Объяснение в ненависти - Владимирский Петр - Страница 28

Оставшись один, Янис в опоганенное кресло не сел, а подошел к бару и налил себе коньяка. Аккуратно поддернув брюки, опустился на стул, выпил, покатал жгучий терпковатый напиток по небу, глотнул. Ничего, это все легкий бриз, внутренние шероховатости. Бывало и хуже, по-разному бывало…

Он никогда не ныл и не скулил, не делился ни с кем ни своими проблемами, ни тайными планами. У него было несколько жизненных рецептов. Первый из них: много работать. Не рассказывать всем, какой ты бедный и несчастный, не плакаться в жилетку. Не сваливать заботу о себе на государство, тетю, дядю, а работать по восемнадцать часов в сутки и перестраиваться на ходу, если жизнь пытается ставить тебе подножки.

Рецепт номер два — должно быть интересно каждый день. Глядя по вечерам в зеркало, Янис любил думать о том, что день прошел не зря: столько всего успел, столько работы переделал, сделок заключил, пара толковых идей пришла в голову, что-то из придуманного сумел реализовать.

День его проходил так, что даже человеку непредубежденному эстонец мог показаться ужасным занудой. Он и был таким — педантичным в мелочах, внимательным к деталям, кропотливым, как бобер, строящий плотину. В офисе он появлялся в девять утра. Обозревал приемную, полную народа, и сразу начинал прием. Янис Пылдмаа не любил мариновать посетителей.

Вот как выглядел один из типичных дней главы «Океанимпэкса».

Первым он принял мастера коптильного цеха.

Вторым — топ-менеджера упаковочного предприятия, где колдовали над новой упаковкой для азовской скумбрии. Во время приема он схватил упаковку и помчался в отдел маркетинга, демонстрировать.

Потом был инженер хладокомбината.

За ним шел директор фирмы автоперевозок, поляк. Янис общался с ним по-польски.

После него — главный технолог завода пластмасс с группой финских менеджеров. Говорил с ними по-фински, причем во время разговора рассказал анекдот к месту, финны очень смеялись.

Шестым он принял директора рекламного агентства, который показал ему дизайнерские разработки упаковок для новой линии продукции. Забраковал, даже не советуясь с отделом рекламы: не понравился слоган под рисунком.

Седьмым зашел главный инженер рыбного совхоза. Восьмым и девятым — сотрудники фирмы, решающие текущие вопросы. И, наконец, десятым Янис Пылдмаа принял прораба, строившего новый склад.

Когда в приемной никого не осталось, он собрал летучку ровно на пятнадцать минут и сделал указания, касающиеся сегодняшней работы.

Наступало время обеда. Обычно Янис обедал в одном и том же ресторане — «Блюз». Ел, как правило, в одиночестве, считая, что решение деловых вопросов мешает получать удовольствие от еды. После ресторана он заезжал выпить кофе в «Кофейный дом» — тамошний кофе ему очень нравился. Затем Янис отправлялся па мастер-класс.

Сегодня он был посвящен продвижению брэндов, и проводил его гений брэндинга Майкл Ру— сам, лично. К шести часам Янис возвращался в офис и еще два часа колдовал над договорами, схемами и планами развития.

Вечером он шел в клуб и высматривал своими рысьими глазами очередную жертву. Нет, не красавицу с ногами от плеч и алчным взглядом. В девушке должна быть определенная харизма, она должна быть иной — не такой, как они все. Находил такую, какая ему нравилась: чаше наивную дурочку. Именно с такими простушками он ощущал определенный комфорт— общался, водил по салонам и фитнес-клубам. Одевал в модных бутиках. Полночи занимался сексом, утром же был свеж и приятен, как малосольный огурец. Спустя короткое время бросал девушку, как только она пыталась заговорить с ним о будущем.

Ему хотелось, чтобы акционерная компания когда-нибудь стала семейным бизнесом, империей. Хорошо звучит: империя Пылдмаа. Прагматичный Янис любил повторять чьи-то слова: «Цель — это мечта, которая исполняется к определенному сроку». Эта фраза ему нравилась, она звучала в унисон с его собственными планами. Единственное, что могло расстроить Яниса, — это лень подчиненных. Удивительно, как только справлялись предприниматели прошлого со своими наемными работниками? Вот нынешние, кажется, ничего не хотят. Вернее, у них проросли только низшие побудительные мотивы к работе: деньги. В остальном — биологические потребности и патологическая нелюбовь к работе, желание увильнуть от нее любыми способами.

