Гамбит (СИ) - Блинников Павел - Страница 80

— Но вы ведь и вправду рисковали.

— Конечно. Но уже тогда когда я во второй раз потратил все вероятности, я уже знал, как я собираюсь окончить весь спектакль. Потому что тогда я встретил Хабу.

— И что из того? Ведь Хаба простой жулик. Или я чего-то не догоняю?

— Да, ты не догоняешь. Чтобы ты знал Хаба самый настоящий колдун. Даже сильнее чем ты.

— Но как такое может быть? Кто его учил? И почему в таком случае он не умеет пользоваться Знанием. Или он скрывал свою силу от моего Знания? А, я понял! Это делали вы, да?

— Нет. Тут очень интересный случай. Хаба и сам не знал что он колдун.

— А так бывает?

— Бывает. Причем гораздо чаще, чем ты думаешь. Он умел управлять вероятностями, но при этом не умел их собирать и копить. И он мог пользоваться Знанием, сам не зная, что пользуется им. Ему всегда казалось, что он делает некоторые вещи, руководствуясь своим блестящим умом и смекалкой, а на самом деле он пользовался Знанием. Между прочим, мог бы и догадаться. Помнишь ту историю, когда после его проклятья старика съели крокодилы? Тогда он действительно наложил на него проклятье, неумелое и слабое, но старику хватило. Такое бывает очень часто если честно. Многие люди умеют управлять вероятностями, но не могут их создавать, и тем более копить. Но если им слегка подсказать, они станут полноценными колдунами.

— То есть колдовству можно научиться и без учителя?

— Можно. Надо просто иметь к этому талант. В конце концов, первый колдун обучился всему без учителя.

— Так что получается, если бы вы взяли его себе в ученики, то через пару месяцев он стал бы настоящим колдуном. А меня вы учите уже где-то десять лет, и я не могу совершить даже простенького заклятья?

— Если честно настоящим колдуном я мог бы сделать его за сутки. Но ты слишком строг к себе. Во-первых, ты можешь совершить простенькие заклятья. И, во-вторых, колдуны никогда не берут себе в ученики таких вундеркиндов.

— Почему? Бояться, что те перерастут их?

— Вовсе нет. Как раз наоборот. Люди вроде Хабы не способны прилежно учиться всему чему учит учитель своего ученика. В самом начале они берут такой разгон, что начинают считать, что им этого вполне достаточно. И сразу получают все удовольствия, которые приносит колдовство. То есть: соблазняют женщин или мужчин, становятся богатыми, убивают врагов или просто людей которые им не нравятся и так далее. И как, по-твоему, они заканчивают?

— Инквизицией.

— Правильно. Или их убивают другие колдуны. Без трудного пути в самом начале колдун не старается держать режим секретности, и быстро становится жертвой или тех или других. Поэтому в ученики мы берем за совершенно другие качества.

— Интересно знать за какие?

— Ум, рассудительность, способность подчиняться на первых порах. Так, по крайней мере, в нашей с тобой ситуации. Другие берут по другим критериям. Но мы отвлеклись. Когда я нашел Хабу, то сразу понял, что судьба подкинула мне подарок. Если все сделать правильно, он сможет убить Шамана, и возможно даже занять его место. Тот факт, что в Африке не будет Шамана, мне не очень-то нравился. Все же эта династия колдунов когда-то действительно приносила большую пользу континенту. Тогда они еще не считали выше своего достоинства помогать жителям Африки. Это потом их присутствие свелось к тому, что они карали ее врагов. Но даже тогда это было на пользу, потому что карали они в основном врагов извне, а не изнутри. Но такая сила развращает, что, в конце концов, и произошло. Короче задача минимум у меня была убить Шамана, а задача максимум посадить на его место Хабу.

— И вы затеяли весь этот спектакль именно для этого?

