Отступница - Евстра Евгения - Страница 88

…Качнулся призрачный маятник, увлекая за собой сделанный выбор, заструилась, рассыпаясь темным песком, причудливая вязь дорог — жадно вспенилось время, принимая долгожданную плату, заставляя сердце судорожно сжаться от безысходности…

Я очутилась на месте всего лишь на пару секунд позже, чем Эммануил. И снова безвозвратно опоздала…

Она была повсюду — разрушительная тающая магия, расплескавшаяся тлеющими каплями…

Демон всего лишь поставил заклятие, реагирующее на появление в его зоне любого живого существа человекообразной расы. Он знал, что мы придем. Придем в любом случае, раньше или позже — не имеет значения. И попросту решил, даже не отмахнуться, а слегка проучить столь навязчиво преследующих его магов, еще раз показать свое неизменное превосходство.

«Воздушная ветвь»… Заклинание-ловушка, действующее на поражение, самостоятельно настраивалось на любого представителя человекообразной расы, оказавшего в зоне его действия и почти безукоризненно било в цель. Никаких умений — только четко сформулированное намерение и огромное количество свободной Силы… Поговаривают, что архимаги вполне способны отбить «ветвь», в доли секунды перенаправляя ее на другой объект. Вот только архимагов среди нас не было…

— Нет! — с отчаянием крикнула я, бросаясь к разметавшемуся на полу Эммануилу. — Я же говорила тебе!.. Ну почему ты такой упрямый?!..

— Потому что не у тебя одной бывают предчувствия, — слабо улыбнувшись, выдохнул Хранитель. — И я тоже им верю…

Внешне с ним не произошло никаких изменений — не было ни глубоких ран, ни порезов, ни каких-либо других физических повреждений. Но я прекрасно знала, что заклятие действует изнутри: медленно, неумолимо опаляя нестерпимым жаром легкие, заставляя сердце судорожно сжиматься от боли, отдающейся в каждой клеточке тела, подводя несчастную жертву к последней черте.

Эммануил стремительно бледнел, дыхание участилось, на лбу выступила испарина.

— Волтивер… — я стремительно подняла глаза на что-то сосредоточенно выплетающего магией оборотня. Сорвавшаяся с его пальцев темно-зеленая искристая сеть мгновенно опутала ангела и, вздрогнув, втянулась в кожу, заставив Хранителя облегченно вздохнуть. Я пригляделась — «заклятие онемения» — попросту блокирующее болевые ощущения в выбранной области.

— Это единственное, что можно сделать, — тихо сказал оборотень.

— Боже мой… Эммануил…нет… — я судорожно схватила его за руку, чувствуя как тает последняя надежда. — Ну, пожалуйста…

— Далия, ну что ты расстраиваешься… — едва слышно прошептал ангел. — Это же… всего лишь…тело… как ты не поймешь…Волтивер… ну хоть ты…скажи… ей…

Последнее слово Эммануил произнес одними губами, побелевшими как снег. Последний хриплый вздох и синие глаза медленно угасли, отпуская душу, на неестественно горячих ладонях четко проступили алые, будто выписанные кровью, ветви — отличительной знак данного заклятия, о котором с таким восхищением рассказывал мне однажды Мирас…

Неподалеку на кровати лежала молодая женщина, так и не успевшая проснуться. Тусклый ночник отбрасывал мягкие длинные тени, смазывая действительность. Магические следы ограничивались все той же комнатой…

— Господи… — прошептала я, уже не пытаясь скрыть горячих слез, без остановки бегущих щекам. — Ну за что мне все это?…

Тело Эммануила бледно, словно бы изнутри засветилось, обнажая на мгновение тонкое филигранное плетение нитей высшей энергии, из которых оно было соткано, а затем вдруг рассыпалось на тысячи сверкающих песчинок, медленно гаснущих в темной пустоте. Все правильно. Оно не принадлежит четвертому измерению. Управляющие энергией отзывали свою Силу обратно…

— Он вернется, ты же знаешь, — Волтивер успокаивающе прижал меня к себе, укачивая как ребенка, а я судорожно всхлипывая, плакала, уткнувшись ему в плечо, уже не состоянии успокоиться. Эммануил стал последней каплей в чаше моего отчаяния.

— А вдруг нет?… Ведь души людей исчезли… — бессвязно ответила я. — А вдруг… вдруг Рай не отпустит Эммануила обратно?… Где гарантия, что он не забудет жизнь на Земле как страшный сон? Я бы с радостью забыла… И вообще, Волтивер, представляешь, что он пережил?… И все из-за меня!..

