Тайна Крикли-холла - Герберт Джеймс - Страница 122

А тот сделал еще один шаг назад.

Но то, что некогда было живым существом, подбиралось все ближе и ближе, пока между ним и высоким стариком не осталось совсем маленькое расстояние. И тут лицо и плечи фигуры оказались в кругу света.

Пайк отчаянно закричал — и это был неестественно высокий звук для человека его габаритов, — когда взглянул в серое, раздувшееся лицо.

Распухшая плоть развалилась, губы исчезли, словно съеденные паразитами, так что длинные зубы, лишенные десен, выставились в пугающей широкой ухмылке. Висок и щека с одной стороны выглядели так, как будто их раздробили тяжелым и твердым предметом, макушка гротескно смялась, череп под волосами был вогнут внутрь. Глаза лишены век — наверное, их тонкая кожа также досталась рыбам, — и эти огромные глаза таращились из-под надбровных дуг и того, что осталось от кожи и мышц. Безжизненный взгляд не отрывался от Пайка, который еще раз шагнул назад.

Он оказался слишком близко к краю колодца, и его лодыжки ударились о низкую круглую стенку. Пайк пошатнулся, попытался удержаться, сохранить равновесие — но ничего не вышло. Он упал, и его панический крик эхом отдался от мощной кладки колодца.

Гэйб только и мог, что наблюдать за тем, как большой мужчина рухнул в черный водоворот внизу. Крик Пайка разом утих, как только сумасшедшего поглотила кружащаяся вода.

Но его голова и плечи еще раз показались над водой, когда Пайка уносило бешеным течением, и Гэйб отшатнулся при виде ужаса в безумных глазах Пайка. Крупные руки попытались зацепиться за стену колодца, но, как совсем недавно выяснила Лорен, камни оказались слишком скользкими, чтобы за них можно было удержаться, и тонущий человек, вскрикнув еще раз, окончательно исчез в водовороте.

Последним, что видел Гэйб, была рука, возникшая над поверхностью воды. Пальцы хватались за воздух, пытаясь удержать саму жизнь. И на этом все кончилось.

Гэйб вдруг снова услышал все звуки вокруг себя, и сквозь рев воды до него донесся отчаянный крик дочери:

— Папа! Пожалуйста, папочка!

Он рванул ее к себе со всей силой. Но это усилие едва не опрокинуло его через стенку. И как раз в то мгновение, когда Гэйбу показалось, что он проиграл и сейчас полетит в колодец вместе с дочерью, чья-то рука ухватилась за свободную руку Лорен.

Внезапно тяжесть, тащившая Гэйба вниз, уменьшилась, и двое мужчин общим усилием с легкостью выдернули девочку из колодца. Отец и дочь перекатились через низкую стенку и обессиленно рухнули на пол подвала. Но Гэйб почти сразу приподнялся на локте и оглянулся назад. И увидел, что существа, послужившего причиной смерти Пайка, уже нет поблизости.

— Вы ее видели, мистер Калег? — пылко спросил Перси, стоявший на коленях рядом с инженером.

В его поблекших глазах светились нежность и благоговение.

— Вы ее видели, мою прекрасную Нэнси?

78

Огоньки

Инженер предпочел промолчать. Если привидение в глазах Перси выглядело как-то по-другому, пусть так оно и будет. Кто может знать, как сверхъестественные существа демонстрируют себя разным людям? Старый садовник увидел то, что хотел увидеть, память подправила картину настоящего. Но все это теперь не имело значения. Пайк погиб, утонул, а Лорен была спасена. Черт побери, да они все были теперь спасены от этого сумасшедшего идиота!

Гэйб удивлялся самому себе. Ему приходилось признать, что он, скептик, неверующий, только что видел привидение, призрак, который послал Пайка навстречу предназначенной ему смерти, существо, исчезнувшее, как только дело было сделано. Все это казалось Гэйбу невероятным, но он ведь действительно видел происходящее собственными глазами! Теперь не оставалось сомнений в том, что Крикли-холл действительно населяли призраки.

Он помог Лорен встать и крепко обнял девочку. Она уже перестала плакать, но все еще сильно дрожала.

— Перси, — сказал Гэйб, оглядываясь на садовника, — спасибо вам. Я бы потерял ее, если бы не вы. Я снова перед вами в долгу.

Перси тяжело дышал, его повлажневшие глаза все еще сияли. Он оглядел подвал, будто надеясь еще раз увидеть свою утраченную любовь или по крайней мере ее призрак. Гэйб прервал его созерцание.

