Социальная философия (Учебник) - Барулин Владимир Семенович - Страница 167

В связи с этим следует, на наш взгляд, уточнить само отношение к основному вопросу философии применительно к обществу. Представляется, что необходимо различать две разные проблемы. Одна проблема - это абсолютизация основного вопроса философии в социальной философии, другая - признание принципиальной значимости этого вопроса. Следует отметить, что в историческом материализме длительное время абсолютизировался основной вопрос философии. Он превращался, по сути, во всеобъемлющий вопрос социальной философии, что, между прочим, сочеталось с реальной теоретико-методологической неразработанностью этого вопроса. Против такой абсолютизации следует решительно возразить. Но, отклоняя ее, не следует впадать и в другую крайность - считать этот вопрос вообще несущественным, чем-то второстепенным в социальной философии. Мы полагаем, что он сохраняет все свое значение как своеобразная основа философского видения общества, как база для сопоставления разных философских подходов.

Здесь, однако, мы должны сделать одно, с нашей точки зрения, весьма важное дополнение. Речь идет о том, что сама исходная концептуальная идея может находиться в разной стадии теоретической разработанности. И в зависимости от этого та или иная философская концепция приобретает разную степень развитости и доказательности. Так, мысль о том, что идеи, дух, разум господствуют в обществе, высказана давным-давно. Однако именно Гегелю на основе этой идеи удалось совершить революционный прорыв в области социальной философии. Почему? Да потому, между прочим, что Гегель саму идею мирового духа, разума разработал всесторонне и глубоко, вдохнул в нее развитие, развернул ее диалектически. Без гегелевской "Логики" не было бы и гегелевской "Философии права", "Философии истории". Точно так же русская философия конца XIX - XX в. не была бы возможна без обстоятельной и тонкой разработки религиозной идеи. Именно на этой почве выросли социально-философские труды Соловьева, Бердяева, Франка и многих других. Совершенно аналогичным образом следует оценивать и материалистическую социальную философию. Здесь важно было не просто сформулировать идею о первичности материального, скажем материального производства, но и разработать саму идею материального - соответственно и идеального - в обществе, в общественной жизни человека. И уже в зависимости от степени этой методологической разработки выглядит убедительным, доказательным и сама материалистическая социально-философская концепция.

Таким образом, соотношение материалистической и идеалистической социально-философской концепций обусловливается не просто разным объяснением реалий общественной жизни, но и в неменьшей степени разной степенью развитости исходных концептуальных идей. В этом смысле можно говорить об определенном философско-методологическом потенциале разных философских концепций. И потенциал этот определяется не просто тем, насколько истинна исходная философская идея - материализм или идеализм, но и тем, в какой мере она теоретически развита, развернута в своем богатстве, своей диалектике, в своих модификациях и оттенках. В этом смысле потенциал социального идеализма может быть более богат не потому, что сама исходная идея более истинна, а потому, что она более развернута, эксплицирована. Потенциал же материализма может быть более узким, опять-таки не в силу ошибочности исходной идеи, а в силу ее неразвернутости, даже вульгаризации.

В-третьих, существование, развитие, функционирование материалистической и идеалистической социальных философий базируется на их непрерывном взаимообогащении. Их взаимовлияние осуществляется по очень многим показателям. Прежде всего это заимствование тех открытий, которые достигнуты в теоретическом "стане" оппонентов [1]. Далее, это своеобразная игра на промахах, недоработках оппонирующей философской концепции. Исторический материализм собрал богатый урожай аргументов в свою пользу, фиксируя недостатки, натяжки, схоластические связки идеалистической социологии. Но с не меньшей зоркостью и убедительностью критиковали и материалистическую социальную философию. Мимо внимания не прошли ни вульгаризаторско-экономические мотивы исторического материализма, ни его зацикленность на исторически ситуативных связях, ни упрощенно-детерминистские схемы, ни недооценка всеобщей, универсальной роли духовности. Правда, далеко не всегда разоблачение недостатков одной философской концепции превращалось автоматически в доказательство достоинств другой. Но как бы там ни было, это непрерывное противостояние "партий" в философии служило тому, что каждая из них легче обнаруживала "узкие" места в своей концепции и стремилась к их устранению. В конечном счете все это служило общему прогрессу социальной философии.

