Сказочка дедушки Абдулы (СИ) - Блинников Павел - Страница 37

— Я пришел хозяин. — подобострастно начал человек с ружьем.

— Хорошо. — ответил Эван. — Теперь ты станешь моим генералом, ибо первым пришел на мой зов. Садись и жди остальных.

— Но хозяин, у меня к тебе столько вопросов…

— Я сказал жди!

— Слушаюсь хозяин.

Человек с ружьем присел на самый краешек дивана. Эван продолжал спокойно сидеть в кресле мэра, и не собирался говорить с первой ласточкой, а теперь еще и генералом его армии. Он слушал, он наблюдал, он ощущал, и он призывал. Через пятнадцать минут в кабинет прибыл второй гость. Какой-то подросток сразу стал главным помощником генерала и уселся рядом на диван. Спустя еще пятнадцать минут пришли двое, и тоже получили новые должности. А потом поток людей приобрел массовость. Всех кто мог вместиться в кабинет, произвели в войсковые лидеры, остальные получали статус рядовых. Хотя все прекрасно понимали, что генерал у этой армии будет один.

Толпа собиралась, и к утру, ратуша была полной, как будто должны были провести какое-то городское собрание. Эван так же сидел в кабинете и приветствовал каждого нового солдата. Каждый, кто отринул правила этого мира, каждый, кто отдался злу, должен был получить свой маленький приз, и хотя бы увидеть антихриста своими глазами. На них больше не нападали — люди засевшие в ратуше были все же гражданами США и скидывать на них бомбы не полагалось. К утру большинство солдат уснуло, и тогда Эван начал действовать. Он наконец вышел из кабинета и стал ходить меж спящих тел. Иногда он наклонялся и будил кого-нибудь, а потом долго с ним разговаривал. Эван собирал информацию. Он говорил с политиками, с журналистами, с учеными — в его армии таких оказалось немало. И вот к обеду он вышел на улицу, и вся его армия проснулась. Все одновременно, сами не понимая что их разбудило, и что теперь ведет их на улицу.

А там взобравшись на статую, стоявшую перед ратушей, сидел Эван. Его было прекрасно видно, и он сказал только несколько слов своим рабам.

— Город ваш. Я отдаю его вам сегодня, и пусть каждый хорошо повеселится!

Поднялся чудовищный крик радости и безумия. Волна невообразимого счастья прошла по людям, и они пошли в город. Да, сегодня в этом городе будет жарко. Эван повел своих солдат по улицам и там продолжил устраивать ту же кровавую баню, что и вчера. Опять кровь текла рекой, полиция и солдаты умирали, танки взрывались, а самолеты Эван сбивал еще на подлете. Для этого ему не надо было никаких ракет — только свой удивительный глазомер, и брошенная машина.

В Нью-Йорке началась паника. Те, кто еще не сбежали из него вчера, теперь поняли, что надежды на то, что их жизнь уцелеет, не было. Люди садились в свои машины и, забрав родных и близких, уезжали. Но не все. Далеко не все. Многие, видя оргию разврата и преступности, сочли за благо присоединиться к людям Эвана. Таких конечно было не большинство, но все же их было много. Эван снова пошел на телевидение. Сегодня он выступил по другому каналу, и снова призвал всех, кто хочет, присоединиться к нему. Если ты Давид думаешь что все у Эвана получалось слишком просто, то ты ошибаешься. К городу уже давно стянули войска, и фактически он уже был окружен. На Нью-Йорк было направлено такое количество ракет, что по одной только команде из Вашингтона он был бы уничтожен в одно мгновение. Но правительство и президент прекрасно понимали, что тогда погибнут только простые люди. Зарегистрированные избиратели, между прочим. А тот, кто в один день привел весь мир в ужас останется жив. Если Эвану не страшен выстрел гранатомета в грудь, вряд ли ему повредит оказаться в эпицентре взрыва.

А люди Эвана, те самые с кем он говорил сегодня утром, тем временем выступали по радио, по телевиденью, по интернету и призывали всех вступить в армию антихриста. Они рассказывали о том, что Эван вовсе не несет в себе зла. Они говорили что наоборот, он пришел, чтобы принести с собой новое веяние. Ведь весь мир так нуждается в переменах. Демократия и повиновение христианским принципам уже изжила себя, причем очень давно. И теперь настало время анархии! О да, анархия, представьте мир без политиков, и легавых. Мир, где каждый делает что хочет и не смотрит на то что надо кому-то другому. Мир, где не будет убийств, потому что теперь у каждого будет в кармане пистолет, и он сможет себя защитить. По телевизору они показывали как солдаты Эвана насилуют всех и вся, и говорили как это здорово больше не зависеть от того что кто-то тебе может просто не дать, а взять самому нельзя, ибо тогда тюрьма. Теперь женщины займут положенное им место — подстилки для мужчин. А по радио другие женщины говорили обратное, что теперь имея у себя оружие можно отбиться от любого мужика, и принудить нравящегося к соитию, на своих условиях.

