Реквием по солнцу - Хэйдон Элизабет - Страница 101

></emphasis>

Рапсодия слушала, как море рассказывает ей историю о двух влюбленных, общавшихся друг с другом при помощи чайки и посланий в стеклянных бутылках, когда прилив принес в пещеру мертвое тело.

Она испуганно прижалась спиной к стене, стараясь оказаться от него как можно дальше. У покойника не было глаз, лицо превратилось в месиво от ударов об острые скалы. На полуобнаженном теле болтались обрывки рубашки, и, судя по цветам, он был из отряда Майкла.

«Он здесь. — Ужас наполнил сердце Рапсодии вместе с водой, заливающей пещеру. — Он меня нашел. Майкл меня нашел».

Через несколько мгновений она заставила себя успокоиться.

Ну хорошо, пусть это действительно солдат из отряда Майкла, но его тело провело в воде много времени, должно быть, столько же, сколько она прячется в пещере. Волны, наигравшись с ним, неохотно его отпустили, отправив на покой в пещеру. Тело распухло от воды, было все покрыто какими-то пятнами и вообще почти перестало походить на человеческое.

Вдруг оно зацепилось за скалу, а потом его подхватил водоворот и швырнул прямо к уступу, на котором сидела Рапсодия.

Она опустила голову, стараясь хоть как-то спастись от мерзкого запаха: сначала тело мертвого солдата пропиталось водой, потом его обожгло солнце, и теперь, после ударов о скалы у входа в пещеру, оно начало разваливаться на куски. На поверхности воды уже плавали ошметки кожи и волосы.

Рапсодия запаниковала, представив себе, что это значит.

Теперь этот труп станет ее товарищем по заключению. Когда пещера наполнится водой, он будет плавать вместе с ней, натыкаться на нее, превратившись в вечного пленника водоворота.

«Я должна немедленно отсюда выбраться», — в отчаянии подумала Рапсодия.

Она посмотрела на крошечный плотик из камней, которые вместо веревки связала своими длинными волосами, и подумала с отчаянием:

«Он еще не готов, он еще слишком маленький».

Снова бросив взгляд на тело, она представила себе, как через несколько часов оно будет вертеться рядом с ней, подхваченное безжалостным водоворотом, и внутри у нее все сжалось.

— Мне нужно отсюда выбраться, — сказала она вслух.

Может быть, это ее собственное сознание заполнило собой все пространство вокруг, но она явственно услышала внутренний голос, возможно свой, только более молодой:

«Нам нужно отсюда выбраться».

«Правильно, — молча согласилась с ним Рапсодия. — Дай мне еще одну ночь, а утром во время отлива мы попытаемся спастись».

У нее даже не было сил, чтобы подумать, ушел ли Майкл с побережья или еще продолжает ее искать.

ДОБРАВШИСЬ ДО ПОБЕРЕЖЬЯ, монархи уже не могли рассчитывать на радушный прием даже на самом захудалом постоялом дворе.

Их путешествие получилось отвратительным — оно не принесло успеха, к тому же оба ужасно устали. Они постоянно опаздывали: враг сжигал одно поселение за другим, от некоторых оставался только пепел, в других они натыкались на почерневшие остовы домов. В Трэге, самой северной деревушке, суровый ветер, давно считавшийся и лучшим другом, и самым страшным врагом, превратился в оружие разрушения. Ведомый мечом стихии воздуха, он нес искры огня все дальше, пожар стремительно охватывал дома, доки и причалы.

Именно возле одного такого дока и остановились Акмед и Эши, молча глядя на ужасающие разрушения.

Оба уже давно перестали бриться и мыться, их лица потемнели от грязи и копоти, вокруг губ залегли суровые складки. При обычных обстоятельствах никто не обратил бы внимания на двух неряшливых путешественников, но теперь их опережали слухи о людях, которые приходят в прибрежные города в поисках светловолосой женщины, а оставляют за собой огни пожарищ. Жители прибрежных поселений смотрели на них с угрюмой неприязнью.

— Теперь нам будет трудно сменить лошадей, — заметил Эши, когда они выехали на усыпанную пеплом рыночную площадь.

— Если здесь вообще остались лошади, — буркнул Акмед.

