Граница - Тихонова Татьяна Викторовна - Страница 4

Я остановилась. Вспоминая события вчерашнего дня и сегодняшнего утра, я уже зашла далеко на болота. Здесь было нехорошее, гиблое место, я всегда старалась миновать его быстрее. Очень тихо. Живых деревьев нет совсем. Одни гнилушки. Сумрачно. Запах отвратительный. Что-то привлекло мое внимание, не пойму что… Вроде все спокойно… Фу, какая мерзость… Значит, не показалось…

У тропы торчало гнилое дерево, его корявые сучья торчали в разные стороны, как руки утопающего… Оно здесь было всегда… Да… Но только теперь я увидела, что это и есть утопший… Утопший нечеловек, или усопший…(если утопший, то почему он над трясиной?) Его почерневшее тело было будто сплетено из одних жутких жил… Господи, куда я ввязалась…

— Сейчас он тебе не страшен, днем, но плохо, что он виден… Вернее, давно его не было видно. Что-то произошло на границе, Ася… — тихий голос Филимона только прибавлял жути, а мне еще предстояло пройти очень близко от этого существа и, следуя правилу деда, я пошла, стараясь отвлечься от тупого страха, тем, что следила за тропой… Спокойно… А не посмотреть на него вблизи я просто не могла, я должна была это сделать, в конце концов я так понимала слово граница… Тропа в этом месте делала крутой поворот, узловатая фигура нависала над тропой. Теперь, рядом я могла разглядеть каждую странно черную мышцу этого скрученного тела. Филимон спрятался в карман и не высовывался, а только что-то бубнил оттуда. Когда я приостановилась, он вдруг завизжал из кармана:

— Не смотри на него… Мимо… иди мимо!!!

Это меня как ошпарило, ведь не знаю еще ничего, а лезу… Ускорив шаг, я почувствовала, что ноги-то мои увязают, это на тропе-то… но дедова выучка помогла, — не паниковать!!! Не дергаться!!! Постепенно начав удаляться от зловещего места, я услышала… глухой, протяжный… вздох? Такой звук иногда издают болота…, но не в это время года, когда они сильно высыхают, нет, это был… долгий, разочарованный вздох. По спине пробежал холодок. Идти. Надо идти. День уже клонился к вечеру, до заимки — не меньше часа пути, а еще неизвестно какие сюрпризы ждут впереди.

2

В этот раз идти было очень тяжело, я шла, наклонившись вперед, словно преодолевая сильный ветер. Вокруг же стояла такая тишина, будто все вымерло враз, и ни ветерка…Время тянулось медленно… Или мне это казалось… Надо было сделать остановку.

Выбрав место посуше, я встала, прислонившись спиной к покривившейся осине, которая на этом маленьком клочке твердой суши зацепилась и сумела даже покрыться листочками в отличие от своих менее удачливых подруг, уже сгнивших давно.

— Филимон, вылазь — есть разговор. — Мне надо было получить хоть какие-то объяснения.

Его крысинное личико выглядело очень озабоченным. Я подставила ему ладонь, он взобрался на нее и виновато взглянул на меня.

— Почему так трудно идти? Я не первый раз здесь, так не было никогда, — устало спросила я.

— Я знаю одно, так трудно подходить к границе. Похоже, что-то случилось, и теперь она гораздо ближе…

— Расскажи про того… ну — про дерево… — ощущение жути той минуты

подкатило тошнотой.

— Давно уже это было, — нехотя начал гном, — эти плетеные существа нарушили границу, что им нужно, — никто не знал, они никогда не идут на разговор, они просто уничтожают все живое, так вот, тогда нашим туго пришлось, — темные всегда приходят по-разному, в тот раз они принесли черный туман, сеющий чуму… Пока люди погибали от неизвестной болезни, а Фея искала спасение от этой дряни, пострадало много эльфов, гномов, гоблинов… Темные прошли через нашу страну, перешли границу, все истекало гноем — и некому было дать отпор… Нас спасли драконы… Они оказались этой… мерзости не по зубам… Огнем… Просто выжигали всех этих огнем. А этот — с тех пор здесь появляется, когда темные близко, и ночью…

— А почему нельзя смотреть на него? — Закинув снова дедово ружье и рюкзак за плечо, я была готова уже идти.