Эти выступления не были бы столь популярны, если бы они то и дело не прерывались на сухие речи Эвана. Он никому ничего не сулил. Он просто говорил, что если ты не присоединишься, то он убьет тебя. И все. И судя по тому, что передавали на остальных каналах, чьи студии были не в Нью-Йорке, он был действительно способен на это. А сразу следом за антихристом выступали другие, гораздо более многословные ораторы. Они говорили, чтобы люди брали оружие и выходили на улицу. Они вещали и проповедовали, что выбора у них все равно нет, так что лучше присоединиться пока не стало хуже. Они даже говорили что весь остальной мир слишком жесток и заставляет их доброго повелителя убивать людей вместо того чтобы отдаться в его руки, и принять новую веру. Веру в Эвана! Да, большинство речей как раз и сводилась к этому.

— Отриньте бога! — кричали по радио, и по телевизору. — Разве он смог вас защитить? Тогда посмотрите на то, как наш могучий повелитель поступает с ним!

И на экранах телевизоров тут же мелькали картинки разрушенных церквей, и разграбленных храмов. Вот Эван самолично рушит какую-то небольшую часовню, и при этом поражает всех своей силой. Вот Эван справляет большую нужду на распятье. А вот опять распятье, вот только к нему другим крестом, вбитым в грудь, приколот священник. А вот и другой священник, молящий антихриста о пощаде, и предлагающий сделать с ним все что угодно только бы его оставили в живых. Он позорно отрекается от бога, и вот уже зрители видят, как он насилует маленькую девочку. Его лицо выражает восторг, и дикое необузданное наслаждение. Его губы говорят и говорят только одно слово: "Присоединяйтесь, присоединяйтесь, присоединяйтесь, о, да! Присоединяйтесь".

— Посмотрите на него — он счастлив! — снова кричат агитаторы Эвана с экранов. — И вы будете счастливы!

Конечно власти стараются глушить такие передачи, но в современном мире с развитием интернета, если ты хочешь что-нибудь сказать — ты это скажешь. И по всему миру проносится этот безумный клич.

— ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ!!! — кричат с экранов и из динамиков радиоприемников.

— ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ!!! — кричат безумные проповедники сэтанизма на улицах.

Но не это дает больше всего результатов. Это слово слышат в своих головах миллионы людей по всему миру. Это слово приходит в их снах. Это слово произносит холодный голос посланца Сэта. И он, ломая мораль и веру, крушит все правила и заповеди. Тысячи людей по всему миру уже сошли с ума от этого монотонного голоса. И они берут оружие и идут на улицы. Они убивают. Они насилуют. Они веселятся!

Так продолжалось три дня, пока правительство Америки не приняло решение взять Нью-Йорк штурмом. Почти миллион солдат армии США вошел в город, и начал его зачистку. Это было страшное зрелище. Последователей Эвана убивали тысячами — солдатам был отдан приказ уничтожить всех сэтанистов в городе. Но и Эван не спал. На второй день после своего явления он пришел к Эмету, и провел ночь с ним, а потом приказал ему уезжать их города. После долгих пререканий Эмет согласился. А когда в город вошли войска, Эван пошел их убивать. Вот ты спросишь Давид, сколько может убить один человек? И в этом случае ответом тебе будет — тысячи и даже сотни тысяч.

Все последователи Эвана засели в городской ратуше, и отстреливались, а Эван убивал. Как можно победить бессмертного человека способного поднять небоскреб? Никак. Эван действовал медленно, но методично. Он в одиночку перебил половину того миллиона солдат которые пришли в город. И они отступили. Всем было ясно, что если так продолжится то антихрист просто убьет всех. Армия отступила, под улюлюканье последователей Сэта. И опять по стране и миру прокатилась волна агитации. Правда теперь каждый из выступавших буквально надулся от собственной важности, и говорил с людьми как с глупым быдлом. Теперь они уже не упрашивали вступить в армию Эвана — они угрожали смертью каждому, кто не присоединится.