Однако кое-что тут уцелело. Продолжала работать соляная лавка: хотя ее стены изрядно закоптились, огонь пощадил крохотное строение. Рядом стояла почти не пострадавшая большая таверна с покрытой пеплом вывеской. Судя по всему, она тоже была открыта — ее двери регулярно распахивались, пропуская посетителей.

По вымощенной булыжником мостовой путешественники подошли к таверне, у входа в которую понуро жались к земле почерневшие от гари цветы. Возле вывески Эши неожиданно остановился и стер рукавом сажу, чтобы прочитать название и рассмотреть рисунок. В центре красовался роскошный шлем, вокруг него шла золоченая надпись. Эши еще раз протер вывеску рукавом и отступил на шаг. Надпись гласила: «Шляпа с пером».

— Это знак, — возбужденно прошептал он Акмеду. — Что?

— В Яриме мы с Рапсодией побывали в храме Мэнвин. Среди прочего прорицательница упоминала шляпу и перо.

Акмед оглянулся через плечо на троих мужчин, стоявших на пороге таверны и внимательно за ними наблюдавших.

— Что еще она сказала? — негромко спросил он. Эши посмотрел на мужчин и повернулся к ним боком, не желая делать их свидетелями предстоящего разговора.

— Она сказала, что Рапсодия не умрет, когда на свет появится мой ребенок, — запинаясь, произнес он. — Мы спрашивали ее именно об этом.

Лицо Акмеда сохраняло невозмутимость.

— Что-нибудь еще?

— Да. Она сказала, что Рапсодия должна остерегаться Прошлого. Дословно пророчество звучало так: «Оно стремится добраться до тебя, оно стремится тебе помочь. Оно хочет уничтожить тебя». И еще она назвала Прошлое «охотником, не знающим устали, стойким защитником или мстительным врагом».

Акмед сердито фыркнул:

— И ты говоришь мне об этом только сейчас?

— Нам показалось, что ее слова не имели смысла. Она также посоветовала, какие блюда следует отведать в местной таверне и какие подарки привезти детям Стивена.

Акмед посмотрел на дверь.

— Она рассуждает, как хорошая хозяйка постоялого двора. Быть может, я навещу ее и предложу переселиться в Илорк.

Эши взял его за локоть.

— Подожди, — быстро проговорил он. — Она сделала еще одно пророчество.

Король болгов наклонился поближе к нему, и Эши продолжил:

Давным-давно обещание дано,

Давным-давно имя произнесено,

Давным-давно голос смолк,

Уплати тройной свой долг.

— Рапсодия поняла, что Мэнвин имела в виду? — поинтересовался Акмед.

— Нет, но я много размышлял над этими словами во время нашего путешествия. Я вижу смысл лишь в словах «обещание дано». Много лет назад Рапсодия сказала, что ее вынудили дать слово жестокому, злобному мерзавцу, чтобы он пощадил ребенка. Я думаю, речь идет о сенешале, которого мы ищем, о том человеке, которого ты называешь Зловонное Дыхание.

Акмед лишь кивнул в ответ.

— Давай попробуем расспросить посетителей таверны, — устало предложил Эши. — Это последний из прибрежных городов. Если здесь ее никто не видел, я не знаю, где еще искать.

— Сомневаюсь, что они видели Рапсодию, но зато можно не сомневаться: с Майклом они уже успели познакомиться, — угрюмо заметил Акмед, показывая на сгоревшие дома.

Они протиснулись сквозь уже успевшую собраться толпу горожан и вошли в таверну. Тощий бородатый человек с повадками моряка преградил им дорогу.

— Чем могу вам помочь?

— Нам нужна еда, — ответил Акмед, окидывая таверну внимательным взглядом.

— А также эль и свежие лошади, — добавил Эши.

— Ну, лошадей тут нет, — покачал головой мужчина. — Они необходимы лесникам Гэвина, которые борются с пожарами и ищут поджигателей. — Не сводя глаз с непрошеных гостей, он крикнул хозяину: — Эй, Барни! Посетители.

Стоявший у стойки молодой парень жестом предложил им подойти поближе.

— Так что вы хотите, господа?

— Поужинать и что-нибудь выпить, — ответил Акмед. — Мы не привередливы, если только речь не идет о баранине. Если у вас нет ничего, кроме баранины, подайте эль и хлеб.