— Нам надо вернуться наверх, к Эве. Она выглядела не слишком хорошо.

Старик коротко кивнул, и шум подземной реки заглушил его глубокий вздох.

Инженер поднял дочь на руки и закусил нижнюю губу, потому что его плечо снова пронзила боль. Лорен обхватила тонкими ногами отцовскую талию, и он понес ее к лестнице. Подъем дался Гэйбу тяжело, но он радовался, что они наконец покидают сырой и темный подвал.

Перси, бросив еще один взгляд в сторону темного прохода в бойлерную, последовал за Гэйбом.

На широкой лестнице в холле Лили хлопотала над Эвой, и Келли тоже суетилась возле матери, гладя ее по плечу и изо всех сил стараясь не заплакать. Экстрасенс приложила к ране на голове Эвы носовой платок, чтобы остановить тонкую струйку крови.

— Не так уж все и плохо, — сказала она Эве. — Кровь почти не идет, но думаю, голова поболит какое-то время.

В голове самой Лили тоже пульсировала тупая, тяжелая боль от удара качелей. Или, может быть, следствие тех страшных картин, которые ей пришлось наблюдать, лежа без сознания на холодной земле.

Она сняла пропитанный кровью платок с головы Эвы, собираясь исследовать рану, и с облегчением увидела, что кровотечение, похоже, полностью прекратилось.

В холле вдруг потемнело, и Лили посмотрела вверх, на потолок, и нахмурилась. Она ощутила это сразу, в тот самый момент, когда вошла в дом вместе с тем стариком, следом за Гэйбом Калегом: медленно набухавшая тьма висела над холлом — похожая на дым субстанция, от которой отделялись темные пряди, похожие на усики, — и тьма опускалась все ниже вслед за ними, сгущаясь и сгущаясь, так что наконец поглотила свет кованой люстры. И вонь, мерзкая вонь разложения и экскрементов, пропитала, казалось, весь холл, вместе с пронизывающим холодом. Эва попыталась встать со ступеньки, на которой сидела, но Лили схватила ее за плечо, заставляя остаться на месте.

— Я не хочу потерять ее, я не хочу потерять ее, — повторяла Эва, пытаясь увернуться от руки ясновидящей.

— С Лорен все будет хорошо, — тихо, но твердо сказала Лили. — Тот, другой мужчина спустился вниз, он поможет Гэйбу. Все будет отлично, вот увидите.

Но на самом деле экстрасенс тревожилась куда сильнее, чем показывала. Человек, ныне называвший себя Пайком, был очень силен. И очень подвижен. Он налетел на Лили так быстро, что та не успела даже уклониться от удара. Она лишь надеялась, что Гэйб Калег не просто выглядит атлетом и бойцом, но и на самом деле таков.

Келли первой увидела троицу, появившуюся из двери подвала, и восторженно завизжала:

— Папуля, это папуля! Он спас Лорен!

Эва даже застонала от облегчения и так покачнулась, что Лили пришлось подхватить ее, чтобы бедняжка не упала.

Первым, что заметил Гэйб, вышедший из подвала с Лорен на руках, была темнота, распростершаяся над холлом и ставшая глубже и плотнее, чем прежде. Она поглотила все пространство под потолком, почти загасив свет люстры и ламп на галерее, так что стало трудно рассмотреть что-либо на другом конце большого помещения. Тем не менее он сразу заметил Эву, Келли и Лили Пиил, сидевших на лестнице.

Гэйб чуть не задохнулся от вони, пропитавшей воздух, но, не обратив на нее внимание, поспешил к Эве. Когда он бежал по лужам, держа на руках Лорен, но глядя только на ее мать, снаружи полыхнула молния, осветив холл резким серебристо-белым светом. Гром, последовавший за вспышкой, походил на раскаты близкого орудийного огня. Гэйб и не подозревал, что гром может грохотать так долго. Гэйб, следом за которым бежал Перси, поднялся по ступеням и опустил Лорен на колени Эвы. Мать и дочь крепко обнялись, и их слезы смешались на прижавшихся друг к другу щеках. Гэйб упал рядом с ними на колени и в полумраке всмотрелся в следы крови на лбу жены. Она открыла глаза, и они таинственно вспыхнули, отражая смесь радости, облегчения, страха и благодарности. Гэйб наклонился к жене и осторожно поцеловал ее.