Оседлай молнию! - Калашников Максим - Страница 74

Русские строят на астероиде свою исследовательскую базу, и она превращается в штаб исследователей Солнечной системы. Ракеты возят с этой базы на Землю миниатюрные сверхпроводимые аккумуляторы, каждого из которых хватает крупному городу на год вперед. Русские на лунных базах разрабатывают сверхчистые минералы и металлы…

Вот такие книги и были нашим самым сильным оружием. Они-то и породили в СССР психологический настрой, который и дал нам эпоху Гагарина, эпоху невиданного экономического и научно-технического рывка 1960-х годов. Сталин создал целую индустрию, производящую миры-мечты, образы будущего, которые воодушевляли русских. Издательства, «Центрнаучфильм», когорта увлекательно творящих писателей.

А теперь проглядите книжные полки детских отделов в сегодняшних магазинах. Роскошные альбомы с прекрасными рисунками. Но только там все — американское. Нет в них ни «Лунохода», ни наших орбитальных станций, ни сенсационной посадки в пятисотградусную жару Венеры наших автоматов-десантников в 1975 году, ни корабля «Союз», ни «Бурана». Нет ни Циолковского, ни Королева.

Все — русских больше нет. Вы — проигравшая нация, нация-неудачник. Вас и не было никогда, и ничего вы не создавали. Оккупация сознания, поставленная на поток, каждодневное впечатывание комплекса неполноценности в юные умы. Консциентальное и ментальное оружие в чистом виде, которое лишает нас воли и энергии. Сталинская индустрия мечты разрушена. И какой рывок может породить нынешняя атмосфера в стране?

Нынешняя «трехцветная Россия» не в состоянии воодушевить массы каким-либо чудом, не может создать волю к его сотворению — у нее нет того самого психополя мечты и доброй воли. Какие чувства она внушает сегодня? Чувства горечи и жгучего стыда. Для миллионов людей государство РФ стало худшим врагом, олицетворением наглого вора и лжеца. И в то же время потребность в мечте, чуде и гордости буквально снедает души юных. С каким-то надрывным энтузиазмом толпы мальчишек и девчонок размахивают бело-сине-красными полотнищами и рыдают, когда сборная РФ в очередной раз позорится на очередном чемпионате. Им хочется хоть чем-то гордиться — но гордиться нечем. Они не понимают, что Россия проиграла давно — еще в 1991-м.

Нам важнее иной опыт. «Я телом в прахе истлеваю, умом — громам повелеваю…» Какие мудрые строки написал Державин два с лишним столетия назад! Чтобы совершить прорыв, нужно зажечь умы молодежи необычной мечтой, увести их фантазию в новый, сверкающий мир. Пусть ты живешь в коммуналке, и на кухне ржет керосиновый примус — ты должен мечтать о Марсе. Замысел и образ идут впереди. Например, юный Шура Расплетин в 1920-е зачитывался рассказами о воздушных торпедах. Тридцать лет спустя он стал отцом русского зенитно-ракетного оружия, академиком, разработчиком систем С-200 и С-300. Только настрой на чудо рождает воплощенные чудеса!

Чудесный удар по Западу мы нанесем 4 октября 1957-го, запустив первый в мире искусственный спутник Земли. Первые русские спутники были очень просты и даже грубы. Они не несли нам никаких прибылей, они не представляли практически никакой военной ценности. Но они оказались мощным оружием глобальной схватки. Воспаленное воображение янки начнет рисовать в мозгах картины бомбардировок русскими бомбами прямо из космоса. Теперь мы — цивилизационные лидеры. Схема разложения СССР летит к черту.

«…4 октября 1957 года десятилетний американский парнишка отправился в кино — там шел фантастический боевик „Земля против летающих тарелок“. Насладиться фильмом мальчику не дали: показ был внезапно прерван, на сцену вышел директор кинотеатра и срывающимся голосом произнес: „Хочу сообщить… Русские запустили космический сателлит. Они назвали его… Sputnik“.

