появилось понимание. Он знал, что происходит.

— Не трогай ее. В меня стреляй, пожалуйста. Я не возражаю. Только ее отпусти.

Она нацелила пистолет на Коуви, и в это мгновение женщина, которая была с ним, закричала и упала на землю. Указательный палец Маргарет напрягся на спусковом крючке, она зашептала фразу, с которой всегда помогала уйти из этой жизни клиентам фонда «Лотос»:

— Да пребудет с вами Госп… — Увидела далекую вспышку, и тут же кулак или камень ударил ей в грудь. — Но… что…

То были ее последние слова.

От скамьи его отделяла тысяча ярдов. Если не миль. Он видел, как Роберт Коуви и Мак пятятся от женщины, которую он только что убил. Мак вытащила мобильник, уронила, подняла, панически оглядываясь по сторонам.

Тол опустил пистолет.

Мгновением раньше он расплатился за напитки и отходил от прилавка с подносом в руках. Нахмурившись, увидел женщину, которая стояла позади скамьи, наставив что-то на Мак и Коуви. Мак отшатнулась, потом отдала свою сумочку. Старик тоже что-то протянул женщине — похоже, бумажник.

И вдруг Тол заметил, что в руке женщины пистолет.

Сразу понял, что она как-то связана с Шелдоном, Фарли или фондом «Лотос». Рыжеватые волосы… Да! Секретарша Шелдона, неулыбчивая Маргарет. Понял и другое: она пришла убить единственного живого свидетеля, который мог рассказать об афере фонда, а заодно и о ней самой.

Бросив поднос с чаем и кофе, он выхватил пистолет. Хотел побежать к ним, крича на ходу, чтобы испугать преступницу, но увидел, что Мак упала на землю, обреченно закрыв голову руками, а Маргарет подалась вперед, выставив перед собой пистолет. Сомнений не осталось — сейчас она выстрелит.

Тол снял пистолет с предохранителя, принял боевую стойку: левая рука поддерживает запястье правой, вес равномерно распределяется на обе ноги, — прицелился чуть выше и левее, компенсируя силу тяжести и легкий ветерок.

Выстрелил, почувствовал отдачу, услышал грохот, потом крики людей, бросившихся врассыпную. Не сдвинувшись с места, он изготовился ко второму выстрелу, ловя Маргарет в прорезь прицела. Но тут же увидел, что второго выстрела не потребуется.

Тол Симмс сунул пистолет в кобуру и побежал вниз по тропе.

— Извини, ты стоял… там?..

Тол проигнорировал Грега Ла Тура и в какой уже раз спросил сам:

— Вы в порядке? Точно?

Но бородатый коп не отставал.

— Ты был на том холме? Так далеко?

Мак твердила, что она в порядке. Тол тем не менее обнял ее за плечи. И Коуви сказал, что он в порядке, добавив, мол, ему, как сердечнику, такие стрессы противопоказаны.

Маргарет Ладлем успела выстрелить, но рефлекторно, после того как Тол прострелил ей грудь, поэтому никого не убила, не ранила. Пуля благополучно вонзилась в землю.

Тол посмотрел на ее тело, теперь прикрытое зеленым брезентом службы судебно-медицинского эксперта. Не ощутил ни печали, ни шока, ни чувства вины. Зато порадовался, что Мак и Коуви живы. Опять же последний фрагмент картинки-головоломки встал на место — именно Маргарет была связующим звеном между фондом и пациентами.

Должно быть, она, а не какие-то бандиты, выполняла всю грязную работу фонда.

Пока эксперты группы осмотра собирали вещественные доказательства и просматривали содержимое сумочки жертвы, Ла Тур вновь принялся за свое:

— Ты стрелял с того холма? Быть такого не может.

Тол наконец соизволил обратить на него внимание:

— Да. Стоял возле кафе. А что?