Радужная Сфера - Гралева Алина - Страница 24

Вопросов, конечно, осталось немало, но я решила погодить. Спрашивать, например, что случиться с заколдованной вещью, о свойствах которой никто кроме волшебника не знает, я считала совершенно бессмысленным — парень и с традиционной магией толком не разобрался. Я его сейчас озадачу, а он снова начнет считать себя полным неумехой и бездарью. Нет уж, пусть уверится в своих способностях, а поговорить можно и после.

Айлери, испытывая новое умение, принялся заново разглядывать свою добычу. Во втором кольце явственно виднелась большая лужа — толи последствие обильного дождя, толи мелкий водоем. Камень медальона упорно изображал мерцающий овал в ободке, похожем на раму.

— И что сие значит? — я некультурно ткнула пальцем в украшение.

— О, это великолепный артефакт, изменяющий внешность своего владельца, — фей даже задохнулся от восторга, который вызывала в нем эта маленькая штучка.

— И чему ты так радуешься? И, кстати, почему ты отбросил в сторону второй такой же медальон?

— Это очень редкий, почти недоступный простому смертному артефакт. Чтобы он заработал, в него вкладывается столько магии, что на это способен только фей высочайшего класса. Ну и стоит он, конечно, соответствующе. А с его помощью можно даже замаскировать метку дракона. Представляешь? Теперь, если мы избавимся от того парня, — фей кивнул в сторону кровати, — тебе можно будет спрятаться.

— Ни от кого мы избавляться не будем. Скорее, наоборот, как раз на него мы и наденем этот амулет, — сурово обрезала я. — Но ты так и не ответил насчет второго медальона. Чем он тебе не угодил?

— Второго? — Айлери с недоумением посмотрел на висюльку, которую я выловила из кучи "брака". Он покрутил ее в руках, недоверчиво разглядывая камень. — Что-то в нем не так, — с сомнением протянул он. Мысль о том, чтобы замаскировать нашего постояльца, он словно даже и не услышал. Ну-ну. Он, конечно упрямый, но я-то склерозом не страдаю и к этой теме обязательно вернусь.

— Все так. Только камень не синий, а голубой, и зеркало немного иное.

— А должен быть синий! Однородная магия накладывается только на идентичные носители.

— Ты во власти стереотипов. Тебе сказали, что может быть только так, а подумать самостоятельно не хочешь. Какая разница — синий, голубой? Может, у волшебника не было под рукой синего камня. Главное, что магия в нем есть.

— Но если будешь его испытывать, то на нем, — фей угрюмо кивнул в сторону пострадавшего.

— Кстати, а зачем вообще нужны эти медальоны, если и феи и, как я понимаю, ваши конкуренты — страшно злые колдуны, и без них прекрасно справляются с изменением внешности? Только не говори мне, что их специально делают для таких недоучек, как ты.

— С чего ты решила, что мы можем свободно изменять внешность? — от удивления Айлери даже забыл обидеться на "недоучку".

Теперь пришла моя очередь недоумевать.

— Ты сам говорил мне, что все твои друзья умеют превращаться. Помнишь, когда впервые попытался отрастить уши и хвост?

— Да, но только в свое тотемное животное! А если требуется принять какой-то другой облик — необходим медальон.

— Так какого черта, ты, придурок, молчал об этом, когда я тебе указала на барельеф сфинкса? Или ты хочешь сказать, что перепутал собаку со львом?!! — меня трясло от возмущения: возможно, из-за безалаберности фея и с моей подачи, произошло непоправимое, и теперь парню придется до конца жизни ходить в звериной шкуре.

Но вместо испуга или раскаяния в глазах фея плескалось лишь искреннее любопытство. И, кажется, я знаю, какой вопрос он сейчас задаст.

— А кто такой черт? — надеюсь, он не издевается, а просто пытается расширить за мой счет словарный запас.

"Спокойствие. Только спокойствие", — как завещал великий проказник, способный довести до истерики даже невозмутимых датчан.

— Один любопытный фей, так поэкспериментировавший над своей внешностью, что его имя стало ругательством. Ты не ответил на мой вопрос.

— Понимаешь, — кажется, фей все-таки смутился. — Изображение зверя-талисмана, нарисованное моим дальним предком, достаточно схематично. Хорошо сохранился лишь девиз: "Преданность и верность".