Уже много лет спустя Стив, ставший со временем всемирно известным писателем Стивеном Кингом, вспоминал, что в тот момент он пережил страх, жуткий и парализующий, словно удар тока. Непонятный русский Sputnik показался ему той самой летающей тарелкой с экрана, которая может стереть Америку с лица Земли» (В.И. Хозиков. «Информационное оружие», М, «Олма-пресс», 2003, с.6-7).

С 1958 года США лихорадочно ищут ответ. Они планируют забросить на Луну мощный ядерный заряд и произвести видимый с Земли взрыв на терминаторе — линии, которая разделяет ночную и дневную сторону Луны на месяц. Миллиарды людей должны были увидеть облако раскаленных газов. Эта программа, названная А-119, не несла никакого военного смысла и должна была стать чисто психологическим ответом на первенство Советского Союза в деле запуска первого в мире спутника.

Однако, хотя к началу 1960-х все было готово, план отменили. К тому времени русские нанесли США еще сильнейший удар по их сознанию — в космос 12 апреля 1961 года первым в мире полетел русский пилот, капитан Юрий Гагарин.

А— 119 на фоне такого хода в ментально-психологической «войне чудес» выглядел грубо и неуклюже. Оставалась только одна возможность победить русских: первыми высадиться на Луне. И янки рискнули.

Как доказывает Переслегин, выход русских первыми в космос надолго оттянул гибель Советского Союза. После смерти Сталина американцы на полную мощность запустили процесс психоисторической агрессии на разложение СССР. После 1953 года пошло разрушение общего ментального поля нашей Империи, возникло поколение, млевшее от всего западного и потребительских ценностей. Партийная верхушка уже курвилась, а в народе умирала вера в возможности Советского Союза, в его способность конкурировать с Западом. Эта война непрямых действий требовала одного: отсутствия прорывов в русских технологиях, эпохальных инноваций. Русские же прорвались в космос, вызвав потрясения в самих США.

«…»Ментальная «отдача» сотрясала страну (убийство Кеннеди и Кинга, события 1968 года, Вьетнам). Волей-неволей пришлось перейти к прямым действиям. Ответом на полет Гагарина могла стать только высадка на Луне», — пишет Переслегин. Именно поэтому США пошли на жуткий риск. В конце 1960-х лунные экспедиции могли идти только на пределе технических возможностей, система лунных кораблей США грозила катастрофой чуть ли не на каждом этапе экспедиции. Тем не менее в 1969 году американцы успешно сели на ночное светило (или сымитировали эту высадку, заставив весь мир поверить в этот успех). Советский Союз, не успев первым, мог отыграться только одним — первым высадиться на Марсе. Ну или доказав, что на самом деле никакой высадки американцев на Селене просто не было.

Но Москва на это не пошла. Программа полета на Марс в СССР, готовая к 1971 году, оказалась практически свернутой. На Тушинском машиностроительном заводе так и не построили марсианский корабль с атомной силовой установкой — хотя полет все же планировался к началу 1980-х годов. С 1965 года разрабатывался проект высадки на Марс целого экспедиционного поезда из пяти платформ — из кабины экипажа с манипулятором, буровой установки, двух модулей возвращения и блоком с мини-АЭС. В семидесятые годы уже была возможность собрать корабль для облета Марса из трех слегка видоизмененных кораблей «Союз». На таком корабле вызывался в одиночку лететь космонавт Михаил Бурдаев — прекрасный специалист по космонавигации и баллистике. Но в Кремле убоялись пойти на рискованный шаг. («Популярная механика», декабрь, 2002 г.) Следующий рывок к Марсу русские могли сделать уже в конце 1980-х, когда были готовы практически все слагаемые проекта: и сверхмощная ракета «Энергия», и системы длительного жизнеобеспечения станции «Мир», и пленочные солнечные батареи, и миниатюрные ядерные реакторы, и электрореактивные двигатели. Да и стоимость проекта даже сегодня оценивается в смешную сумму: всего в 14 миллиардов долларов — ровно во столько, сколько Россияния каждый год без всякого толку для своей экономики отдает за долги на Запад. Но и этот шаг верхи СССР не сделали.

Возможно, и необходимо было остановиться в этой уже совсем другой по характеру космической гонке. Но Москва не просто не продолжила космическую гонку — она не предложила вообще никакого хода и цивилизационного прорыва.