Противоположности - Засецкая Татьяна - Страница 18

Рута кивала, слушая, а вот Люрика тихо давилась смехом, отвернувшись от спорящей парочки.

— Э, народ! — Ян постучал вилкой по бокалу. Когда мы все посмотрели на него, он прокашлялся и заговорил:

— Сегодня мы собрались здесь… — Люрика рядом со мной показала рукой жест под названием «бла-бла-бла», при этом мимика у неё работала просто на пределе, отчего мне пришлось уткнуться в бокал. А Ян продолжал, искренне не понимая, почему я, Шура и Освальд тихо ржём, — чтобы поздравить меня с праздником!..

— От скромности ты не умрёшь! — хмыкнула Жанет, приваливаясь к плечу Освальда. Ян сделал вид, что не услышал комментариев:

— Мне тридцать пять!

— Кошмар! — ахнул Шура.

— Какой же ты старый! — согласилась Люрика, всхлипывая и сползая со стула под стол.

— Шура, Люрика! — возмутился Ян, хлопая рукой по столу, но видно было по его глазам, что блондин тоже еле сдерживает смех.

— Неправда! — возразил Шура, вскакивая с места. — Я белый и пушистый!

— Ага! Седой и волосатый! — всхлипнули из-под стола, и я тоже скатился со стула, держась за живот.

Часика через пол нам удалось прийти в себя.

— А если серьёзно, — встала Люрика, держа бокал, — то мы тебя Ян поздравляем с такой датой. И надеемся, что ты наберёшься ума! А теперь иди сюда! — и после того, как тот подошел, оттянула парню все уши.

— После пятнадцати вообще-то целуют! — проворчал он, возвращаясь на место.

— Не дождёшься! — девушка показала ему язык, вызвав улыбку.

Дальше мы все принялись за плов, который уже порядком подостыл, но был просто изумительным!

— Демоны и черти, Люрика, я на тебе женюсь! — простонал Шура, доедая третью порцию. Потом он откинулся на стул и погладил изрядно увеличившийся животик.

— Неа! — покачал головой Ян, тоже отодвигаясь от стола с бокалом в руке.

— Почему «неа»?

— Потому что я первый! — выдал тот.

— Может, мне тоже в очередь встать, вдруг накормят? — задумчиво протянул Освальд и получил затрещину от Жаны. — Да шучу я, шучу! Извини, Люрь, — развёл он руками, кося взглядом на злую бдительную девушку.

— Саймон? — приподняла бровь Люрика, насмешливо глядя на демона. — А ты не хочешь жениться на мне?

— Хочу, — кивнул он, отпивая вина, — но не буду!

— Почему? — не поняла Рута, накладывая себе ещё плова. Я сглотнул слюну, потом посмотрел на свой выпирающий живот и с сожалением отказался от идеи наложить себе ещё тарелочку.

— Я с ней и так под одной крышей уже тринадцать лет! Мне хватает! А терпеть её всю жизнь, увольте! Даже едой меня не приманишь!

— Ах, терпеть он меня не собирается? — Люрика схватила со стола вилку и собралась запустить ею в парня, но я быстро среагировал и отобрал опасный предмет. Саймон благодарно на меня посмотрел, вылезая из-за спины Руты. Но Люрика успокаиваться не собиралась. Пришлось отбирать от неё ещё и нож, а потом и вовсе сгребать в охапку, чтоб она не схватилась за приборы Освальда или мои, так как они были поблизости.

— А ты, Мери? — прищурился Шура.

— Что я? — не сразу до меня дошло, так как Люрика только сейчас перестала рыпаться.

— Не хочешь на Люрике жениться? — спросил Ян, приподнимая бровь. И, главное, все на меня уставились. Даже сама девушка затихла, перестав ёрзать.

— И иметь Грана бод боком? — вырвалось у меня. — Да вы что?! Я не самоубийца!

Все скептически приподняли брови. Черти, они что, сговорились? Да и Люрика не хочет слезать, хотя я её уже не держу!

— И всё? — как-то подозрительно спросила Жанет.

— В каком смысле «всё»? — решил построить из себя дурачка. Авось, прокатит!..

— Но терпеть её характер ты согласен?

Не прокатило!!!

— Так, народ! — наконец, девушка слезла с меня, усевшись на своё место. — Хватит меня обсуждать, пока я здесь! Я сама за него не выйду!

— Почему? — вырвалось у меня, пока я ещё даже подумать не успел. Вот… язык мой — враг мой!

— Что «почему»? — невинно захлопала она глазами.

Так, кого-то мне это напоминает!

— Ну….