— Он притягивает… высасывает все силы и… выбрасывает… — шепотом быстро проговорил Филимон, и я тут же поняла почему…

Вернее почувствовала… почувствовала опасность и оглянулась. Шагах в пяти от нас стоял, пригнувшись к земле… и оскалившись… волк. Нож оказался в моей руке быстрее, чем я бы стала вскидывать ружье, да и не было у меня на это времени… Привычным движением кинув нож, я бросила руку за палкой… Ну… такого я еще не видела… мой нож, остановившись на полпути, повернул и полетел прямо в меня… нет… ко мне… в карман… Филимон сидел и крутил зеркалом, к которому и полетел нож, и прилип к нему как к магниту.

— Подожди, Ася, — голос Клима был для меня как гром среди ясного неба.

Матерый волк начал сползать на землю, как старая шкура со змеи, открывая сначала измученное лицо, а потом и всего Клима. Теперь стало видно, что он ранен. Его левая рука висела плетью вдоль тела, а красивое лицо было мертвенно-бледным. Филимон уже вприпрыжку бежал к нему, ох ты, а куда же девалась его бейсболка? Одет теперь он был в обычную лесную одежду — штаны, куртка защитного цвета, высокие ботинки, та-ак это уже от меня прихватил, и даже волосы, как у Клима, были стянуты в короткий хвост. Гном заботливо стал осматривать поврежденную руку, покачивая при этом головой.

— Здесь нам нельзя оставаться… скоро сумерки, а это их время… Ася, вызывай Феликса — у тебя зеркало. — Увидев мой вопросительный взгляд, Клим пояснил, — мое пропало после одной встречи, теперь это моя головная боль.

Зеркало легло в руку так, будто было сделано только для меня, каждый палец моей руки нашел на нем свое место, — будто сначала сделали слепок, а потом отлили его из металла. Некоторое время на нем светился по-прежнему только зеленый камень. Я взглянула на Клима, он понимающе кивнул головой:

— Жди.

Я опять перевела взгляд на зеркало, есть… засветился красный камень…

Может быть, эта штучка улавливает через мою руку всю ситуацию, оценивает ее… и еще решает, чем помочь?

— Просто Феликс тебя теперь знает, и если ты нуждаешься в помощи и ищешь его, зеркало тебе в этом поможет… — объяснил Клим.

Я покраснела, что, если он читает мои мысли? Или у меня был такой дурацкий вид, когда я разглядывала зеркало? Знакомый громоподобный чих прервал мои мысли, суровый черный глаз смотрел на меня из зеркальной глади.

— Феликс, Климу нужна твоя помощь… — черный глаз беспомощно закрутился в маленьком кусочке стекла. — Он здесь…

— Покажи ему меня… — устало произнес Клим.

Довольное фырканье возвестило о том, что Феликс увидел Клима… Он тут же пропал из поля зеркала. Надо было ждать. Мне хотелось посмотреть, что с рукой, я подошла ближе. Заботливый Филимон уже освободил руку от одежды. В месте выше локтя была дыра… насквозь… примерно в мой палец толщиной… скорее всего перебито сухожилие, раз рука как плеть…

— Чем же это так можно? — вырвался у меня вопрос, хотя я и понимала, что Климу не до разговоров — он потерял много крови.

— Плетеные… они проходят сквозь тебя, прорастают, к ним нельзя приближаться… если не знаешь как защитить себя…

— А ты знал? — Спросила я очень тихо, — если Клим не услышит, пусть не отвечает.

Он услышал, открыл глаза и даже попытался усмехнуться:

— Я — пограничный эльф… Это моя работа… И вообще, нам всегда удавалось загнать их обратно…

Шум приближающегося дракона заставил Клима встать.

— Где гном? — он огляделся, поморщившись от боли.

Вдруг я с ужасом почувствовала как по мне что-то… ползет. С отвращением дернув ногой, я поняла, что не тут-то было… это что-то по-прежнему висело на ней… О-о, ну конечно, как я могла забыть… на штанине болтался Филимон. Он лез в свой, вернее, в мой карман. Забравшись, наконец, туда не без моей помощи, он протянул мне руку…

— Клим, все в сборе… Ну что еще, Фил? — я взялась за его маленькую ручку и…пожала ее…

Как он заверещит, я не знаю на каком языке это было выдано, но мне кажется там было что-то обо мне… А потом в ладонь мне что-то скатилось…