Пираты Короля-Солнца - Алексеева Марина Никандровна - Страница 84

— Не 'о' , а 'а' , — сказал Гримо.

— С каких это пор 'Ролан' пишется через 'а' ? — фыркнул Анри, — Ну, господин Гримо, от вас я такого не ожидал! Неужели вы такой безграмотный? Неужели вы не читали 'Песнь о Роланде' ? 'Влюбленного Роланда' ? 'Неистового Роланда' ? Позор какой! Просто ужас!

Бофор ухмыльнулся и сделал жест.

— Пишите то, что я продиктую, — сказал Гримо: 'Я, Рауль де Бражелон…

Анри спросил:

— Как, разве Рауль… я хочу спросить, разве виконт де Бражелон не заполнил контракт? Все же сделали это еще в Париже, как только мы получили бланки? Как его только на корабль пустили без документов!

— Рауль не успел, — объяснил герцог, — Бланки мы получили уже позже. Рауль выполнял мое поручение.

— Ах да, — сказал Анри, — Тогда ясно. Но, позвольте заметить, господин герцог, и вы, господин Гримо, сам-то Рауль де Бражелон пьянствует со своей шайкой на шканцах, а я за него должен контракты писать! Мило, ничего не скажешь!

— Не ворчи, — сказал герцог, — Я разрешил. Пусть погуляют.

— Приказы главнокомандующего не обсуждаются, — покорно сказал Анри, и, слегка высунув язычок, начал писать: "Я, Рауль де Бражелон…

Бофор дал добро для пирушки на шканцах, а, любуясь красивыми буквами на белом листе контракта, думал о том дне, когда там же, на шканцах, эти слова они произнесут, вступая в брак. Начало свадебной клятвы. 'Я, Рауль де Бражелон… ' 'Я, Анжелика де Бофор… ' Но до того счастливого дня еще надо было дожить. А Бофорочка, выводя имя Рауля в контракте, вспомнила, как такая же путаница с именем возникла в монастыре Святой Агнессы, когда переодетый нищенкой де Невиль вычислил имя Рауля по вышитым тряпочкам из ее рабочей шкатулки. Как же давно это было! Как любят говорить Пираты Короля-Солнца — в другой жизни. Под диктовку Гримо Анри заполнил контракт и, присыпав песком для просушки чернил, помахал бумагой, и, с легким поклоном, уже перенятым от Пиратов, / мужчинам и тут повезло, реверанс делать труднее! / подал Бофору бумагу.

— Прошу, монсеньор.

— Отлично, — сказал герцог, — Остается только подписать.

— Но что в этом секретного, и почему вы требовали с меня Слово Дворянина, если без подписи Рауля контракт все равно недействителен?

— Это еще не все, — сказал герцог, — Бери второй лист.

Анри послушно взял второй лист.

''Перкурить бы' ,- подумал герцог. Очень он не любил возню с бумагами. Но честнейший человек Франции решил довести до конца задуманную с Шевреттой интригу.

— Теперь диктовать буду я! — сказал герцог, — Пиши: "Доверенность".

Анри написал.

– 'Я, Рауль де Бражелон…" — продиктовал Бофор.

— Достали с этим Раулем де Бражелоном! — проворчал Анри, — У меня кроме Рауля де Бражелона дел хватает! И пишет ваш Рауль лучше меня! Кстати, господин Гримо, знаете ли вы, что наследнице герцога вышеупомянутый Рауль де Бражелон показывал, как пишутся красивые буквы нашего алфавита?

Гримо покачал головой, подавив улыбку.

— Так знайте. Прутиком. На песке, на дорожке в парке Вандомского дворца. Шрифт каллиграфа Люка Матро. И шрифтом Люка Матро Анри написал 'Б' в фамилии Рауля. 'Ворчит, плутовка, а сама произносит его имя с таким удовольствием' , — подумал герцог. То же подумал и Гримо.

— Что же воспоследует за этим? Полагаю, все же с похмелья Рауль де Бражелон не так красиво напишет свою фамилию как раньше. Рука задрожит, — ворчал паж.

— …доверяю получать мое жалованье господину… — диктовал герцог, — Гримо, тебя запишем как в моем завещании 'Вогримо' .

– 'Вогримо' — слитно или раздельно? 'Во Гримо' ? Или через дефис? "Во-Гримо"?

— Слитно, конечно, слитно! — сказал герцог.

— Тупость какая-то, — бубнил Анри, — Хуже диктовки по латыни! Во! Гримо! При чем тут «Во»? Не Фуке ли навел на мысль? 'Во-ле-Виконт", «Во-ле-Гримо». Написали бы 'Бонгримо' — 'Добрый Гримо", и все дела.

