И маятник качнулся… - Иванова Вероника Евгеньевна - Страница 119

– Извините, d’hess Лара, я перепутал… – Не знаю, куда лучше перевести взгляд – на пол или на потолок.

– Вы огорчительно невнимательны, – констатирует старик, плотнее кутаясь в подбитый мехом халат.

Странно. Неужели он мерзнет? В библиотеке натоплено. Сказывается возраст? Наверное. Сам я даже не могу представить, каково это – дожить до седин. Да и кто думает о старости в пятнадцать лет?

– Надеюсь, вы хотя бы один раз прочитали заданную главу? – продолжает скрипеть старик. На меня он вообще не смотрит: кажется, его больше забавляют переливы света в гранях массивного кристалла, вправленного в перстень на его левой руке, нежели багаж знаний нерадивого ученика.

– Прочитал. – Самое смешное, что я говорю правду. Читал, могу поклясться чем угодно! Но мало что понял из нагромождения терминов и витиеватых рассуждений.

– Тогда вы легко должны опознать… например, вот это. – Пальцы мага на миг скорчились в странном жесте, и воздух библиотеки стал заметно холоднее. Или это мне вдруг стало зябко и неуютно?

– Ну же, dou Джерон, я жду ответа… – Хоть бы раз взглянул в мою сторону, надменный сухарь!

Опознать… Для этого нужно переходить на Внутреннее Зрение и вгрызаться взглядом в путаницу Нитей, а каждая такая попытка стоит мне четверти часа острой боли в висках. Ладно, попробую. Тем более что Магрит обещала устроить небольшой отдых на Праздник Середины Зимы, но, прознав о моих «успехах», вполне способна передумать. А какому мальчишке захочется перерисовывать необъятное генеалогическое древо вместо того, чтобы гулять под заснеженными ивами в Нижнем Саду – там так уютно мечтать… И добро бы семейное древо было, так нет же – фрэлл знает чье…

Пять ярких огней в вершинах асимметричной структуры. А сколько цепочек? По паре на каждый узел. Ну, тогда это…

– Второй уровень воздействия. – Я вполне собой доволен.

– Хорошо, но ответ неполный, – как мне кажется, издевательским тоном сообщает старик.

– Ну… э… «Ласточкин хвост»?

– Допустим, что вы угадали… А теперь? – Я не заметил шевеления ни пальцев, ни лицевых мускулов мага, но ощущения изменились: к холоду добавилась горечь, и я невольно сглотнул, словно слюна могла смыть мерзкий привкус…

Количество огней не изменилось, но соединяющие их Нити странно вздыбились и расслоились. Такого вообще не помню… Может быть, я что-то пропустил? Нет, вроде всю главу пробежал глазами… Наверное, оставался клочок текста на следующей странице! Тогда нет смысла гадать:

– Я не знаю, d’hess Лара.

– И вы с такой легкостью сообщаете мне эту печальную новость? – Старик отвернулся к окну. – Что ж, я вынужден доложить госпоже Магрит о результатах… Видят боги, я сделал все, что мог, но мальчик безнадежен…

– Мне вовсе не нужно учить эту чепуху! – вспыхнул я.

– Вот как? – Льдисто-голубые глаза опасно блеснули. – Почему вы так считаете?

– Зачем мне знать, как устроены ваши фрэлловы заклинания? Я могу разбить их одним ударом!

·Клубок чар висел между нами примерно посередине, и мне понадобилось сделать всего пять шагов, чтобы войти в Периметр Влияния[45].

Горечь усилилась до позывов к рвоте, но это ощущение продлилось не более вдоха – жалобный стон где-то на грани восприятия поведал, что структура заклинания начинает меняться. Мне бы остановиться, шагнуть назад, но… Я усиливаю напор, и чары разлетаются в разные стороны. Разрушенные? Если бы… Но я еще не могу осознать, что разомкнутые Нити – не обязательно обезвреженные…

Встряхиваю головой, прогоняя последствия своего вторжения в Периметр.

– Ну как? Убедились? – Гордо перевожу взгляд на наставника и…

Цепенею от ужаса.

Старик лежит на полу, скрюченными пальцами вцепившись в собственную грудь. Халат распахнут, и я вижу темные пятна на полотне рубашки. Кровь? Не может быть…

– Что случилось, d’hess Лара?! – Я падаю на колени рядом с конвульсивно дергающимся телом. – Ответьте! – Хватаю его за плечи, словно это может помочь…

Не помогает. На посиневших губах пузырится пена, а в закатившихся глазах не найти зрачков. Проходит совсем немного времени, и последний удар сердца отзывается дрожью в моих пальцах.

