Коммунизм и фашизм: братья или враги - Кара-Мурза Сергей Георгиевич - Страница 62

В отличие от других стран Западной Европы, фашистские движения после начала войны во Франции запрещены не были, за исключением Французской унитарной партии («франсистов»). Однако их политическая сила, и без того ослабленная, стала еще меньше в результате массового призыва в армию их руководителей, редакторов и активистов.

Правительство Третьей республики, неспособное организовать отпор немецким войскам, поручило руководство страной маршалу Петэну, герою обороны Вердена. Он обратился к немцам с просьбой прекратить военные действия и подписать перемирие. Немецкие войска оккупировали север Франции и побережье в силу необходимости продолжать войну против Англии. Остальная часть страны, где не было оккупационных войск, осталась под властью правительства Петэна, резиденцией которого стал небольшой городок Виши. Петэн и его соратники хотели сделать Францию способной вписаться в «новый порядок», навязанный Германией и Италией. Речь шла о модернизации французских учреждений, об их «фашизации», но это делалось в основном из политического оппортунизма. В силу этого, фашистские силы, которые не могли официально действовать в свободной зоне, в связи с запретом политических партий, сосредоточились в оккупированном Париже и стали критиковать «псевдофашизм Виши».

Режим Петэна создал многочисленную милицию, которая стала его опорой — «Легион ветеранов и добровольцев национальной революции». Были введены антисемитские законы, провозглашено создание «корпоративного государства».

Полную моральную поддержку новому «Французскому государству» оказал Моррас, который надеялся на реализацию своих политических идей. Эту поддержку он, в отличие от фашистов, оказывал до самого последнего момента, поддерживая также скрытую антинемецкую политику Виши.

Политика Виши не во всем вдохновлялась фашистской идеологией, «сотрудничество» определялось фактом немецкой военной оккупации; двойственную позицию Петэна и его режима лучше всего назвать «выжидательной»: официально говорилось о сотрудничестве с Германией и странами Оси, внутренняя самоорганизация проводилась в псевдофашистской и фашистской форме, а фактически оказывалась помощь союзникам путем саботажа любыми средствами немецких военных усилий.

После подписания перемирия с Германией начали возрождаться французские фашистские партии, почти прекратившие существование, так как война разбросала их кадры. Дорио занялся воссозданием своей партии в оккупированной зоне. В свободной зоне Виши его организация была замаскирована под «Друзей «Эмансипасьон» (официальный орган ППФ). Немцы относились к нему неблагожелательно из-за его прежних воинственных выступлений против Германии, а в Виши с большим подозрением смотрели на бывшего коммуниста.

В Париже было основано множество мелких организаций, которые идеологически колебались между Виши и фашизмом: «Национал-коллективистская французская партия», «Молодой фронт», «Французская гвардия», «Французская национал-социалистическая партия», «Свободный фронт». Сравнительно важную политическую роль играло «Социал-революционное движение» старого лидера «кагуляров» Эжена Делонкля.

Конкурентом Дорио был «неосоциалист» Деа. Бывший депутат-социалист, бывший член «Комитета бдительности интеллектуалов-антифашистов» после поражения Франции эволюционировал в сторону фашизма. Деа создал «Народное национальное объединение», которое стало едва ли не главной коллаборационистской силой свободной зоны и на какое-то время поглотило партию Делонкля. «Франсистская партия», реорганизованная под своим первоначальным названием в оккупированной зоне, так и осталась партией меньшинства. Бюкар заявлял о себе как о твердом стороннике «сотрудничества» и признавал «превосходство европейского социализма над французским национализмом». Одновременно возникли другие мелкие группы того же направления: «Группа сотрудничества», «Молодежь Новой Европы», «Молодежь Маршала», «Антибольшевистский комитет», «Французская партия», «Французский союз», «Французская лига»… Среди национальных меньшинств также возникли группы, которые пытались использовать ситуацию в своих политических целях. Так, бретонские националисты создали нечто вроде фашистской партии и делали ставку на немцев в надежде, что они в будущем дадут им независимость.

