Тысяча и одна ночь - Автор неизвестен - Страница 556

Что же касается пятого невольника, то он ехал, пока не вступил в страны Сирии, и он достиг города Дамаска и увидел, что это город хороший, безопасный, с деревьями, каналами, плодами и птицами, которые прославляют Аллаха, единого, покоряющего, создателя ночи я дня. И невольник провёл там несколько дней, спрашивая о том, что было нужно его господину, но никто не давал ему ответа, и он хотел уехать из этого города и направиться в другой город, и вдруг он увидел юношу, который бежал, путаясь в полах своего платья. «Почему ты бежишь огорчённый и куда ты направляешься?» – спросил невольник. И юноша ответил: «Здесь есть один достойный шейх, который каждый день садится на скамеечку в такое, как сейчас, время и рассказывает прекрасные повести, рассказы и сказки, подобных которым никто не слыхал. Я бегу, чтобы найти себе место близко от него, и боюсь, что не достану места из-за множества народа». – «Возьми меня с собой», – сказал невольник. И юноша молвил: «Иди скорее».

И невольник запер ворота и поспешно пошёл с юношей и достиг того места, где шейх рассказывал среди людей. И он увидел, что шейх со светлым ликом сидит на скамеечке и рассказывает людям, и сел близко от него и стал прислушиваться, чтобы услышать его рассказ. И когда пришло время заката солнца, шейх кончил рассказывать, и люди выслушали то, что он рассказал, и разошлись от него. И тогда невольник подошёл к шейху и приветствовал его, и тот ответил на его приветствие, умножив пожелания и знаки почтения, и невольник сказал ему: «Ты, господин мой шейх, человек прекрасный, почтённый, и рассказы твои прекрасны, и я хочу тебя кое о чем спросить». – «Опрашивай о чем хочешь», – сказал шейх. И невольник спросил его: «Знаешь ли ты повесть и рассказ о Сейф-аль-Мулуке и Бади-аль-Джемаль?» – «А от кого ты слышал такие слова и кто рассказал тебе об этом?» – спросил шейх. И невольник сказал: «Я не слышал об этом ни от кого, но я из далёких стран и пришёл, стремясь найти эту повесть. И что бы ты ни потребовал в уплату за неё, я дам тебе, если она у тебя есть, и ты окажешь мне благодеяние и милость, рассказав мне её, я сделаешь это по благородным твоим качествам, как милостыню от тебя. Если бы была моя душа в моих руках и я отдал бы её тебе за эту повесть, моё сердце на это бы согласилось». – «Успокой свою душу и прохлади глаза: повесть придёт к тебе, – ответил шейх. – Но это рассказ, который не рассказывают на перекрёстке, и я не отдам такой повести всякому». – «Ради Аллаха, о господин, – воскликнул невольник, – не скупись на неё для меня и требуй от меня чего хочешь», – воскликнул невольник. И шейх сказал: «Если ты хочешь знать эту повесть, дай мне сто динаров, и я отдам её тебе, но с пятью условиями».

И, узнав, что у шейха есть эта повесть и он соглашается её рассказать, невольник обрадовался сильной радостью и сказал: «Я дам тебе сто динаров в уплату за неё и ещё десять в придачу и возьму повесть с условиями, о которых ты говоришь». И шейх молвил: «Ступай принеси золото и бери то, что тебе угодно».

И невольник поднялся и поцеловал шейху руки и пошёл в своё жилище, радостный и довольный, и взял сто динаров и десять и положил их в бывший у него мешок.

А когда наступило утро, он поднялся и надел свою одежду и, взяв динары, принёс их шейху. И он увидел его сидящим у ворот своего дома и приветствовал его, я шейх возвратил ему приветствие, и потом невольник дал ему сто динаров и ещё десять, и шейх взял их у него.

И он поднялся и вошёл в свой дом, введя с собой невольника, и посадил его в одном месте, а затем он дал ему чернильницу, калам и бумаги и подал ему книгу и сказал: «Пиши из этой книги то, что ты ищешь, – повесть и рассказ о Сейф-аль-Мулуке».

