Мальтийская богиня - Гамильтон Лин - Страница 3

На этом мы и расстались. Послышался визг тормозов. Это другие машины уворачивались от «ягуара» Галеа, поскольку тот, выруливая со стоянки, не удосужился оглядеться по сторонам. Мы все, особенно Моника Перес, с замиранием сердца следили за происходящим.

— Мерзавец! — чуть не задохнулась от злости Сара, когда Моника Перес тоже покинула нас и мы снова остались одни. — Вообрази, иметь такого мужа, который на глазах у тебя крутит с другой женщиной. Бедняжка!

— Он, наверное, считает себя даром Божьим для нас, грешных, — согласилась я.

— Но мне нравятся его работы, — сказал Алекс.

Действительно, несмотря на полный набор неджентльментских качеств, Галеа обладал огромным талантом сродни своему эго.

— Стоит признать, Сара, что он умеет убеждать. Вот, например, Моника Перес, у которой все происходило на глазах, была в таком экстазе, что купила примерно такое же зеркало, что и Галеа, — поделилась я своими наблюдениями.

— Тогда почему, ответь мне, такой мужчина женился на такой женщине?

— Из-за денег, — ответил Алекс. — Из-за денег семейства Маклин, — уточнил он, назвав широко известную в Торонто фамилию. — Он женился, будучи студентом, и получил хороший старт в жизни: деньги и связи.

— Ты думаешь, Мэрилин когда-нибудь доводилось высказывать свое мнение до встречи с ним? — не унималась Сара.

— Мы этого никогда не узнаем, — подытожила я. — Лучше нам сейчас привести всю мебель в идеальный порядок. Время не терпит. Сара, ты уверена, что не хочешь побывать на Мальте? Тебе не придется часто иметь дело с Галеа, как ты этого боишься, зато насладишься экзотикой на всю катушку.

Сара выкупила у меня торговлю антиквариатом, но попросила войти в долю, когда поняла, что не приемлет необходимые для бизнеса поездки, на которые уходила масса времени и денег. Она терпеть не могла торговаться с поставщиками, ненавидела проигрышные, а иной раз просто грабительские сделки по импорту и экспорту с чиновниками разных стран. К тому же не могла она заглушить в дальних странствиях тоску по дому и чувство одиночества.

Я же, в свою очередь, просто обожала всю эту круговерть. Именно это и подтолкнуло меня начать свой бизнес. Но чувство вины за то, что я всю жизнь колешу по миру, а она присматривает за магазином, преследовало меня.

— О! Для меня в сто раз экзотичнее научиться общаться с подростками, что я и хочу сделать в ближайшее время, — отшутилась Сара. У нее недавно появился новый красавчик средних лет с нагрузкой — двумя сыновьями-подростками. — В конце концов, надо кому-то присматривать за торговлей в твое отсутствие, а Алекса мы попросим взять на себя переговоры с нашими грузчиками. На этом поприще он творит чудеса.

Надо признать, что такой поворот событий несказанно обрадовал меня. Мой новый приятель Лукас Мей, мексиканский археолог, согласился возглавить раскопки в Белизе. В течение нескольких недель он пребывал в изоляции от внешнего мира — даже сотовая связь была бессильна, — и мы отложили нашу совместную жизнь до лучших дней.

В отличие от Галеа, Лукас не кичился своими регалиями, будучи светилом в археологии, и не разыгрывал из себя плейбоя, хотя его внешние данные и на йоту не уступали обаянию Галеа. Страстный поборник традиций коренного населения Мексики, он держался спокойно и с достоинством, чем и вызывал у всех глубокое уважение. Поскольку мы оба начали тяготиться нашим продолжительным романом, я решила, что разлука поможет нам разобраться в наших чувствах. Его археологические изыскания и мои несколько дней на Мальте вдали от тревог и повседневности помогли бы навести на резкость некоторые моменты в наших отношениях.

Я вызвала нашего постоянного перевозчика, Дейва Томсона, и изложила ему суть дела, чем привела парня в сильное смятение.

— Оплата по соглашению, Дейв, — объяснила я. — Ты же знаешь, какой Галеа. Просто скажи мне, как ты планируешь это сделать. Я сделаю обмер всего перевозимого имущества завтра утром и специально промаркирую для тебя.

