Отступница - Евстра Евгения - Страница 52

Вода размеренно капала где-то вдалеке, убивая последнюю надежду на избавление от этого ада. Низкий свод маленькой пещеры невыносимо давил на сознание, рыжее перышко догорающей свечи острым горячим клинком вспарывало темноту.

Я сидела прямо на полу, притянув колени к груди и до боли закусив губу. И злилась. На себя, свою неразумность, бесталанность и болтливость.

Я действительно повела себя глупо. Во-первых, забыла, что на тренировке и непростительно отвлеклась. Во-вторых, что задевало меня больше всего, не смогла отразить простейшие(!) удары! Ведь Армиол всего лишь ударил меня рукой, а Нетанна припечатала элементарным силовым щитом. Более того! Выход из получившейся в результате ситуации действительно был, и не один, но я, не удосужившись нормально подумать, поспешно истратила весь свой резерв! Будь схватка действительно серьезной, я бы давно расплатилась за свою ошибку жизнью.

Но самое главное — вместо того, чтобы поблагодарить своих учителей за то, что они показали, пусть и весьма своеобразным способом, мои слабые стороны, я умудрилась еще и наговорить им гадостей! За что, собственно и сидела теперь в Зале Отражений, набираясь уму-разуму…

То, что я осталась без капли Силы, даже радовало. Не возникал соблазн воспользоваться ни магией, ни силой ипостаси, поскольку Зала, являющаяся одной из загадочных и тупиковых ответвлений Пещеры Бесконечности, многократно усиливала все исходящее от заключенного в ней существа удары и возвращала их обратно ему в виде чудовищно-разрушительной силы. Довольно хлипкая дверь, чисто символически закрывающая вход, выход собою представляла весьма иллюзорный, поскольку за ней таилось несколько слоев усиливающих и запечатывающих заклятий.

…Поначалу заключение не казалось мне таким уж обременительным. Подумаешь сутки. Заодно высплюсь! Но, когда замерцала, погасая, оплавившаяся свеча, впуская в Пещеру черную вязкую темноту, вмиг сделавшую меня словно ослепшей, а отсутствие привычных звуков пеленой накрыло сознание, я поняла, почему люди, спускавшиеся в пещеры в одиночку или потерявшиеся там, так успешно умудряются сходить с ума. Никогда в жизни, не страдающая клаустрофобией, я почти физически ощутила, как незримые стены сжимаются вокруг меня, заставляя задыхаться от нехватки воздуха, а практически полное отсутствие ощущений тянет и без того искаженное время, превращая его в бесконечность. Спать в таких условиях было абсолютно невозможно, равно как и пытаться сохранить полноценное мироощущение.

Постепенно эмоции стерлись, послушно сменившие друг друга обида, злость и раскаяние отступили перед пустотой, затопившей разум. Потом ушло и безумное желание выйти, одолевавшее меня поначалу, оставив после себя горькое послевкусие обреченности.

Осталась только вода, мерно бьющаяся об камни. Кап…Кап…Кап…Бесконечно…

— …Выходи! — голос Армиола резко выдернул меня из прострации, свет, ворвавшийся через открытую дверь, обжег глаза. — Сутки прошли. Надеюсь, этого было достаточно для того, чтобы ты научилась, наконец, адекватно воспринимать уроки и подчиняться приказам беспрекословно, — и с мелькнувшим на миг сочувствием, добавил: — Пойми, девочка, чем больше ты противишься, тем хуже делаешь себе в будущем. В Боевой группе решение командира не обсуждается, а неподчинение приравнивается к измене и грозит смертью…

Я промолчала, с трудом заставляя себе включиться в происходящее. С неимоверным усилием поднялась на ноги и, пошатываясь, направилась к выходу.

— Сейчас пойдешь домой, — бархатно промурлыкал голос Нетанны, стоящей неподалеку, — Поешь, поспишь, восстановишься. А завтра ровно в одиннадцать часов утра явишься сюда. Есть очень серьезный разговор. Ясно?

— Да… — спустя долгую паузу, до меня дошел, наконец, смысл сказанных слов и смогла ответить.

— Вот и умница, — мягко ответила магичка, и я с удивлением отметила, что в этой фразе нет и намека на издевку.

