Противоположности - Засецкая Татьяна - Страница 8

Люрика

Я сидела у окна и следила за тем, как на улице из туч падают огромные снежные хлопья. Наш студгородок с маленькими двухэтажными домиками превратился в какое-то волшебное царство, а всё из-за серебристого зимнего убранства.

С улицы донеслись лёгкие шаги, и в комнату внизу ввалилась Рута.

— Люрь, ты дома? — закричала она, а по звукам я поняла, что она сбросила на пол что-то увесистое.

— Угу, — ответила я, съезжая по периллам вниз. Подруга стояла в ярко-зелёном пальто, вся изрядно присыпанная снегом, и улыбалась во все клыки.

— Что такое настроение плохое?

— Да так… — пожала плечами и уселась на диван.

Она была немного не права. Настроение у меня было не плохое, его просто совсем не было — абсолютно никакого.

— Люрь, может, не поедешь? — подруга уселась на подлокотник рядом со мной.

— А куда я денусь? — невесело усмехнулась я. — Не поеду сейчас — в следующий мой приезд выслушаю о себе ещё больше. Уж лучше поехать.

— В этом ты права… — она перевела взгляд на валяющуюся на полу сумку. — А может, я с тобой съезжу?..

— Нет, я не хочу, чтоб ещё и ты выслушивала ругань нашей семейки, — нервно хохотнула я.

— Люрика-Люрика… — Рута прижала меня к себе, а я уткнулась носом ей в шею, пытаясь не зареветь.

— Я жду-жду, а они тут… — гневная речь Саймона прервалась на полуслове, когда он встретился с предостерегающим взглядом подруги. Потом парень присел на диван с другой стороны и приобнял нас. — Люрь, поехали со мной. Повод — приличный. Думаю, из-за этого они не взбесятся….

— Нет, — я покачала головой, отрываясь от подруги. — Они найдут повод, будьте уверены.

— Но….

— Ребят, я вам очень благодарна, но нет. Я поеду. Уж если я выдержала почти четыре месяца в компании ангела этого неощипанного, то неделю в обществе своей семьи как-нибудь продержусь!.. — преувеличенно бодро отозвалась я, но вот фальшь в моём голосе всё равно была слышна.

Ребята кивнули, ещё раз прижали меня к себе и, повторив мне свои координаты на всякий случай, вышли на улицу. Я же осталась сидеть на диване, только ещё в плед закуталась.

Теперь нужно убедить себя в сказанном. А это невероятно сложно, хотя возможно. Но в голове вертелись совсем другие мысли.

Подумать только, уже столько времени прошло с тех пор, как к нам в академию прибыли студенты по обмену. И уже столько времени, как мне приходиться работать в паре с ангелом на уроках у Бория. Хотя, я должна признать, что работать с ним в паре удобно. Он хоть и раздолбай и повеса, а Шертанна его хорошо натаскала. И если некоторый материал он знает через пень колоду, то некоторым просто в совершенстве владеет. Да и работать с ним можно вполне плодотворно, если конечно разговаривать только по делу, что мы и делаем после достопамятного провала с вурдами, после которого каждый из нас ещё неделю отходил. Мы оба стараемся не провоцировать друг друга на занятиях у Бория, а всё остальное время творим, что хотим. Иногда не замечаем друг друга, иногда спокойно можем устроить словесную перепалку с применением грубой магической силы, иногда просто нагадим друг другу. Это уже вошло в привычку, как и наше каждоутреннее приветствие: «Как поживаешь? — Не дождёшься!».

Кстати, с компанией ангелов я подружилась. Не сказать, чтоб уж мы были совсем близкими друзьями, но общаемся мы спокойно, а иногда и в клуб можем вместе выбраться, вытаскивая туда ещё и Яна. При всём при этом они в наши с Мери отношения не лезут. Первое время они ещё пытались его вразумить, но потом поняли, что это бесполезно, и плюнули на нас, предоставив самим себе. Самым упёртым в этом плане оказался Ян. Пернатый всё никак не мог, да и до сих пор не может понять, «какая кошка между нами пробежала». Из-за этого он с Мери и со мной неоднократно ссорился. Но месяц назад даже Ян перестал что-то делать, чтоб мы установили мир.