— Это что-то новенькое. Не могу похвастаться, что когда-либо отправлял груз на Мальту, — признался Дейв. — Как ты думаешь, соколы там еще водятся? — неуклюже пошутил он. — Но надо проверить схемы движения и цены. Между прочим, мой любимый старый фильм — «Мальтийский сокол». Хэмфри Богарт там просто великолепен. Во всяком случае, я сделаю несколько звонков, выберу лучший маршрут и способ доставки. Это, видимо, дорого обойдется, не меньше трех тысяч. Но раз этому парню деньги девать некуда… так тому и быть.

После обсуждения страховки, таможенных формальностей и тому подобных нюансов Дейв отчалил, и я расслабилась на время, осознавая, что если все это в пределах осуществимого, то только он способен со всем этим справиться. С самого начала нашего сотрудничества этот человек не единожды творил чудеса.

Как-то раз он нашел затерявшуюся мебель из Сингапура и доставил ее в Торонто на престижное дизайн-шоу буквально за несколько часов до открытия. В то время я работала поставщиком у молодого, но подающего надежды дизайнера, который попросил декорировать помещение выставочного зала для благотворительных целей. Это событие предопределило его восхождение на Олимп карьеры и начало моего антикварного бизнеса. Художника звали Клайв Свейн. После этого шоу он стал моим первым наемным работником, а впоследствии мужем. И поскольку то шоу полностью легло на плечи Дейва и он блестяще справился с заданием, с тех пор я сознательно выбирала услуги перевозчика Дейва Томсона.

Едва я вышла из офиса, как Алекс уже принялся задвигать в подсобку последние приобретения Галеа, а на их место выставлять образцы из наших запасников. Затем мы все вместе осмотрели торговые залы магазина, которые теперь представляли жалкое зрелище. Галеа, без сомнения, основательно прошелся по нашим запасам.

— Я, пожалуй, напомню Дейву о той партии, которую Лукас выслал нам из Мексики до поездки в Белиз, — предложил свои услуги Алекс.

Лукас был не только моим любовником, но и агентом нашей фирмы «Гринхальг и Макклинток» в Мексике.

— Мы заполним некоторые пустоты мексиканской керамикой и кожаными стульями из последних поступлений, — подытожил Алекс.

На следующее утро я подрулила к резиденции Галеа. Она располагалась в той части города, которую некогда считали элитной. Но ныне старые более изысканные по архитектуре дома смешались, что называется, с бетонными монстрами, чье архитектурное вероломство вытеснило эстетику и хороший вкус.

При таком соседстве дом Галеа стал для меня приятной неожиданностью. В нем царил дух старого Торонто, в котором больше ощущалось присутствие Мэрилин, урожденной Маклин, чем присутствие знаменитого современного архитектора. Фасад здания был выполнен в георгианском стиле и подкупал простотой и отсутствием архитектурных излишеств. Незатейливая подъездная дорожка, вымощенная брусчаткой, вела сквозь железные ворота к европейскому дворику, где я и притормозила перед широкой добротной дверью, увитой плющом.

Дверь открыла приятной наружности молодая женщина в серой униформе. Не успели мы обменяться и парой слов, как мне навстречу вышла сама Мэрилин Галеа, одетая примерно в то же самое, что и вчера, только песочного цвета.

Я шагнула в элегантный восьмиугольный холл, выложенный кремовым мрамором. Пышный букет лилий в хрустальной вазе на столе в середине холла гармонировал с окружающим интерьером по всем законам эстетики. Коридор с несколькими произведениями современной живописи, органично соединявшийся с тыльной частью дома, больше походил на картинную галерею. Падающий сверху свет выгодно высвечивал несколько полотен современных художников, на двух из которых стояла подпись самого Галеа. Галерею сменил открытый просторный внутренний двор, явившийся для меня просто откровением.

У меня вырвался возглас удивления, о котором я немедленно пожалела, поскольку подобное нечленораздельное выражение эмоций абсолютно не вязалось с тем внешним лоском, который я обычно наводила на себя перед визитом к клиенту номер один.