Тайны прошлого - Имакаев Владимир - Страница 35

— Давно дождя не было, — Ирина замерла у окна, словно и не было серьезной беседы.

Взгляд охватывал на удивление приятный для сердца пейзаж. Вроде бы все в серых тонах, мокро и пасмурно, но Ирину это успокаивало. Она начала напевать какую-то детскую песенку, при этом немного затягивая мелодию, то ли из-за недостатка профессионализма, то ли чтобы песня продлилась дольше или не закончилась вовсе.

Дождь будто подхватил мелодию, и увесистые капли в ритм застучали по листве клена, ветки которого заглядывали в комнату Олега. В каждой капле, которая разбивалась о закрытую часть окна, Ирина видела свое отражение, и ей казалось, что время застыло.

Только она, только дождь и песенка, которую так любила петь ее мама… Всегда сильная на людях, Ирина заплакала — нет, ребята ее слез не видели, но Олег и Виталик поняли, что происходит.

— Иринкин папа с пьяну, убил ее маму, только об этом никто не знает, — шепнул Олег.

Ирина услышала этот еле слышный шепот.

— В тот день тоже был дождь…Он всегда ее бил, да так, что живого места не оставалось, — Ирина, продолжая смотреть в окно, быстрым движением вытерла слезы, но к ребятам не повернулась.

Дождь припустил еще сильнее, казалось, что клен кричит от боли, а асфальт хохочет от щекотки. Вмиг появились лужи. Пуская огромные пузыри, они превращались в будущее море для бумажных кораблей.

Блеснула молния, осветив комнату ярким светом.

Гром, казалось, вытряхнет стекла из оконных рам.

— Я уже и забыла, когда плакала, я вообще думала, что разучилась плакать.

Было ощущение, что в комнате замерло не только время, но и они сами.

— Однажды ему что-то не понравилось, ему всегда все не нравилось, когда он был пьяным, а напивался он почти каждый день. Он стал кричать и бить посуду… Потом маму… Я хотела заступиться, а он меня словно соломинку откинул в другую часть комнаты. Мама взяла сковороду… Он ударил ее раньше… да так, что она упала и ударилась головой об угол стола… Ее похоронили через три дня. Он сказал, что если я кому-то расскажу, то он меня убьет. Знаете, а я через неделю должна получить паспорт. Я уеду в Москву.

— А давно это было? — спросил Виталик, с трудом приходя в себя после услышанного.

— Четыре года назад, — ответил Олег, ведь он был первый, с кем Ирина поделилась своим горем, а потом и вся семерка узнала об этом, но никто не проронил ни слова.

— А что в Москве? У тебя там кто-то есть?

— Нет, пока никого. Я люблю природу, может это покажется смешным, но я хочу стать фотографом, и не простым, а профессионалом.

— Я думаю, у тебя все получится, — Виталик подошел и обнял Ирину за плечи. Увидев, что кофта Регины Васильевны намокла от залетающих брызг дождя, он закрыл вторую половинку окна.

Опять грянул гром.

— Ой, кому-то не повезло под таким дождем, да еще и без зонта, — Виталик увидел как к дому бежит человек, накрывшись болоньевой курткой, но от такого ливня ничего не могло спасти.

— Да это же Светка, — слезы у Ирины высохли, и образ железной леди вернулся.

— Терехова? — Олег уже встал с кровати и тоже подошел к окну. — Да это она. У нее одной такая ярко-зеленая куртка, которую ей отец «по блату» достал.

— Я пойду опять чайник поставлю, ты Виталик открой ей двери, а ты, — Ира грозно глянула на Олега, — скажи где сухие мамины вещи и мигом в постель. Ты посмотри, герой нашелся!

Это была Света, вся промокшая до нитки.

— Они сбежали! — первое, что она сказала, когда Виталик открыл дверь. — Ой привет, а ты что тут делаешь?

— Сегодня день ответов, так что ты пришла вовремя, — донесся голос Олега из комнаты. — Заходи, чай с нами пить будешь?

Она разулась, скинула промокшую куртку и без слов, глядя на новичка, прошла в комнату. Света была ошарашена. Вчера это был их враг номер один, а сегодня он уже чаевничает с Ириной и Олегом.