1 Возьмем, к примеру. Марксову социально-философскую идею о роли экономик" в обществе, о роли труда. Нетрудно убедиться, что, скажем, М. Вебер в "Протестантской этике и духе капитализма". С.Н. Булгаков в "Философии хозяйства", полемизируя с К. Марксом и разрабатывая свое, философски совершенно отличное от Маркса понимание экономики, между тем явно ассимилировали Марксову идею о фундаментальности экономики в жизни общества.

Наконец, в-четвертых, можно отметить, что перманентная оппозиция материализма и идеализма в развитии социальной философии является своеобразным выражением диалектики относительной и абсолютной истины в социально-философском познании. Именно непрерывное философское "просматривание" общества, общественного бытия человека с противоположных позиций, непрерывное взаимовлияние, взаимокорректировка представляют собой выражение относительности наших знаний, движение к абсолютному познанию.

Подводя итоги, можно отметить, что отношение материализма и идеализма в социальной философии - это сложный феномен, перманентный творческий импульс ее развития [1].

1 Подчеркивая оппозицию материализма и идеализма в социальной философии, мы избегали поняти" "борьба" в отношениях этих философских течении. Сам по себе термин "борьба" имеет определенный философский смысл. Но нельзя отвлечься от того, что в наших условиях это понятие было слишком идеологизировано. Оно давало повод вносить в отношения материалистического и идеалистического подходов к общественной жизни мотив ожесточенности, абсолютного взаимного отторжения, мотив, связанный с идеей полной победы одного подхода и изгнания из общественной жизни, культуры другого Такие идеи и настроения утвердились и господствовали в нашей стране на протяжении длительного времени. К чему это привело, слишком хорошо известно: идеализм был насильственно выкорчеван, но реально он отнюдь не погиб, живя и процветая в общественных мифологиях, материализм же, лишившись теоретического оппонента и обретя безбрежную теоретико-идеологическую власть, стал вырождаться в схоластику. Поэтому от термина "борьба материализма и идеализма" в силу его политико-идеологической дискредитации лучше - хотя бы на определенное время - отказаться и обратиться к более корректным обозначениям - оппозиция, взаимосвязь материализма и идеализма.

Рассматривая природу оппозиции материализма и идеализма в социальной философии, мы бы хотели отметить исключительную значимость разработки теоретико-методологических проблем социальной философии. Речь идет о целом комплексе проблем, в числе которых уяснение самих категориальных форм постановки основного вопроса философии. К сожалению, в социальной философии марксизма возобладало пренебрежение к этим проблемам. Считалось, если провозглашено, что нужно изучать жизнь такой, какая она есть, то нужно впиться глазами в эту "жизнь", а все остальное можно считать схоластикой. Увы! Без соответствующего развития категориальных форм, без понимания, что такое материальное и идеальное, их отношения и т.д., без развития соответствующего категориального мышления никакой жизни не поймешь. И К. Маркс далеко не всегда имел возможность уделять внимание этим проблемам, a в советское время они практически не разрабатывались. В результате исторический материализм как философская концепция во многом "застыл" и до предела сузил свой потенциал. Логика постановки основного вопроса философии в социальной философии. Как раскрытие общества в целом не сводится к одной категории или закону, а представляет собой направленный и сложный процесс познания, так и постановка основного вопроса философии применительно к обществу не сводится к проблеме соотношения одной или нескольких пар категорий, а представляет собой сложную совокупность познавательных процедур, имеющих определенную направленность, свою внутреннюю логику.