Интересно, что за серьезный разговор поджидает меня завтра? — отстраненно подумала я, машинально вскидывая руку и прикрывая глаза от яркого солнечного света, царившего за пределами Пещеры Бесконечности. В реальности я потеряла всего лишь час. А значит до завтрашней встречи у меня почти сутки. Впервые мне дается так много свободного времени…

Я медленно доковыляла до дома Архипа, ловя по дороге неприязненные взгляды соседей. Но сейчас мне до них не было никакого дела. Толкнув дверь, я практически ввалилась внутрь и наклонилась, снимая обувь.

— Ты как? — встревоженный голос ангела застал меня врасплох, я вздрогнула.

— Сейчас умру, — пожаловалась я. — Я думала этот кошмар никогда не закончиться…

— Прошел всего лишь час…

— А там сутки — бесконечные, сводящие с ума сутки…

— И зачем все это? — пробормотал Эммануил, — Неужели за простые слова нужно наказывать?

— Армиол абсолютно прав, — нехотя призналась я. — Приказы не обсуждаются, уроки не оспариваются… Так что в произошедшем я виновата сама. В следующий раз буду думать, что говорю. И, к тому же… Эммануил, они ведь действительно желают мне только добра. Иначе бы не стали так гонять. Ведь по большей степени им должно быть безразлично мое будущее…

— В последнее время ты сильно изменилась… — задумчиво сказал Хранитель, глядя, словно, сквозь меня. — И я никак не могу понять — хорошо это или плохо.

— И в чем же это проявляется? — устало спросила я, справившись, наконец, с обувью и тяжело облокачиваясь на стену.

— Стала более рассудительной…

— Полагаю это плюс…

— …И замкнутой, — продолжил Эммануил, — А самое главное — мне кажется, что ты смирилась с обстоятельствами…

— Просто я научилась несколько абстрагироваться от той действительности, которую мне предлагает Чарона и ее жители. К тому же я устала, — ответила я. — А насчет «смирения», может ты и прав. Честно говоря, я просто не вижу смысла качать права. От этого вряд ли что-либо изменится. Лучше немного подождать. Время само все расставит по местам: обучение рано или поздно завершится…

— И наступит момент, когда придется отдавать клятву…

— И я ее отдам.

— Или умрешь… — тихо пробормотал ангел.

— Или умру, — хмуро согласилась я, борясь с отчаянным желанием сползти по стенке и уснуть прямо в коридоре. — Так или иначе — ситуация разрешится. А иного выбора у меня нет. И ты это прекрасно знаешь.

— Но…

— Эммануил, ну, пожалуйста… — не выдержав, взмолилась я. И тщательно, чтобы не обидеть, подбирая слова, попыталась отбиться от тупикового разговора: — Какой смысл обсуждать это именно сейчас? Меня совсем не до этого, ей Богу. Давай потом поговорим, ладно?

Ангел разочарованно пожал плечами и качнул головой в знак согласия, проходя на кухню. Я вошла следом, залпом осушила стакан воды и медленно побрела в сторону ванной.

Огромная деревянная бадья, к моему удивлению, оказалась до краев наполнена водой. Неужели Эммануил расстарался и натаскал воды из колодца, пока меня не было? Ведь наполнить ее магией гораздо проще, чем тащить ведра на себе…

— Это мне? — недоверчиво спросила я, высунувшись из ванной.

— А кому же… — негромко отозвался Хранитель.

— Спасибо большое!

Я захлопнула за собой дверь и, забирая глоток своей жизненной силы (ничего — восстановиться за пару часов), сосредоточилась, нагревая воду до нужной температуры. Бытовая магия — это легко и неэнергоемко, но, к сожалению, для применения в боевых условиях она абсолютно бесполезна.

Я стянула с себя одежду и с наслаждением окунулась в горячую воду, расслабляясь и впервые ощущая себя за последние несколько часов человеком.

Когда я вышла, на столе стояла огромная чашка с чаем, рядом на тарелке лежал кусок пирога. Эммануил сидел на лавке, с удовольствием уплетая свою порцию.

— Сядь хоть раз и поешь нормально, — бросил он мне.

Я присела к столу, сдерживая отчаянный зевок:

— Слушай, а Архип когда в последний раз приходил? Что-то я его уже двое суток не видала…

С архимагом, мы вообще пересекались довольно редко, хотя и жили в одном доме. Дело в том, что тренировки мои начинались рано утром и продолжались до вечера, а Архип наоборот работал в основном по ночам. Хотя, впрочем, это было и к лучшему.