– Он… умер? – спрашиваю сам у себя и слышу в ответ спокойное и разочарованно-холодное:

– А ты чего ожидал?

Магрит стоит в дверях библиотеки и перебирает ленточки, вплетенные в роскошную косу.

– Я… Я не понимаю..

·– Старик, конечно, погорячился, построив «Морскую лилию», но его трудно винить в беспечности: он не мыслил это заклинание разомкнутым[46].

– Что произошло?

– Тебе следовало бы лучше учить уроки, – небрежно роняет Магрит, подходя к трупу.

– Я учил! – Вру, конечно, но сейчас я так испуган, что готов делать все что угодно, лишь бы меня утешили и успокоили.

– Я вижу, КАК ты учил. – Сестра смотрит на тело, остывающее с ужасающей быстротой. – Соорудил из «лилии» «спрута» и кинул на старика.

– Я ничего не делал! – почти кричу, и Магрит презрительно морщится:

– Делал. Но не удосужился понять, что именно. Он был не готов к отражению атаки. А ведь я предупреждала: лишняя осторожность украдет силы, но сохранит жизнь.

– Я не хотел его убивать…

– Еще чего не хватало! Надеюсь, сегодняшний день вообще отобьет у тебя желание лишать жизни кого бы то ни было. Я могу на это рассчитывать?

Молчу. А что тут скажешь? Я все еще не верю…

Магрит чувствует мое смятение и равнодушно бросает:

– А чтобы закрепить пройденный материал, ты займешься похоронами этого достойного человека. Лично. Без помощников.

– Но…

– Никаких «но». Пока тело не будет предано земле, советую не показываться мне на глаза. Я ясно выразилась?

– Да, dou Магрит… – тихо отвечаю я…

…Земля была мерзлая и поддавалась плохо – пришлось разбивать киркой. А окоченевший труп цеплялся за все углы, когда я тащил его в сад – как сейчас помню… Но жутким был вовсе не холод внутри и снаружи, и не боль саднящих ладоней заставляла глотать слезы… Было невыносимо сознавать, что я УБИЛ, толком не понимая, КАК, не говоря уже – ПОЧЕМУ…

Все, прочь, печальные воспоминания! Возвращайтесь на свое место! Я решительно выдернул флягу из рук Борга и глотнул столько, что едва не задохнулся. Жидкий огонь помог: тени прошлого, поворчав, спрятались за кулисами памяти.

– Что это с тобой? – спросил рыжий, глядя, как я снова прикладываюсь к выпивке.

– Так… Кое-что вспомнилось. О магии и обо мне.

Борг приподнял бровь, но я покачал головой:

– Ерунда, не обращай внимания. Так о чем мы говорили?

– О твоих знаниях, – услужливо подсказал верзила.

– Неблагодарная тема. Мои знания – палка с одним концом.

– Разве такие бывают? – Борг наскоро нарисовал на своем лице наивное удивление.

– Еще как бывают… Давай лучше обсудим что-нибудь другое, идет?

– Ладно. Тогда скажи, как тебе мой младший брат?

– Кто?! – Я решил, что выпитое нанесло моей сообразительности больший урон, чем можно было рассчитывать.

Это становится похожим на… фарс. Ну ладно, можно допустить, что Матушка подвернулась случайно, к тому же я всего лишь предположил ее близкое знакомство с Рогаром (подтверждения были, но настолько косвенные, что их следует лишь принять к сведению). Хотя… Если они и вправду так близки, то что помешало бы Мастеру…

– Только не говори, что вы не знакомы! – воскликнул рыжий. – Ты провел в компании с ним почти три недели!

– Три недели? – Делаю отчаянную попытку собрать мысли в кучку.

Три недели я трясся в фургоне. Значит, брат Борга находился там же. Матушка отпадает сразу, по причине пола. Нано? Нет, на «младшего» он не тянет, в лучшем случае – ровесник. Остается…

– Создание с нелепо раскрашенными волосами? – моргнул я.

– Когда это он успел выкрасить волосы? – опешил верзила.

– Если бы ты видел, как он одевается… – глупо хихикнул ваш покорный слуга.