— Да. Ведь вначале я сам хотел выдать себя за Шамана. И только в процессе подумал, что если Хаба действительно войдет в роль, то потом сможет стать Шаманом по-настоящему. Я еще один раз полностью обессилил себя, и буквально затылком чувствовал на себе взгляд Шамана. Он сразу понял, что конкретно я хочу сделать в Мамбе, и начал стягивать своих зверей к его границам. А Хаба неплохо входил в роль, и даже смог накопить довольно много вероятностей. Его жизнь, мало того что полностью переменилась, так еще и наполнилась событиями, а это как ты знаешь самый верный способ набрать вероятности. И я не давал ему их тратить, колдуя самостоятельно. Так продолжалось до самого последнего момента, пока настоящий Шаман понял, что я полностью лишил себя вероятностей. То, что у меня не хватило сил, чтобы соорудить над тобой приличный купол удачи стало для него последним знаком. Он до самого конца сомневался, и наконец, просто не смог устоять, и вышел на арену.

— А вы действительно все потратили? А что было бы, если Хаба не справился?

— Конечно, у меня был небольшой запас на всякий случай. Ведь чтобы убить Патугу у меня вероятностей хватило, как ты помнишь. Но я действительно сильно рисковал. Сражаться с Шаманом было равносильно самоубийству, я мог попробовать только убежать. И еще я не мог рассказать Хабе, что он должен убить Шамана, тот все время следил за мной, и если бы я хоть раз закрылся от него, он, скорее всего, просто сбежал. Мне надо было подвести Хабу к мысли, что он действительно больше чем просто шарлатан. Пробудить в нем самоуважение, и гордость. Я знал, что Шамана взбесит эта подделка под него, и он наверняка начнет запугивать Хабу и грозить ему расправой. А тот испугается и попробует его убить. Но все же первой жертвой Шамана должен был стать я. Он не мог позволить себе сильно отвлекаться на Хабу или тебя, потому что я мог накопить вероятностей, пока он убивает вас. Или вообще сбежать. Поэтому Шаман уже собирался напасть на меня, когда Хаба поступил, так как поступил. У него было достаточно вероятностей, чтобы направить свой посох в голову Шамана. А так как посох оружие очень простое, при небольшой колдовской поддержке он смог пробить, купол удачи Шамана. И еще Шаман никак не ожидал атаки с той стороны. Он думал, что если он защищен от пуль, значит, защищен от всего. Все же, в сущности, он простой и необразованный дикарь. Он даже не знал, как работает его купол, считал, что его хранят духи. И поэтому Хабе и удалось его убить. Но была еще одна опасность — Патуга. Шаман перед смертью начал передавать ему все свои вероятности, и помедли я хоть миг, он закидал бы нас треклятьями. Этому он уже научился. И я убил и его. Это было не трудно, потому что он побежал мстить именно Хабе. Короче все прошло как по сценарию. Когда внимание Шамана было направлено на меня, ударил Хаба, а когда внимание Патуги было направлено на Хабу, ударил я.

— Но как он смог забрать все его вероятности?

— Очень просто. Это смог бы сделать и ты, если именно ты убил Шамана. Видишь ли, если кто-то убивает колдуна, то все его вероятности переходят к убийце. Хотя в этом случае все получилось слегка запутано. Перед смертью Шаман каким-то образом все же смог начать отдавать вероятности своему ученику, но когда я его убил, все встало на свои места и вероятности потекли к Хабе.

— А как он смог их удерживать, если ни у меня, ни у Патуги не хватило бы сил на это?

— Просто вы с Патугой удивительно бездарные ребята. А Хаба настоящий талант.

— И что теперь будет с Хабой? Он что и правда станет новым Шаманом? — спросил я, не слишком обидевшись на предыдущую реплику.

— А вот этого я действительно не знаю. Видишь ли, когда такой неопытный колдун получает такую прорву вероятностей, с ним может случиться все что угодно.

— Но ведь теперь ему никто не сможет объяснить, что делать дальше. И он даже не слишком хорошо умеет управляться со Знанием. А значит, стать новым Шаманом ему будет еще сложнее. Или вы хотите помочь ему в этом?

— Вот чего я точно не буду делать, это помогать кому-нибудь, кроме тебя, становиться колдуном. У меня уже есть один ученик, и с ним достаточно хлопот. Но у него есть неплохой шанс научится всему самому. С таким количеством вероятностей, ему по плечу любая задача.

— И даже научиться Знанию?

— Да, даже это.