Фашистские и филофашистские журналисты и писатели отстаивали идею «Нового европейского порядка» в больших парижских печатных органах: Жорж Суарес в «Ожурдюи», Бразильяк и Ребате в «Же сюи парту», ПА. Кусто в «Пари Суар», Анри Лебр в «Ле кри дю пёпль», Жан Люшер в «Ле Нуво Тан», Альфонс де Шатобриан в «Ла Жерб», Стефан Лозанн в «Ле Матэн».

Начало войны против СССР было единственной причиной, которая объединила, хотя и ненадолго, партии и группы «парижского фашизма». Представители всех перечисленных политических партий создали комитет, который организовал «Легион французских добровольцев против большевизма», сражавшийся на протяжении всей кампании в России вместе с немцами на Восточном фронте. Из политических вождей в России воевал только Дорио.

Благодаря растущему престижу Дорио, ППФ стала подумывать о взятии власти. Чтобы воспрепятствовать этому, Деа объединил все коллаборационистские силы оккупированной зоны в «Национально-революционный фронт», который пользовался поддержкой различных мелких групп и печатных органов, а также «франсистов» и «Социал-революционного движения» Делонкля.

В свободной зоне наиболее радикальные элементы и сторонники национальной революции объединились в «Легион ветеранов и добровольцев», т. н. «Службу легионерского порядка» во главе с Дарнаном. С января 1943 года они стали именоваться Французской милицией, а позже распространились на бывшую оккупированную зону (к тому времени уже вся Франция была оккупирована немцами), фактически поглотив различные милиции коллаборационистских партий. В том же году, когда была создана Французская милиция, начала формироваться бригада французских добровольцев войск СС, позже усиленная элементами из «Легиона добровольцев» и французскими добровольцами, служивших в разных видах немецких войск, от НСКК (Национал-социалистический мотомеханизированный корпус) до военно-морского флота. Так образовалась «Дивизия Карл Великий» («Шарлемань»), которая приняла участие в битве за Берлин и в защите бункера Гитлера.

Лишь в 1944 году ультра-коллаборационисты вошли в состав кабинета Петэна: Деа как министр труда, Дарнан как ответственный за внутреннюю безопасность. Вскоре после этого Петэн перестал считаться главой государства и превратился в пленника немцев, в то время как англо-американские войска после высадки в Нормандии и в Провансе оккупировали Францию. В Германии, в Зигмарингене, было создано правительство в изгнании.

Освобождение Франции сопровождалось массовым избиением фашистов и коллаборационистов. Число убитых без суда и следствия оценивается в 100 тысяч. К этому следует добавить официальные репрессии: заключенных было столько, что концлагерей, созданных еще немцами, не хватило и пришлось создавать новые. Стали действовать особые трибуналы, отличавшиеся своей жестокостью. Расстрелы коллаборационистов продолжались до 1954 года.

В Норвегии долгое время не было фашистских организаций. Газета «Тиденс Тек» весьма благожелательно относилась к Муссолини, но Италия была слишком далеко, чтобы оказывать влияние в Норвегии. Немецкие национал-социалисты пытались распространять свою идеологию через личные контакты. Эти попытки были более удачными ввиду тесных связей между Германией и Норвегией. Самым значительным было основанное в 1925 году антимарксистское националистическое движение «Федреландслаг» («Отечественная Лига»), которое достигало численности в 100 тысяч человек. К концу 30-х годов это движение частично потеряло свое значение. Профашистские элементы присутствовали также в Крестьянской партии и в «Хейре» (партия «правых»).

В марте 1931 г. министр обороны Норвегии Видкунд Квислинг создал движение под названием «Пробуждение нордического народа», которое в мае 1933 г. было преобразовано в партию «Нашунал Самлинг» («Национальное единение»). На идеологию Квислинга значительно повлияла победа Гитлера. Партия прославляла нордическую расу, проповедовала корпоративизм и яростный антикоммунизм. В программе движения упоминалось о принципе вождизма, требовались ликвидация партий и парламента, установление «настоящего социализма» и объявление марксизма вне закона. Организация обладала собственными штурмовыми отрядами, известными под названием «Хирт».