— Шима!!! — заорал Шура, пытаясь вытащить дракончика из коробки с тортом. Но было поздно.

Пока мы тут страдали фигнёй, этот гад пронюхал, где лежит главная сладость, и успел оттяпать половину торта.

— И куда в него лезет только? — вздохнул Ян, держа састипта на вытянутой руке за хвост.

Рута достала обглоданный торт, придирчиво рассматривая следы острых зубов. Шима же покорно висел вниз головой, даже и не пытаясь вырваться. Только глазки умиленно мигали, пытаясь сказать всем, что он случайно, да и вообще не при чём, а так, мимо пробегал, а торт сам от себя половину оттяпал.

— Нда! — глубокомысленно изрекла хозяйка этого зверя.

— Ну чего теперь ругаться? — философски пожал плечами Шура, сажая дракончика себе на плечо. — Мы же ведь знали, что он у нас любит сладкое. Так что сами виноваты! Давайте уже его доедать, раз Шима начал! Да, Шима?

Састипт часто закивал, признавая правоту моего дружка, и с радостным шипением влетел в остатки торта.

— Нда! — всхлипнула Люрика, вытирая крем с глаз.

Мы все принялись есть торт прямо с себя, а со стола на нас смотрел измазанный в креме Шима, хлопая глазами, вопросительно шипя и искренне не понимая, почему же мы ржём, как сумасшедшие.

— Так, раз торт мы съели, — произнёс Ян, вставая со стула и потягиваясь, — давайте чем-нибудь другим займёмся!

— Чем, например? — лениво отозвался Шура, лёжа прямо на полу и докармливая састипту остатки торта. — На часах уже два!

Мы дружно повернули голову в сторону часов. И, правда, два…. Быстро как-то время пролетело.

— А давайте… давайте Люрика нам что-нибудь сыграет! — выдал Ян и приобнял девушку за плечи, устраивая свою голову у неё на плече. — А, Люрь, ты как?

Я же поражённо уставился на них. Черти и демоны, я общаюсь с ней больше полугода, а ещё даже слыхом не слыхивал, что эта демоница умеет играть! Да и при том, я думал, что Ян для себя синтезатор устанавливает. Он у нас клавишник превосходный. Раньше даже играл в группе! Но чтоб Люрика….

— Ян, давай не сегодня, а? — девушка устало вздохнула и чуть повернула голову в его сторону. — Настроения вообще нет!

— Люрь, а когда? У меня через два дня… завтра, — поправился он, — начинается время командировок. Теперь я вообще не вылезу с работы. Да и у вас практика. Ну сыграй, на мой день рождения!

— Нет, Ян, извини, — покачала она головой. — Ты бы хоть предупредил, а то я ж ведь за клавишами уже года два не сидела и даже не прикасалась!

— Люрь, это же как полёт — не забывается! — воскликнул Ян и, подхватив её на руки, перетащил на скамеечку у синтезатора.

Мы все пересели на диваны, а я отвоевал себе кресло. Ян уселся рядом с Люрикой и, глубоко вздохнув, опустил руки на клавиши.

Он играл медленно, при этом следя за реакцией девушки. А она сидела рядом и тихонько улыбалась, слушая музыку. Нда, что ни говори, а пианист из Яна вышел отменный. Мелодия то нарастала, то убывала, будто б отдаляясь от нас, но при этом была плавной и какой-то щемяще нежной. Вдруг звук стал полнее, словно бы вложили недостающую деталь — это Люрика вначале одной рукой, а потом обеими стала играть.

И вот они вдвоём в четыре руки играли мелодию, от которой можно было просто вот прямо в этом кресле умереть и вознестись на небеса, в Рай. В настоящий Рай, где не горестей, забот, где только покой.

Медленно, словно бы нехотя, мелодия стихала. Она уходила, но обещала вернуться. Уходила, оставляя на наших губах мечтательные и чуть грустные улыбки….

— Спасибо, — прошептал Ян, целуя запястье Люрики. Девушка смущенно улыбнулась и поспешно выбралась из-за синтезатора, усевшись на стул.

— Тебе спасибо! — более раскованно улыбнулась она.

— Ну как, ребят? — Ян повернулся к нам. — Ребята, чего это с вами?

Я медленно, как во сне, повернул голову и увидел примерно такую картину. Шура сидит, откинув голову на спинку дивана с закрытыми глазами, и на его губах блаженная улыбка идиота. Саймон и Рута сидят, глядя в одну точку и держась за руки так, что у обоих побелели костяшки пальцев. Жанет сидит с мокрыми щеками и перебирает волосы Осальда. А парень сидит на полу, уткнувшись в колени девушки.