Мальтийская богиня - Гамильтон Лин - Страница 48

— А как насчет того маленького ДТП в закоулках Мдины? — спросил Роб. — Вы еще настаиваете, что они вернулись попросить у нас прощения, Вине, или думаете, что это дело рук Галициа?

— Может быть. Если Галициа виновен в этом, тогда, думаю, наш друг Лара достанет его, — с уверенностью произнес Табоне. — Не исключено, что он действительно нанял Сидьяна для покушения на Лару. Она зашла в министерство, представившись журналисткой, чтобы взять у него интервью о Мартине Галеа, затем по дурости выкрала приглашение и расстроила мальчишник министра. Кто был за рулем — Сидьян, или Франческо, или пара варягов, которых нашел Галициа, — я пока не знаю, но выясню это, уверяю вас. Мы еще раз опросим всех, кто хоть что-нибудь тогда видел или слышал.

— Довольно малообещающий план, — скептично произнес Роб.

— Удивительно, но Галициа умудряется вывернуться из любой ситуации, — ответил Табоне. — Он когда-нибудь пролезет в премьеры, но не так быстро, как ему бы хотелось. Но пролезет он наверх точно. И что тогда? Если это его не удовлетворит, чего он станет добиваться потом? Захочет стать главой Европейского союза? Генеральным секретарем Лиги наций? Главой НАТО? Просто голова идет кругом!

— Вы делаете все, что в ваших силах, — успокоил Табоне Роб. — И я рад помогать вам. Но меня послали сюда оказать содействие в расследовании убийства канадского гражданина Мартина Галеа, и теперь, когда аутопсия установила его смерть в Канаде, здесь мне больше делать нечего. Не думаю, что найдется какая-нибудь связь между смертью Галеа и другими инцидентами. Надеюсь, что вы учтете мое мнение и что опрометчивые идеи Лары не окажутся заразительными.

Я смерила его взглядом:

— А как насчет вечера в доме Галеа? Что, если Сидьян имел план А и план Б? Вы сказали, он детально планировал каждую операцию, включая отступление. Возможно, планом А был вечер у Галеа. Согласно Мэрилин Галеа, ее муж возобновил отношения со своим старым другом детства. Каким? Неужели с Галициа? Если бы мы узнали, входили ли Абела и Галициа в список приглашенных гостей, тогда бы все встало на свои места. Предполагалось, что на вечере у Галеа будут присутствовать высокопоставленные люди. Наверняка преступники готовились.

Табоне пожал плечами и сказал без воодушевления:

— Я могу узнать, телефон же рядом.

Спустя несколько минут он уже разговаривал с кем-то по-мальтийски, а потом с некоторой долей удивления сделал пометку в блокноте.

— Так, так, — запыхтел детектив, повесив трубку. — Это была секретарь Абелы. Она сказала мне, что у премьера был запланирован частный прием несколько дней назад. Это не входило в служебные обязанности, поэтому он сделал запись карандашом в порядке возможного мероприятия. Эта небольшая вечеринка — пять-шесть гостей — должна была состояться в новом доме Галеа. Время мероприятия должен был установить хозяин по приезде, но оказался мертвым, и запись просто удалили из ежедневника. Догадайтесь, кто отпечатал приглашения от имени Галеа? Наш друг Джованни Галициа, конечно.

— Ну и что? — спросил Роб. — У нас нет ничего, что связывало бы Сидьяна с домом Галеа.

— О! Думаю, как раз наоборот, — прорвало меня. — В первую ночь я видела кого-то, думаю мужчину, с капюшоном на голове. Он стоял на заднем дворе. Я была здорово напугана, но больше его не видела. Теперь я понимаю: в том человеке было что-то, не знаю что, напомнившее мне телосложение Сидьяна. Когда я увидела его на скале вчера, до того как он оступился… я не знаю… что-то во мне щелкнуло. Потом пошла череда мелких пакостей — дохлая кошка, тормоза. Странно, что все эти инциденты произошли после моего приезда. Фарруджиа сказали мне, что у них никогда ничего подобного не случалось.

— Это говорит о том, что кто-то очень хотел выкурить вас из дома, — сделал вывод Табоне. — Но вы оказались крайне упрямы и не уехали.