— Олежка, как ты? — кинулась она к постели Олега. — Прости я не хотела, они меня заставили.

— Я понимаю, — Олег погладил ее по мокрым волосам.

— Светка, марш в комнату Регины Васильевны, найди что-нибудь сухое и теплое, переодевайся и возвращайся пить чай с лимоном. Не хватало, чтобы ты насморк подхватила.

— Ира, ты не заболела? — Терехова оторопела. Ирина пыталась быть строгой, но не свойственная ей забота шокировала. — Что это с ней? — недоуменно ища ответа, обратилась девушка к Олегу, на что тот кивнул в сторону Виталика.

— А что, стерва не может быть заботливой? — теперь Ира еще и улыбалась.

— Тут явно что-то произошло или происходит, и пока вы все не объясните, я с места не сдвинусь, — Света смотрела то на Олега, то на Иру, то на Виталика.

— Ирина права, пойди переоденься и приходи. Нам всем есть, что рассказать, ведь так? — Адвокат вопросительно глянул на Свету.

— Так он все знает?

— Его зовут Виталик, вообще-то, — поправил Олег.

— Хорошо, Виталик, — она посмотрела на новичка, скорчив подобие улыбки на лице, — а меня Светлана. — Потом она взглянула на Олега уже с совсем другим выражением лица, — может хватит, нас знакомили в классе. Вы немедленно мне объясните, что с вами случилось.

— Сначала переоденься, — хором ответили ребята.

Света и вовсе оторопев, поплелась в комнату Регины Васильевны.

А за окном продолжала бушевать гроза.

Когда Света вышла из комнаты, все уселись возле того же журнального столика у постели Олега и по очереди стали рассказывать, что необычного произошло за эти дни.

Гроза придавала еще больший колорит и каждый раз при мысли, что все это происходит на самом деле, по телу пробегали мурашки.

Можно было подумать, что все это истории-страшилки, игра воображения, а эти «сказки», как и многое другое, останутся в детстве, и вряд ли ребята когда-то вспомнят об этом.

Глава 9

«Обычная» история (часть 1)

Осень 1980 года.

Санек был самым обыкновенным парнем.

Все хорошо. На что жаловаться?

Все его одноклассники на что-то жалуются. Одни неважно учатся и винят в этом «плохих» учителей, а для него учителя — это просто обалденные люди, и рассказывают они так интересно, что даже не хочется уроки прогуливать, чтобы вдруг ненароком не пропустить чего-то новенькое. Да и пятерки, будто сами в дневник заскакивают.

Родители — просто чудесные! Говорят, отчим это плохо. Нет! Саня с гордостью называет дядю Витю своим папой. Когда умер его настоящий отец, Саше было всего три года, а дядя Витя, точнее теперь папа Витя, принял их с мамой. Стал настоящей опорой и поддержкой. И за это время Санек всегда видел только заботу и внимание, как к себе, так и к маме. А недавно они подарили ему братика, такого славного, ну копия папа Витя, и Санек стал гордо называться «старший брат». Да и с братишкой он проблем не имеет, как многие его друзья. Наоборот, очень доволен — игрушек и вещей им хватает, брат маленький донашивает его вещи и ничего не требует у него, потому что все необходимое у него есть. Хотя папа с мамой и не богатые, но подарили Саше новый спортивный велосипед, о котором он мечтал. Так что, это лучшие родители в мире.

Как можно жаловаться на бабушку (маму его настоящего отца) Саня вообще не понимал. Нисколько она не занудная, как у других. Всегда ждет к себе в гости. Живет бабушка в селе недалеко от города, часа три пешком через лес. Всегда свежие пирожки, домашние яйца, молоко и хлеб из украинской печи, которую дед смастерил своими руками. Все — ну просто объедение!

Санек почти каждую пятницу после школы на выходные ходил к бабушке. Эту тропу через лес он знает прекрасно, а на велосипеде ехать чуть больше часа. За спиной рюкзак. Хотя ему сейчас тринадцать (но скоро четырнадцать), ему не надо напоминать, что нужно делать домашнее задание. Как это классно залезть на стог сена, который с лета запасает дед для коровы Зорьки, и читать интересные книжки про космос и разные войны, кто и когда открыл какой материк, красивые, а иногда и трогательные до слез стихи поэтов прошлых веков.