И невольник сидел и списывал эту повесть, пока не кончил её описывать. И он прочитал её шейху, и тот исправил её, а потом сказал: «Знай, о дитя моё, что первое условие – чтобы ты не рассказывал эту повесть на перекрёстках дороги или в присутствии женщин и невольниц, рабов, глупцов и детей. Читай её только эмирам, царям, везирям и людям знания, из толкователей Корана и других». И невольник принял условия и, поцеловав шейху руки, простился с ним и вышел от него…»

И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.

Когда же настала семьсот пятьдесят восьмая ночь, она сказала: «Дошло до меня, о счастливый царь, что когда невольник купца Хасана переписал повесть из книги шейха, который был в Сирии, и тот рассказал ему об условиях, он простился с ним и вышел от него и уехал в тот же день, радостный и довольный. И он все время ускорял ход от сильной радости, охватившей его из-за того, что он раздобыл повесть и рассказ о Сейф-аль-Мулуке, и наконец прибыл в свою страну. И тогда он послал своего сопровождающего передать купцу радостную весть и сказать: „Твой невольник прибыл благополучно и достиг того, чего хотел и желал“.

А когда невольник прибыл в город своего господина и послал к нему вестника, до срока, о котором царь условился с купцом Хасаном, оставалось только десять дней. И затем невольник вошёл к купцу, своему господину, и рассказал ему о том, что ему досталось, и купец обрадовался великой радостью, а невольник отдохнул в месте, где он уединился, и отдал своему господину книгу, в которой был рассказ о Сейф-аль-Мулуке и Бадиаль-Джемаль. И когда его господин увидел её, он надел на невольника все бывшие на нем одежды и дал ему десять чистокровных коней, десять верблюдов и десять мулов, трех чёрных рабов и двух белых невольников.

И затем купец взял повесть и написал её своей рукой, с толкованиями, и вошёл к царю и сказал ему: «О счастливый царь, я принёс сказки и рассказы, редкие и прекрасные, подобных которым никто никогда не слыхивал». И, услышав слова купца Хасана, царь в тот же час и минуту велел призвать всех разумных эмиров, и всех достойных учёных, и всех образованных людей, и поэтов, и людей умных, и купец Хасан сел и прочитал рту историю у царя.

И когда услышали её царь и все присутствующие, они все удивились и нашли повесть прекрасной и также одобрили её те, кто присутствовал, и купца осыпали золотом, серебром и драгоценными камнями. И потом царь велел дать купцу Хасану роскошную одежду из лучших своих платьев, и подарил ему большой город с его крепостями и деревнями, и сделал его одним из величайших своих везирей, и посадил его от себя справа. И он велел писцам написать эту повесть золотом и положить её в свою личную казну, и, всякий раз как у царя стеснялась грудь, он призывал купца Хасана, и тот читал ему эту повесть.

А содержание её было таково:

Был в древние времена и минувшие века и годы в Египте царь, по имени Асим ибн Сафван, и был это царь щедрый, великодушный, почтённый и достойный. И было у него много земель, и крепостей, и укреплений, и солдат, и воинов, и был у него везирь, по имени Фарис ибн Салих, и все они поклонялись солнцу и огню, вместо всевластного владыки, великого, покоряющего. И стал этот царь старым стариком, и ослаб от старости, недугов и дряхлости, так как он прожил сто восемьдесят лет, и не было у него ребёнка – ни мальчика, ни девочки, и был он, по причине этого, и ночью и днём озабочен и огорчён.

И случилось, что в один из дней сидел царь Асим на престоле своего царства, и эмиры, везири, предводители и вельможи правления служили ему, как обычно, сидя по мере своих степеней, и всякому из эмиров, который входил к нему и с которым был сын или двое сыновей, царь завидовал и говорил в душе: «Всякий веселится и радуется на своих детей, а у меня нет ребёнка, и завтра я умру и оставлю моё царство, и престол, и казну, и богатства, и возьмут их чужие люди, и не вспомнит меня совсем никто, и не останется обо мне памяти в мире». И царь Асим погрузился в море размышлений, и от обилия приходивших к его сердцу дум и печалей он заплакал и, сойдя с престола, сел на землю, плача и унижаясь. И когда его везирь и присутствовавшее собрание вельмож царства увидели, что царь сделал с собой такое дело, они закричали на людей и сказали им: «Расходитесь по домам и отдыхайте, пока царь не очнётся от того, что с ним случилось».