— Ну, тихо-тихо, успокойся… — мягко уговаривал меня мужчина. — Ты не виновата… Откуда же ты могла знать?…

— Я чувствовала!.. Нужно было его еще дома остановить, а не слушать… Всего-навсего накинуть сеть… Пусть бы обижался потом на здоровье!.. А я как всегда все умудрилась сделать не так! Что мешало мне шагнуть в этот проклятый телепорт первой?!..

Во дворе послышались поспешные шаги. Волтивер встал, силой поднимая меня на ноги и увлекая к двери. Откинул щеколду мгновением раньше, чем четверо молодых магов, едва-едва закончивших курс подготовки, приготовились выбить ее Силой. Взмахом руки распылил легкое ударное заклинание, заставив ребят испуганно отшатнуться. Без колебаний наметил точки, открывая провал телепорта, и перед тем как шагнуть вместе со мной внутрь, напоследок зло бросил, бесстрастно мазнув взглядом по побледневшим лицам:

— Уберете здесь все и в Комитет к Архипу — писать отчеты. Вы выпускники или школьники?! Сколько можно было бежать?!!..

…Новость о том, что Совет Магистров оставил свое решение без изменений не вызвала у меня абсолютно никаких эмоций. Я продолжала молча и отрешенно писать отчет, отстраненно укладывая слова в ровные строчки и не задумываясь над их смыслом. Так проще…

Архимаг, глядя на все это, лишь со вздохом покачал головой и, поймав тяжелый взгляд Волтивера, отвернулся, не проронив больше ни слова…

…Домой бы я не пошла ни за что на свете, боясь снова оказаться один на один с пустотой, дотла выжигающей душу и глухими ударами отражающейся в висках. Волтивер, догадавшись об этом каким-то шестым чувством, даже не спрашивая, забрал меня к себе.

Впрочем, мне было абсолютно все равно.

Я с ногами забралась в кресло, дрожащими руками пытаясь удержать чашку с успокаивающим отваром, принесенную оборотнем, и вот уже час сидела в полной темноте безразлично глядя перед собой.

Никогда бы раньше не подумала, что одновременно можно испытывать дикую смесь отчаяния и бесконечной опустошенности, вместе переплавляющихся в ледяное отчуждение…

— Далия, так нельзя, — мягко сказал Волтивер, забирая у меня остывший, так и не тронутый настой. — Вернется твой Хранитель. Он же не человек. В четвертом измерении нет власти над его жизнью…

Я встала, молча отходя к противоположной стене, на которой бледным пятном выделялось небольшое зеркало, вгляделась в свое темное, смазанное беззвездной ночью отражение. Все я прекрасно знаю… Но дело-то не в этом. Не только в этом… Я медленно с нескрываемой ненавистью провела по своему отражению опутанной магией ладонью, заставляя несчастное стекло выгибаться и оплывать горячими уродливыми каплями, обжигая руку.

— Перестань… — оборотень подошел и крепко обнял меня, словно стремясь заслонить собой от всего мира. Всхлипнув, я порывисто прильнула щекой к его груди и закрыла глаза.

Волтивер успокаивающе провел ладонью по моим волосам, коснулся губами макушки. Я тихо вздохнула, чувствуя как беспричинно вспыхнувшая ярость растворяется его спокойном дыхании. Помолчав, едва слышно прошептала, сама удивляясь своим словам:

— Знаешь, я где-то на подсознательном уровне чувствую, что все, что происходит — правильно… Что так и должно быть… Просто… Просто все это очень тяжело, понимаешь?…

— Даже лучше, чем тебе кажется… — с легкой горечью ответил он и легонько провел кончиками пальцев по моей щеке, стирая влажную дорожку. Помедлив секунду, слегка отстранился, заглядывая в глаза, а в следующее мгновение уже нежно коснулся моих губ поцелуем. Отчетливо понимая, что делаю очередную глупость, я подалась вперед, сплетая руки у него на шее. Ладонь Волтивера скользнула по моей талии, задирая рубашку, обжигающе коснулась кожи. По телу пробежала сладкая дрожь, заставляя мысли на время уйти на задний план. Я тихо застонала, чувствуя легкие, едва ощутимые касания его губ, горячей цепочкой сбегающие к ключицам. Истома волной накрыла измученное сознание и, уже мало что осознавая, я окунулась в безумный омут ощущений…