— Ты хочешь сказать, что твой предок рисовал животных как ты сам? Тогда все понятно: талисман действительно может быть кем угодно.

Не буду я озвучивать свои опасения — только истерики мне не хватало. Буду надеяться, что ничего страшного все-таки не произошло, и парень вернет свой прежний вид. Как бы его самого отвлечь от такой мысли? Уж что-то слишком задумчивой стала морда сфинкса.

Словно услышав мои мысли, мой "пациент" слегка пошевелился и застонал. В мгновение ока мы оба очутились возле его постели.

— Ты же сказал, что он крепко спит?

— А ты когда спишь, не шевелишься? — огрызнулся Айлери, хотя, как и я, пристально всматривался в больного.

— Шевелюсь, говорю, а в дни полной луны — даже хожу. Так что если я на тебя случайно наступлю — не обижайся, — на всякий случай я дотронулась до лба нашего пациента — вдруг у него жар.

Но кожа, или что там ее сейчас заменяло, была холодной. Может, он просто замерз? На всякий случай я укутала его в одеяло, заботливо подоткнув края. Айлери ревниво глядел на мои манипуляции.

— Как его, так и по голове погладить, и одеялом укрыть. А надо мной только издеваешься, — пробурчал он.

— Зато, я сейчас буду тебя кормить, — обрадовала я ревнивца, но все-таки погладила его лохматую гриву — жалко мне, что ли?

— Так ты мне так толком и не объяснил, почему мы не можем повесить на него медальон?

— Все очень просто, — в голосе фея появились снисходительные нотки. — Мы можем навесить на него сотню разнообразных артефактов и амулетов, но все они останутся лишь красивыми побрякушками — для того, чтобы они начали действовать, необходимо желание. Не думаю, что твой подопечный способен сейчас хоть чего-то пожелать. Все, о чем он мог думать за минуту до встречи с тобой, уже осуществилось — ему не больно, он в безопасном месте, а в данную минуту еще и укутан теплым одеялом, — не удержался таки от шпильки.

— Значит, моя идея не имеет смысла? — в моем голосе прозвучало столько разочарования, что добрый парнишка решил меня "утешить":

— Ну, разве что мы найдем ключ.

— Какой еще ключ? — простонала я. Вообще-то здесь нет ни одного замка. Я представила себя со связкой угрожающе бренчащих при каждом шаге ключей, с выпученными глазами бегающей по пещере в поисках чего бы ими открыть.

— Ключ управления артефактами, — терпеливо, словно общаясь со слабоумной, пояснил Айлери. Хорошо, что я удержалась от хихиканья, иначе мой авторитет в глазах фея упал бы окончательно. — Человек, владеющий ключом, может активизировать любую волшебную вещь, находящуюся в его поле зрения.

— Значит, он нам нужен, — решительно констатировала я. Никогда не замечала за собой столько самоуверенного нахальства, но сейчас я была убеждена, что этот таинственный ключ найдется. Мне он нужен, я так хочу и в этой сказке все будет по-моему.

Я еще раз посмотрела на нашего больного. То ли мумия, то ли спящий красавец. Да еще и Айлери к нему враждебно настроен. В голове мелькнула ехидная мысль. Так-так. Как там в сказках за неимением холодильника и кунсткамер хранят летаргических принцев? Принцев, вроде бы нигде, но количество принцесс вполне достаточное, чтобы иметь представление о консервирующих свойствах весьма банального предмета из небанального материала. Через мгновение, слегка покачиваясь на цепях, уходящих куда-то к необозримому потолку, взор услаждал радостной россыпью радуг на гранях самый настоящий хрустальный гроб. В таком антураже, я думаю, ни у кого не повернется язык обозвать сотворенные мною "доспехи" роботом. Хотя, теперь мне самой катастрофически хотелось обозвать его мумией. Обернувшись узнать о причине заминки, фей всхлипнул и попятился.

— Э-э-это, что? — бедняга, кажется, он заикаться начал.

— Место для хранения спящих красавцев, — гордо отчиталась я.

— А ты уверена, что он красавец? — подозрительно поинтересовался он. — Ну и шуточки у тебя. А вообще-то, ты обещала меня кормить.