— Ну, все? Гримо, мы тебя запишем как 'военного советника' . Так престижнее.

— …господину Вогримо, военному советнику, — написал Анри, — Все!

— Спасибо, мой дорогой. Ты свободен.

— Но объясните мне, что тут секретного? — спросил Анри, — Самые обычные бумаги. Что за этим кроется? Не хотите говорить? Все равно узнаю!

— А клятва? — спросил Бофор.

— Ну,…окольными путями…

''Скажем?" — 'Скажем!

Бофор объяснил суть интриги.

— Рауль хочет отказаться от жалованья? — переспросил Анри, — Из-за короля? Вот молодец! Принципиальный парень! Мало кто на это способен! Да, можно сказать, никто не способен! Я слышал, Пираты уже считали, по скольку на кого выйдет, если прибавить какие-то проценты… словом, уже начали делить шкуру неубитого медведя. Но я тоже хочу! Из солидарности с Раулем. Я сам напишу бумагу! Я знаю, что писать.

— Черт побери! — воскликнул герцог, — Да мы посвятили тебя в этот, с позволения сказать, заговор, чтобы до короля не дошел его протест, а ты нам все портишь.

— До короля дойдет, — сказал Анри твердо, — Мое заявление, во всяком случае. Лично Его Величеству.

Анри взял чистый лист и написал теперь уже без ворчанья:

''Его Величеству Королю Франции

Людовику Четырнадцатому

Лично.

Заявление.

Я, Анри де Вандом, паж и секретарь Его Светости герцога де Бофора, Адмирала Франции, прошу отдать назначенное мне жалованье матерям, женам и детям солдат, погибших в Девятом Крестовом Походе.

На 'Короне' , флагмане Адмирала.

Анри де Вандом' .

Анри поставил дату и расчеркнулся. Бофор прочитал заявление и взял свою трубку.

— Читай, — сказал он Гримо.

Гримо, прочитав заявление пажа, стал еще мрачнее.

— Ну что, старикан, давай закурим? — предложил герцог.

Гримо кивнул.

— Опять курить? — возмутился паж.

— Отстань, — огрызнулся герцог, — Дай подумать.

Гримо закашлялся.

— Дайте мне трубку! — решительно сказал Анри, — Хватит курить, слышите! Если герцогу угодно отравлять воздух, вы-то хоть будьте благоразумны!

Бофор искоса взглянул на пажа и заметил слезы обиды на глазах Анри. Анри протянул ладошку к Гримо.

— Пожалуйста. Гримо. Вам нельзя так много курить. Отдайте мне вашу трубку.

Гримо откашливался.

— Прошу вас. Вы такой хороший. Мы все вас очень любим. Отдайте мне вашу поганую трубку. Сделайте это не ради меня. Ради Атоса!

Гримо насупился и подал Анри свою трубку. Анри с размаху выкинул трубку в море.

— Ах, черт! — воскликнул Бофор, — Это переходит все границы! Что ты творишь? Атос-то тут при чем?

— Атос не курит, верно, Гримо? — спросил Анри.

— Да… — проворчал Гримо.

— Вот попали, — вздохнул герцог, — Трудно иметь дело с безумцами, а если безумцы спелись, совсем дело табак.

— С кем это я спелся? — спросил Анри, вцепившись в китайскую книгу, словно ища защиты у Шевалье… и китайцев…

— С 'вышеупомянутым Раулем де Бражелоном' , — съязвил герцог.

— Если вы все-таки удостаиваете меня чести беседы с вами, монсеньор, я позволю себе заметить, что во многом не разделяю взгляды господина де Бражелона, — обиженно сказал Анри.

— Как же, как же! Видел я, как вы ворковали! За опрокинутым тобой бокалом последовала курятина, которую виконт уплел в один присест, — усмехнулся герцог, — Ему-то что, парень здоровый. А вот ты все-таки поменьше уделяй внимания красивым глазам своего собеседника, а то…

— А то что? — спросил Анри вызывающе.

— А то… я и сам хотел прийти к тебе на выручку.

— Мы не 'ворковали' , как вы изволили выразиться! И даже не думали ворковать!

— Что же вы делали?

— Ругались, монсеньор! А что касается бокала, хватит на эту тему! Много шуму из ничего! Вы все опешили, растерялись, вот мне и пришлось подстраховать виконта. Ну и пусть де Сабле решил, что я пьянчужка! Бог правду видит!

— Ругались? — удивился герцог, — С чего это вам ругаться?

— Вернее — из-за кого! Из-за иезуитов.

— Иезуитов? — спросил Гримо, вздрогнув.