Только научившись как следует говорить по-русски, Янис услышал поговорку: «От работы кони дохнут». С тех пор он старался брать на работу лишь тех, в ком замечал тягу к самоусовершенствованию, кто воспринимал труд как источник удовлетворения. Но чаше попадались другие, и таких было большинство. Они хотели, чтобы их не трогали, не нагружали ответственностью за что-то, не заставляли принимать решения. Без амбиций и стремления к карьерному росту.

Что ж, приходится работать с теми, кто есть. Потому и ввел Янис Пылдмаа корпоративные правила — как ежедневный кнут. Пусть ленивые стараются вкалывать. Тут без кнута не обойдешься, если хочешь когда-нибудь увидеть свою цель достигнутой. Ну и пусть корпоративные правила — пугало для сотрудников, должно же их что-то дисциплинировать. В мощно работающей компании стабильная зарплата, сюда хотят попасть на работу многие. Никто пока не пожелал уйти по собственному желанию, ознакомившись с перечнем правил, обязательных для работников «Океанимпэкса».

Ну, например: запрещен алкоголь в любом, самом малом количестве. Даже дни рождения сотрудников отмечаются только с безалкогольным пивом (еще бы, с рыбкой!). Исключение — годовщины создания компании, тут пришлось дать слабину. Все же деловой праздник. Само собой при этом, что на работе спиртное — табу, но ведь и с запахом после вчерашнего прийти нельзя. В трубочку, как гаишники, дышать, конечно, не заставят, но если учует сотрудник даже слабый запах перегара, сразу доложит заместителю директора по кадрам. И держись, провинившийся! Не вышвырнут, разумеется, на улицу, но о премиях на ближайшее время придется забыть, на продвижение по службе не рассчитывать.

Еще строже обстояло дело в компании с опозданиями на работу. Янис относился к исчезающему виду людей, патологически пунктуальных и обязательных. Прийти на встречу с опозданием было для него все равно что оказаться без штанов в общественном месте, — стыдно и категорически неприемлемо. Прекрасно понимая, что многие люди не таковы, он все же ввел правила: за опоздание на пять минут— никаких замечаний, а просто выговор в приказе; за опоздание от шести до пятнадцати минут — у опоздавшего отнимают пропуск, чтобы он его потом «выкупил». Сумма выкупа равнялась минутам опоздания. При втором опоздании сумма удваивалась, при третьем — человека увольняли с соблюдением всех законов и формальностей. Опаздывающих на двадцать минут не было никогда, обычно сотрудники старались прийти за полчаса до начала работы. Так спокойнее.

Выход на обеденный перерыв формально не запрещался, но и не поощрялся. Если выходишь, изволь записаться в специальном журнале у охранника: кто, куда, зачем и на какое время уходит. Впрочем, чтобы работники не наживали гастрита, не тратили драгоценного фирменного времени на лечение, было заведено заказывать обеды в офис. И неплохие, между прочим, обеды, недорогие и вкусные.

Стиль корпоративной одежды был в «Океане» не таким строгим. Сам президент компании носил ту одежду, какая ему нравилась, то есть вещи удобные, надежные — свитера, джинсы, мягкие туфли. Янис предпочитал изделия итальянских дизайнеров, потому что они умеют создавать «льнущие» вещи. Туфли, как перчатки, не должны жать, но должны помогать ногам бегать быстрее. Правда, девушки в офисе вынуждены были даже летом носить колготки и закрытые туфли, запрещался пирсинг, татуировки советовали скрывать деталями одежды. А мужчины в костюмах любого цвета даже в жару, когда все ходили в теннисках и без пиджаков, обязательно носили галстуке заколкой в виде рыбки.

Одно корпоративное правило Янис считал очень важным, хотя оно заставляло морщиться некоторых новичков: категорически не поощрялись на службе личные отношения между сотрудниками компании. Считалось, что это вредит работе еще больше, чем опоздания или слабость к спиртному. Желаете смотреть друг на дружку как мужчины и женщины — пожалуйте за дверь. Лучше всего в другую компанию. А здесь, на рабочих местах, — никаких нежных взглядов, никаких сексуальных двусмысленных разговоров, тем более приставаний. Рабочие и офисные должности не имеют признаков пола!