Братья. История масонства в России - Мацих Леонид - Страница 78

Двуличный, подлый и мерзкий человек. В своих мемуарах он написал, какой негодяй, предатель и дурак был Кутузов, и какой был умница и благородной души человек он, Растопчин. Ну разве это не бред? Кутузов как раз противился поджогу Москвы. Он специально не сообщил Растопчину дату вывода войск с тем, чтобы Растопчин не успел свой идиотский план поджога замечательного города осуществить. И кстати, в этом смысле он Москву спас. Эвакуация прошла, а город остался цел. Потом Москва сгорела не потому, что были какие-то поджигатели, а просто из-за пьянства и из-за небрежности солдат.

Но обвинять Кутузова в том, что он сдал Москву, да ещё и с подлым умыслом уничтожить храмы, может только низкая душонка, вроде Растопчина. И Вы, Александр, либо бездумно повторяете эту гнусную клевету, либо Вы просто не дали себе труда подумать. Постыдитесь!

Н. КОТОВ: Много вопросов, т. к. этот период, 1812 год, описан многими нашими великими писателями, вопросы задают, как Вы оцениваете «Войну и мир» Толстого, в частности, описание личности Кутузова и Наполеона?

Л. МАЦИХ: Ну, как сказать… Нейтрально оцениваю. Лев Николаевич — великий художник. И как всякий великий художник пользовался правом на вымысел. «Война и мир» — это ведь толстовская интерпретация событий. Это не всегда совпадает с реальной канвой. Мы в прошлой передаче говорили о Пушкине. И о Толстом можно сказать то же самое. Тот же субъективизм и преувеличение некое. Кутузов изображён у него более объективно, Наполеона он явно не любит, Лев Николаевич не любил властолюбцев и деспотов, людей, которые мнят себя богами, а Наполеон был таким, отсюда и бонапартизм.

Поэтому Наполеон у него вышел немного гротескным. Реально Наполеон был, я думаю, куда серьёзней и куда значительней того фигляра, который иногда проглядывает на страницах толстовского романа. А вот Кутузов изображён очень правдиво, особенно его мучительное раздумье в монологе, когда он говорит: «Неужели это я допустил Наполеона до Москвы?» Такие мысли у него были. Но он понимал, что кроме него ни у кого нет морального авторитета санкционировать отступление от Москвы.

Н. КОТОВ: Кстати говоря, это, наверное, был такой шаг, взять на себя ответственность большую, чтобы действительно отступить.

Л. МАЦИХ: Потом и спаситель Отечества. Это был единственный спасительный шаг. И ни от кого другого армия такого бы приказа не приняла. Н о его авторитет был столь велик, что, скрипя сердце, все подчинились. Потом они признали его правоту и на коленях просили прощение. Кстати говоря, и сам Александр у его постели, умирающего Кутузова, он сказал: «Простите меня, Михаил Илларионович». Вот как… не всегда мысли великого человека понятны тем людям, которые вокруг. Особенно в горячке и в запальчивости.

Н. КОТОВ: Вот ещё приходят к нам вопросы на наш смс-портал +7-985-970-45-45. Николай Иванович просит: «Расскажите о семье и потомках Кутузова».

Л. МАЦИХ: У него много потомков. Голенищевы-Кутузовы — это славный род, нужно рассказывать несколько передач о всех ветвях этого славного дворянского рода, который восходит к татарским Мурзам, Кутузам, так же, как Рахманинов, Юсупов и многие другие. Это из той категории дворянства, его дочь, в замужестве Хитрово, была одной из самых знатных московских дам, содержательниц салонов, попасть к ней в салон было великой честью для интеллектуальной, духовной элиты того времени. Упомяну об этом, поскольку это имеет прямое отношение к нашей теме.

В её салоне собирался цвет московского и питерского масонства.

Н. КОТОВ: Ещё Николай Иванович добавляет: «И какое отношение к масонству имели Денис Давыдов и Матвей Платов?»

