Цветок у трона - Калитина Ольга - Страница 39

— Ведьма! Ведьма! Сжечь ее вместе со зверенышем! — кричали взбесившиеся крестьяне, обступив нас и отрезав путь к спасению.

— Мы пропали… — обреченно сказал Эль.

— Фу, не люблю костры. Потом волосы вонять будут, лучше бы уже топить собрались.

— Как ты можешь шутить?! — ужаснулся Эльдар, — нас же сейчас живьем сожгут на костре!

Я улыбнулась, а мальчик, скорее всего, решил, что я свихнулась, как его бабушка.

"Крылатый…"- позвала я своего Лунного коня.

Легкой серебряной дымкой возникла передо мной его душа, постепенно обретая формы. Рядом восхищенно ахнул Эльдар. Да, мой конь был настоящий красавец. Нервно перебирая копытами и стряхивая на землю звездную пыль, он покорно застыл около меня.

Злые крики затихли. Крестьяне в немом оцепенении уставились на коня. Воспользовавшись этой заминкой, я запрыгнула на спину Крылатому и протянула руку Элю. Мальчик робко ухватился за нее и через секунду оказался у меня за спиной. Крепко обняв меня за талию, он отчаянно пытался не показывать, как ему страшно. Но дрожащие руки выдавали его с головой.

— Они не пропустят нас даже под страхом оказаться под копытами коня. Нам конец, Тиа. Скорее твой конь полетит, чем мы выберемся отсюда живыми, — обреченно сказал мальчик.

— Заметь, ты сам это сказал, — засмеялась я, и дала Крылатому шенкеля. Тряхнув своей белой гривой, он оторвал копыта от земли и взлетел.

Эльдар что-то потрясенно пискнул и так сдавил мои ребра, что я забеспокоилась об их целостности.

Деревушка осталась где-то внизу, с перекошенными от страха и ужаса лицами крестьян.

— Теперь они точно думаю, что ты ведьма, — похоже, Эль начал потихоньку приходить в себя.

— А кто утверждал обратное? — я лукаво улыбнулась, — разве что вместо метлы конь.

— Куда мы летим? — решил поинтересоваться мальчик. Крылатый набирал скорость, и совсем скоро нас окружили горные пики. Холодный ветер неприятно бил по лицу. Только Си'эрр приветливо подмигивала впереди. Эль прижался ко мне и зарылся лицом в густой мех, чтобы хоть как-то согреться. Зато у него не слезились глаза от ветра, как у меня. Я опустила поводья, чтобы дать Крылатому свободу. Почему-то я знала, что он сам привезет нас в нужное место. И его и меня притягивало как магнитом к далекому горному пику впереди. Он слабо светился, но находился слишком далеко, чтобы рассмотреть источник света. Эх, жаль я не умею спать в седле, как опытные наездники. Хороший сон мне бы сейчас не помешал. Только когда меня больно дернули за волосы, я услышала вопрос Эльдара. Из-за свиста в ушах трудно было разговаривать. Пытаясь перекричать ветер, я ответила:

— К драконам!

За спиной раздался жалобный, горестный стон.

Глава 6. Чужое небо.

Ночь только вступала в свои права, когда Крылатый начал снижать высоту. Я не ошиблась: под нами что-то было, и это что-то светилось почти так же ярко, как Си'эрр. Туман, бережно укутавший горные пики, не давал рассмотреть источник света. Он как призма искажал сияние, рассеивая его.

Все ниже и ниже. Крылатый резким рывком прорезал белое марево, и его копыта утонули в мягкой перине снега. У меня за спиной потрясенно ахнул Эльдар.

— Это же алтарь Звезды! — ветер больше не рвал барабанные перепонки, и я услышала его шепот:

— Местная достопримечательность? — без особого интереса спросила я.

— Мама… — Эльдар сглотнул, но, сжав кулаки, все-таки продолжил, — мама рассказывала мне про это место. Один из трех алтарей, разбросанных по всей Иллюзории: алтарь Звезды, алтарь Солнца, алтарь Луны. Говорят, существует еще и четвертый, но никто не знает, где он находиться. Я никогда не видел ни одного из них, но мама обещала мне что… — дальше он продолжать не мог. Эльдар резко отвернулся и зашагал прочь. Он не хотел, чтобы я видела его слез, его слабость.

Догнав его, я опустилась на колени и резко притянула к себе. Он начал вырываться из моих объятий, но я не пускала. Последний рывок, и он затих. Потом детские руки робко обняли меня за шею.

— Я не хочу плакать, я должен быть сильным, — я едва смогла различить слова.

