Оседлай молнию! - Калашников Максим - Страница 93

У наших военных есть система «Дозор», в которую заложены множество параметров. Но, увы, «Дозор» начинает работать лишь после старта американских баллистических ракет. При кинжальной атаке «першингов» из Европы высшее руководство СССР просто не успеет отреагировать на нападение. А разгром довершит волна крылатых ракет, которые неуязвимы для ПВО. Они разнесут последние очаги сопротивления в обезглавленной стране…

Нужно что-то придумать. И вот глава КГБ СССР Юрий Андропов вызывает к себе группу ученых из сверхсекретного НИИ информационных систем при Первом главном управлении КГБ. При службе внешней разведки, если говорить нынешним языком. Возглавляет группу «черный Володя» — директор института полковник Владимир Кравченко. Шеф КГБ откровенен:

— Стране нужна система, которая предугадает действия противника и четко покажет: война неизбежна. Мы должны предвидеть действия американцев. Оттяните время принятия решения с двадцати минут хотя бы до получаса! Так, чтобы вовремя привести наши силы ответного удара в полную готовность, заранее позвонить в Вашингтон и сказать: «Ваш номер с неожиданной атакой не пройдет. Мы начеку, наши пальцы лежат на пусковых кнопках. Врасплох вы СССР не застанете. Мы успеем с массированным ответно-встречным ударом»…

Партия и правительство в очередной раз сказали науке: «Надо!» И она ответила: «Есть!» Но задача была архитрудной: на сей раз приходилось придумывать не ракету и не новый истребитель, а электронный предсказатель будущего, орудие для управления будущим. А это — задача под стать подсчету ангелов, которые могут поместиться на кончике иглы. Но Кравченко со товарищи приступили к работе…

— Нам пришлось ой как нелегко! — вспоминает Владимир Павлович. — Почти сразу же мы выяснили, что существующие модели истории ни на что не годны. Они описывали прошлое, оставляя во мгле и грядущее, и сам механизм принятия исторических решений. И тогда мы пошли своим путем…

Пришлось отказаться от дубовых теорий информационных технологий, которые утверждали, будто информация — это непреложный факт. Нет, она — всего лишь факт, который интерпретируется в зависимости от цели слежения. А для того, чтобы разработать свою теорию будущего, нашим ученым пришлось воспользоваться многими источниками необычных знаний. Заглядывали они и в древнекитайскую «Книгу перемен», и труды Лао-Цзы, и в любопытные рукописи поэта русского Серебряного века, Велимира Хлебникова. И, в конце концов, решение было найдено.

— Мы поняли, что один и тот же факт может быть совершенно разным в зависимости от того, кто и с какими намерениями его наблюдает, — поясняет Кравченко. — Возьмем, к примеру, горящий в лесу костер, который видят заблудившийся, дрожащий от холода турист, повар и пожарный. Итак, для одного этот костер — источник тепла. Для второго — возможность приготовить горячий вкусный ужин. Для третьего — это источник тревоги, возможная причина страшного лесного пожара. Не один факт получается, а целых три. То есть информация — это факт, который истолкован согласно целям его наблюдателя.

Мы пришли к выводу, что нужно создавать систему, нацеленную на принятие решения. Систему, которая четко выделяет признаки скорого нападения, при этом отсекая информационные «шумы»…

В общих чертах система сложилась во второй половине 1980-х. Ее нарекли системой слежения за внешнеполитической обстановкой и угрозой ядерного нападения «Сплав». К 1990 году она могла перерабатывать громадные потоки сведений, которые стекались в нее по всем линиям — от внешней разведки и Минобороны, из МИД и Министерства рыбного хозяйства, чьи рыболовецкие суда несли на себе аппаратуру электронной разведки. Первой проверкой «Сплава» стало предсказание начала операции США против иракских войск в Кувейте в начале 1991 года.

— Тогда мы никак не могли определиться с датой. И тогда одного из сотрудников осенило: Господи, да жена президента Буша помешана на астрологии, также как и его сподвижники! Точно так же, как и гитлеровская верхушка. Стало быть, они станут выбирать время удара, сообразуясь с астрологическими прогнозами, — вспоминает Владимир Кравченко. — Мы тут же заложили в систему еще и гороскопы — и получили время для «часа Икс». Мы ошиблись всего на два часа…

То был эпохальный прорыв. Удалось постичь логику врага, посмотрев на мир его глазами. И это — на основе компьютерной техники конца 80-х годов, которая сегодня кажется примитивной!

Таким образом, к 1991 году Советский Союз первым в мире обрел технологию предсказания будущего. А коль речь идет о прогнозе — то это и управление грядущим.

Мы получили не просто военную систему, которая вскрывает подготовку нападения на Россию. Дело даже не в том, что «Сплав» легко превращался в орудие слежения за обстановкой в мире и за течением разнообразных кризисов. Нет — речь шла о философии предвидения, о принципиально новой информационной технологии.

Теперь об этом можно говорить. Системы, унаследованные от СССР, до сих пор позволяют их операторам следить за самыми разными процессами в мире людей в реальном времени, видеть реакцию окружающего мира на эти процессы и замечать зарождающиеся тенденции на самых-самых ранних стадиях. Мало того — теперь возможно просматривать разные варианты вмешательства в эти процессы, своевременно откликаясь на отклонения и задержки в выполнении принятых решений.

Мы получили оружие новой эпохи, в которой разница между войной, политикой и бизнесом исчезает. Стоит лишь перенацелить эту систему, направить в нее нужный поток информации — и она сможет служить уже не только военным или спецслужбам, но и банкирам, например. Получив возможность предвидения, можно превратить игру на мировом финансовом рынке в беспроигрышную лотерею, зарабатывая миллиарды долларов только на удачных спекуляциях — не продавая для этого ни тонны нефти, леса или металла. Обладая таким высокотехнологичным оракулом, можно заранее разглядеть повышения и понижения курсов акций и валют, заранее засекать любой кризис или биржевой крах и соскакивать с подножки финансового «поезда» в самый последний момент.

С самого начала разработчики необычной технологии понимали, что их детище может следить за ходом конкурентной борьбы в политике и экономике, помогать в деле самого лучшего управления ресурсами, выявлять самые лучшие и работоспособные кадры работников внутри больших организаций.

Любой начальник с помощью новой системы может увидеть последствия от выполнения своих приказов и решений, выбирая наилучшие. И он же может увидеть истинную цену своих советников и приближенных.

Эта же система позволяет вести самую изощренную войну с высокоразвитым врагом, нащупывая его самые уязвимые точки, нанося удары по его экономике и самым крупным корпорациям в самые подходящие моменты. Ведь современная рыночная экономика развивается от одной точки неустойчивости к другой. А значит — можно воспользоваться случаем и в вычисленный час обвалить акции даже самой крупной компании или пустить под откос рынок целой страны.

Открылись и «попутные» качества новой системы. Обрабатывая внешне хаотический поток сведений, она стала выявлять в этой дикой мозаике связи между разными структурами, показывая действующих лиц и дирижеров того или иного кризиса.

По сути дела, русские получили в свои руки оружие для молниеносных операций, для воплощения нашей заветной мечты — чудесной стратегии.

Да, это была великая победа советской научно-технической мысли. Но, увы, триумфа создатели «Сплава» не дождались. На 21 августа 1991 года было назначено расширенное заседание Центрального комитета КПСС, которое как раз и хотели посвятить созданию на основе «Сплава» системы для слежения за внешнеполитическими кризисами. В ЦК планировалось создать особый отдел стратегического прогноза во главе с маршалом Советского Союза. Но СССР в августе 1991-го получил смертельную рану.