Л. МАЦИХ: Денис Давыдов был масоном, чего никогда не скрывал. И кстати, неоднократно получал выговоры за буйство и пьянство, к чему он был склонен, как добрый гусар, чего уж скрывать! Но его весёлость, его искренность, его храбрость абсолютная бесшабашная. Она всё искупала. Его за это обожали и крестьяне, когда он был в партизанском отряде, и гусары его, и все его сослуживцы, на него невозможно было сердиться. Но слова: «Вошёл и пробка в потолок», — которыми его Пушкин приветствовал, они действительно соответствовали его характеру.

Давыдов был. А Матвей Платов — нет. Платов настороженно относился ко всему иностранному, был такой франкофоб и он вместе с Шишковым, Кикиным возглавлял антизападную партию, он был большим поклонником такого всего квасного, как потом скажут, российского патриотизма, и к масонству у него никогда тяги не было.

Н. КОТОВ: Что касается ещё вопросов по поводу 1812 года. Вот Марина из Екатеринбурга благодарит Вас за интересные….

Л. МАЦИХ: Спасибо.

Н. КОТОВ: «Глядя на сегодняшнюю Россию, — она пишет, — и к чему привели желание перемен таких замечательных людей, возникает вопрос. Ведь не такой страны они хотели и хотят».

Л. МАЦИХ: Ну как Вам сказать… Это и да и нет. Видите ли, Марина, никто не знает в точности, чего он хочет. И когда речь идёт о столь гигантской стране, как Россия, это как большой корабль, его трудно резко поворачивать, а проблема в том, что пытались поворачивать резко. А это очень опасная вещь. Кроме того, как раз грозу 1812 года Россия выдержала блестяще. И народ проявил полную твёрдость и лояльность. Наполеон ведь рассчитывал общество расколоть. И, кстати говоря, не удалось поссорить разные народы между собой, скажем, татар или горские народы, они все однозначно выступили лояльными подданными Александра.

Единственный народ, пожалуй, в Европе, не только в Российской Империи, который Наполеона поддержал, были поляки. Потом они тяжко об этом пожалели. Так что как Вам сказать… Хотели, вероятно, более-менее той страны, которую получили. Всегда люди чего хотят, того и получают. Другой вопрос. В столь огромной стране у всех людей разное представление о том, чего должны хотеть.

Н. КОТОВ: Костик пишет: «Вспомните медаль «В память 1812 года». Там тоже есть око».

Л. МАЦИХ: Есть такая. Да, конечно, есть две специально масонские. Это в честь учреждения ордена русских рыцарей и чёрных рыцарей. Это две специальных военных масонских организаций, которые российское масонство, в основном офицеры, учредили для борьбы с наполеоновским нашествием.

Н. КОТОВ: Кстати говоря, у нас был вопрос в викторине по этому поводу. Он звучал — как называется новый орден, учреждённый российскими масонами для борьбы с наполеоновским нашествием?

Л. МАЦИХ: Угадали слушатели?

Н. КОТОВ: Да, есть победители. Правильный ответ — русские рыцари.

Л. МАЦИХ: Верно.

Н. КОТОВ: У нас кто стал победителем и получает аудио-книгу «Александр I» из серии «ЖЗЛ». Это Дмитрий Доставалов из Санкт-Петербурга, 21 год, студент.

Л. МАЦИХ: Молодцом!

Н. КОТОВ: Заканчиваются последние цифры — 455. Это Андрей, Москва, 29 лет, экономист, оканчивается на цифры 055. Алексей Сафонов, Волгоград, 35 лет. Здесь замечательные цифры — три нуля, как масонское.

Л. МАЦИХ: Что-то специальное.

Н. КОТОВ: Да. Игорь Бочкарёв из Мурманска, 45 лет, технолог, 918. Так что вот это победители. Получают аудио-книгу «Александр I» из серии ЖЗЛ. А по поводу орденов. В те времена, кроме этих орденов, на многих были масонские знаки, которые не замечали?