— Да. С самого начала их идея использовать дом Галеа как место политического убийства не сработала. Им нужно было подготовиться, пронести незаметно оружие и осмотреть место на случай форс-мажорных обстоятельств, но рабочие весь день проводили в доме, а ночью сторожила его я. Поэтому они постарались выдворить меня, но опять пролетели. И тогда Сидьян приступил к плану Б — убийство в Мнайдре.

— А Галеа? Вы говорите, они убили его, чтобы воспользоваться его домом? Довольно круто, не находите? Нельзя же проводить вечер без хозяина?

— Вы правы, — согласилась я. — Но когда я впервые увидела Сидьяна в Мнайдре, то подумала, что он чем-то похож на Галеа. Вы не думаете, что он мог бы выступить в его роли?

— Вполне, — заверил Табоне. — Но в любом случае, Сидьян был уже здесь. Вы летели с ним одним рейсом, потому он не мог убить Галеа в Торонто.

Я пожала плечами:

— А как насчет Франческо? Где был он и что делал все это время?

— Хороший вопрос, — задумался Табоне. В кабинет вошел молодой полицейский с конвертом. Взяв его в руки, детектив сказал: — Ни в коем случае ничего не выясняйте, пока мы не узнаем, кто он. Может быть, это поможет.

Он вынул из конверта две фотографии.

— Взгляните-ка на них.

И положил передо мной два снимка. Я внимательно рассмотрела каждый. Сделанные с приличного расстояния, они были не очень хорошего качества. Я указала на один из снимков.

Табоне смутился.

— Вы выбрали Франко Фалконе, или Франко Фалцон. К сожалению, мальтиец. Он из Ксемксии, что в бухте Святого Павла. Уехал в Италию совсем юным, где явно приобрел скверные привычки.

— Франко-бедокур, — сказала я. — Мальчик вырос, чтобы стать гангстером. — Вспомнив слова Ёжика, я повеселела и закружилась по кабинету. — Вот что нам нужно!

— О чем она говорит? — спросил Табоне Роба голосом обескураженного человека. — Это что, шок, что ли?

— Франко-бедокур. Это тебе что-то напоминает? — спросил меня Роб.

— Трех школьных друзей. Марк — молодой бык, Джованни — крыса, Франко — бедокур. Марк вырос и стал архитектором, Джованни — министром иностранных дел, а Франко — гангстером. Спросите Ёжика.

— Ёжика? Что еще за ребусы? — возмутился Табоне.

Роб только ухмыльнулся:

— Да есть тут один чокнутый старик в Миллехе, который сидит весь день в шезлонге за бакалейной лавкой рядом с лестницей, ведущей в город. Если кто-нибудь что-то и знает, так это Ёжик.

— Пошлите к нему Эстер, — посоветовала я. — Скажите, чтобы прихватила упаковку пива «Киск». Он его любит. Она могла бы упомянуть мое имя, да, боюсь, он его не запомнил.

Табоне всплеснул руками.

— Не волнуйтесь, — сказала я, — он, может, не помнит меня, зато отлично помнит Джованни-крысу и Франко-бедокура.

Роб, улыбаясь, повернулся к Табоне.

— Меня заинтриговало это имя, Винс. Посмотрим, что можно узнать об этом Фалконе и о его деятельности. Скоро вернусь, — пообещал он детективу, выходя из комнаты.

Пока мы ждали, Табоне связался по телефону с Эстер и дал ей поручение съездить в Миллеху и отыскать Ёжика.

— Успехов, Эстер. Пора заканчивать с этим кошмаром.

Через пятнадцать минут Роб вернулся с довольно озадаченным видом.

— Мне не хочется говорить вам, потому что я заранее предвижу, как вы поступите, получив эту информацию, — сделал длинное вступление, — но, видит Бог, придется. Я переговорил тут с одним другом из ЦРУ насчет Фалконе и сделал запрос. Мы знаем, как Сидьян попал на Мальту, но откуда появился Фалконе, неизвестно. Оказывается, американцы тоже интересуются местонахождением Франко. Неделю назад ЦРУ случайно наткнулось на него в аэропорту при просмотре видеозаписи. Он известный преступник, которого ищут по всему миру, но он бесследно исчез. Фотографию, которую вы видели, Лара, получили с видеопленки, увеличенной в несколько раз. На всякий случай я попросил их уточнить время и место видеозаписи и уточнить расписание авиарейсов. Кажется, наш друг стоял в нескольких ярдах от входа на посадку.

— Он летел в Рим? — спросил Табоне.

— На Мальту? — прорезался мой голос.