Так что жизнь наладилась. Вот только… наступает Рождество. А на этот праздник почти вся академия линяет на отдых к семье, у кого она есть. А у кого нет — к друзьям. А я….

Моя семья — это змеиное логово, выжить в котором могут лишь два существа: мои предки. Мой брат Юзоф уже лет двадцать как живёт на Риюнай, сколотив себе состояние и благополучно забыв про нас, только изредка делает контрольный звонок, проверяя, не пора ли приступать к делёжке наследства. Моя старшая сестра Иликт хоть и живёт на Аредеан, да вот только к родичам заглядывает хорошо если раз в пол года с теми же целями, что и брат. А родители только и делают, что критикуют всех. Единственным существом, кого они любят и кем гордятся, является моя сестра Жинэ. Она по старшинству предпоследняя, но мнит о себе непонятно что. Редкостная стерва, так сказать взращенная и взлелеянная предками специально для того, чтоб «прославить» нашу семейку. Чем, собственно, и занимается Жинэ последние пять лет, успешно шагая по головам на пути к славе. Вот только родители не учли одного, как мне кажется, создавая её по своему образу и подобию. Ведь она, дорвавшись до власти, забудет про них, искренне считая, что всё, чего она добилась, принадлежит только ей, и плоды пожинать тоже только ей. Но родители об этом не задумываются, продолжая бухать в Жинэ все семейные сбережения. В принципе, это мне на руку, но вот только стоит мне приехать домой, как начинаются извечные нотации, поучения и упрёки. Предки искренне считают, что я должна быть более напористой, более расчетливой. Что мне нужно «перестать кочевряжиться, переспать с Ф'Ортейским и получить от него завидный капитал». Если я молчу, они заводятся ещё больше, постепенно повышая тон и в конце концов доходя до крика, стоит мне открыть рот, как тут же на меня выльется ливень помоев из уст моих предков, причём на выражения они не скупятся. Вот такие вот дела. Так что поездка домой для меня — это особо изощрённая пытка.

Правда, ехать мне всё равно придётся. А то они ведь могут разозлиться и перестать платить за учёбу, здраво рассудив, что раз я отказываюсь посещать их раз в полгода, то и вообще могу спокойно сама прожить без них. А это, к моему великому сожалению, не так.

Вздохнув, я выбралась из кресла и поплелась собирать вещи. Но где-то на середине этого, несомненно, полезного занятия дверь внизу хлопнула, потом раздался испуганный визг и странный хлопок, подозрительно напоминающий хлопок боевого импульса. Я со вздохом стала спускаться и уже с верха лестницы заметила прожжённую и до сих пор дымящуюся дыру в спинке дивана. Рядом с распахнутой дверью, в которую влетали хлопья снега, прижавшись к стене, стояла ангелесса, сжимая в руке «зародыш» импульса. А, увидев меня, из-под дивана вылез Шима. Дракончик пулей добрался до меня и завернулся ожерельем на моей шее, приятно и уже привычно холодя кожу.

Всё ясно…. Жанет пришла ко мне в гости и тут же увидела састипта на диване. В итоге мы имеем то, что имеем.

— Жан, потуши импульс и отлепись от стены, — устало произнесла я, закрывая дверь и взмахом руки восстанавливая диван. Дыра затянулась, только почему-то вместо тёмно-синей ткани «выросла» ярко-алая.

— Что это было?! — прошептала она, всё ещё не двигаясь с места.

Я подтянула воротник свитера повыше, чтоб не шокировать её ангельскую психику ещё больше, хотя она уже должна была привыкнуть к такому, у нас же сейчас модно иметь какого-нибудь домашнего зверька, и чем этот зверёк опасней, тем лучше.

— Это был Шима, и ты в очередной раз чуть его не поджарила, — посетовала я и отвела девушку на кухню, где впихнула в её руки кружку с крепким чаем.

— Вы со своей живностью кого угодно в гроб вгоните! — пожаловалась ангелесса, уничтожая наши с Саймоном (Рута на вечной диете) запасы сладостей.

— И вовсе он не страшный, а даже милый! — возразила я. — Это просто вы там у себя на Риюнай нос воротите от таких. А Шима, между прочим, полезный….