— Слезы — это не слабость, Эльдар. Если ты не будешь плакать, слезы останутся в тебе и превратятся в камни. И с каждым разом этих камней будет все больше и больше, пока они не завалят твою душу. А ты знаешь, как сложно разбирать обвалы? — я щелкнула его по носу.

Он последний раз хлюпнул носом и, утерев слезы, попробовал улыбнуться. Попытка выглядела довольно жалко.

— Я поклялась твоей маме, что позабочусь о тебе. И я тебя не брошу, слышишь, волчонок, не брошу!

— А если… если ты уйдешь так же как мама…

— Экий ты пессимист, уже похоронить меня успел. Где твоя вера в светлое будущее? Тем более у меня появился стимул бороться за свою жизнь, — я ему подмигнула.

Так мы и стояли, обнявшись, по колено в снегу. И там, на вершине самого высокого пика, около затерявшегося в снегах алтаря, крепко обнимая этого мальчишку, по сути, мне чужого, я поняла, что исполню клятву, данную его матери, чего бы мне это не стоило. И не потому что я боюсь прогневать Пятую Богиню, нет. Потому что эти малахитовые глаза смотрели на меня с такой надеждой и таким доверием. И что значат эти тщеславные Богини, эти жадные до власти принцы, короны и престолы всех миров против зеленых глаз ребенка?

— Тиа… — позвал Эльдар.

— Да, волчонок.

— Я тебя никому не отдам!

Я засмеялась и толкнула его. Не удержав равновесия, Эльдар упал в снег. Возмущенно вскрикнув, он попытался дотянуться до меня, но я ловко увернулась.

— Вставай, Эль, а то превратишься в сосульку.

— Не раньше, чем ты!

— Ну, уж нет, в мои планы это не входило, — я огляделась — вокруг стояла непроглядная стена тумана, — и где же нам искать драконов? — задумчиво спросила я.

— Драконы живут в пещерах, — открыл мне великую тайну Эльдар.

— Может, ты еще знаешь, где вход в эти пещеры, умник?

Эль как-то сразу сник и пожал плечами.

— Пойдем поближе к алтарю, может там что-то есть, — сквозь вязкий клубок тумана пробивался яркий свет. Чем ближе мы приближались к нему, тем реже становился туман. А потом, словно мы перешагнули невидимую черту — он и вовсе рассеялся, и мы смогли рассмотреть алтарь Звезды. Сначала, я ничего особенного не заметила — обычная каменная плита в форме круга. Но подойдя ближе, я замерла. В плите мерцало огромное зеркало. Его поверхность была похожа на воды горного озера — такая же прозрачная. По ней шла легкая рябь, и стекло казалось живым. Но даже не это поразило меня. Над алтарем зависла луна, но не она отражалась в нем. В зеркале застыла Си'эрр. Было странное чувство, что я смотрю на небо сверху вниз. Казалось, стоит только протянуть руку, и я дотронусь до звезды, настолько ярко она сияла. Перегнувшись через плиту, я наклонилась над зеркалом. Но своего отражения так и не увидела.

— Есть легенда, что когда Си'эрр и другие светила перестанут отражаться в зеркалах алтарей, настанет конец света.

— Ну что за мир, хоть бы одно пророчество или легенда о том, что все будут жить долго и счастливо… — я задумчиво подняла голову, чтобы полюбоваться единственной звездой на небе. Темно — синее полотно было вышито серыми нитями туч, но вот швы начали расходиться. Взошла полная луна. Странно… Значит, я ошиблась на одну ночь — новолуние будет только завтра.

— Правда она похожа на перламутровую пуговку, пришитую к небу? — я зачарованно смотрела вверх, — красиво…

В ответ раздался сдавленный стон. Мое сердце пропустило несколько ударов, а голова нервно дернулась в сторону. Полнолуние. Какая же я идиотка!

— Эльдар! — охрипшим голосом позвала я.

Но его тело уже согнулось в очередной судороге. Стоны боли постепенно переходили в низкое рычание. Суставы ломались, а кости выгибались под немыслимыми углами. Через пару мгновения на снегу четко выделялись отпечатки больших звериных лап. Лицо Эльдара уже мало чем напоминало человеческое. Это была звериная морда с прижатыми к голове волчьими ушами и огромной пастью, из которой угрожающе торчали длинные клыки. Его шерсть отливала сталью, а глаза, как два осколка малахита, светились в темноте. Зверь стряхнул с себя комья налипшего снега одним мощным рывком и, закинув голову наверх, завыл. Покрытые коркой льда скалы превратили его вой в далекое эхо, унося прочь.