Триумвират - Засецкая Татьяна - Страница 31

Главное чтоб сбоя в энергетической сети не случилось, а то всё работа насмарку пойдёт. Всё ж новогодние праздники близятся, и такое бывает: электростанции не выдерживают постоянного напряжения.

Тут раздалась мелодия, а мой телефон завибрировал где-то под кипой бумаг и папок. Пока рылся, успел свалить всё на пол, так что кабинет и так маленький стал ещё меньше, а ступить куда-то означало наступить на важную документацию.

— Привет, Ди, у меня вопрос, — раздался Машин голос.

Я откинулся в кресле, запрокинув голов и прикрыв глаза.

— Какой?

— Тебе нужны счета по поводу той сделки, которую мы заключили пол года назад и которая сорвалась в самый последний момент?

Я выругался, чуть не свалившись на пол.

— Извини, Маш, это я не тебе, это я в свой адрес. Совсем забыл про неё. Конечно, нужно!

— Тогда я сейчас занесу, а то подозреваю ты из своего кабинета даже на обед не вылезешь, — улыбнулась она в трубку.

— Спасибо, Солнце, ты чудо, — облегчённо вздохнул я, так как уже успел представить, как выбираюсь отсюда и топаю на этаж выше. — Только, Машунь, у нас тут беспорядок, ты дверь открой аккуратно, ладно?

— Договорились! — фыркнула она и отключилась.

Я же бросил телефон куда-то не глядя и уставился в потолок. Телефон же проехал по листку бумаги, наехал на папку с отчётом и остановился на самом её краю, после чего папка вместе с телефоном упала на пол, разметав листки ещё больше.

Тея, затушила сигарету и оторвалась от монитора, с хрустом потягиваясь. При этом пластика у неё была просто обалденная. Вот теперь, кстати, я поверил, что она не человек. Просто они с Аном теперь не сдерживаются в моем присутствии. Дружок-ангел зевает и демонстрирует далеко не ангельские клыки, а Тея потягивается и двигается с невиданной скоростью, тоже не скрывая клыков, когда зевает. Совсем распоясались!

— Ээээ, Ди?

Я сфокусировал взгляд на Тее, и вначале не понял, что она от меня просит. Девушка сидела с так и поднятыми руками, огромными глазами глядя на завал листков на полу.

— Что, прости, я задумался, — переспросил я, тоже потягиваясь.

— А это что? — и указала рукой на пол.

— Документы, — пожал плечами, искренне недоумевая по поводу её вопроса.

— А почему на полу?

— Аааа! — дошло до меня. — Это я телефон искал!

— Ага… — протянула она, всё ещё обалдело глядя на погром.

А потом у меня опять зазвонил телефон…. Где-то под грудой бумаг, что на полу….

Выругавшись, вскочил с кресла и принялся рыскать по полу, но телефон находиться не хотел. Наконец, я его нашёл, но вызов уже завершился. Звонил, как выяснилось, Ан. Я набрал его, включил громкую связь и со вздохом принялся собирать документы, расфасовывая их по стопкам, в которых они, собственно, и лежали до того, как я принялся рыться в них для написания отчёта. Тея присела рядом, помогая. Из трубки доносились короткие гудки — занято. И тут же зазвонил Теин телефон.

Девушка от неожиданности вздрогнула и, задев плечом папку на своём столе, уронила свою документацию на пол. А вместе с документацией на пол полетел и трезвонящий телефон. Листки разлетелись, покрыв пол вторым слоем и засыпав меня. Я же смотрел на ещё больший беспорядок и с ужасом представлял, как мы роемся в нём в поисках телефона демоницы. Мелодия, поиграв ещё минуту, стихла.

— Нда! — выдала девушка, осматривая бардак.

— Угу! — согласился я, кивая головой.

Мы переглянулись и дружно принялись разбираться в документах, пытаясь понять, где чей листок лежит. Это было сложно, но возможно.

Вот за этим занятием и застала нас Маша. Она осторожно приоткрыла дверь и заглянула в кабинет. Через мгновение её глаза были размером с блюдце.

— Эээ, ребят, я тут документы принесла, — пробормотала она, глядя, как мы с Теей сидим по уши в бумагах, а рядом на полу неровные стопки уже разобранной документации.

— Давай сюда, — и мотнул головой в сторону свободного стула.

Маша опасливо открыла дверь и, переступая через листы, прошла к стулу, сгрузив на него папку.

— Ну я пошла? — почему-то спросила она, всё ещё глядя на нас большими глазами. Мы с Теей оторвались от спора по поводу того, куда надо класть очередной листок и глянули на неё:

— Конечно, спасибо, иди! — и, проводив девушку взглядами и подождав пока она осторожно прикроет за собою дверь, принялись спорить дальше.

Делёжка документов продлилась до самого конца рабочего дня. После чего мы с Теей посмотрели на стопки документов, которые уже просмотрены, и стопки, которые нужно просмотреть (вторых оказалась на удивление мало), и пришли к выводу, что мы сегодня славно потрудились и заслужили отдых. И, одевшись, отправились домой.

Времени уже было много, хоть мы и не засиживались. Но Ана на выходе не было.

— Странно, он никогда не задерживается, — пробормотал я, задумчиво глядя на Тею. — Он же звонил тебе?

— Ну, да, — пожала плечами девушка. — Но я не перезванивала, — нагло заявила она. — Ты же его друг, вот и звони!

Со вздохом нашарил в кармане телефон и набрал Ана, терпеливо ожидая, когда нудные гудки сменяться голосом друга. Но гудки сменяться не хотели. Вместо этого через некоторое время вызов сам по себе отключился, как это всегда бывает. Я нахмурился и уставился на дисплей телефона.

— Что? — спросила Тея, приподнимая бровь.

— Не берёт, — выдохнул я.

— Ндаааа, — девушка заправила прядку за ухо и задумчиво пожевала губу. — Странно как-то.

— Не то слово, — хмыкнул я и поднялся, убирая телефон и натягивая перчатки. — Я понимаю, если б ты звонила, но я…. Я ж его друг!

— Ты его подопечный, — поправила меня Тея, поднимая повыше воротник пальто и пряча нос в шарф. — Он обязан быть рядом, обязан защищать.

— А то, что мы друзья, в расчет не берётся? — переспросил я, чувствуя, как медленно закипаю. Ведь, помниться, Ан мне недавно говорил обратное.

— Вначале идёт долг и только потом личные чувства, — ответила она и поднялась к кресла, направившись к выходу. — И то, это не важно. Не важно, что думает по этому поводу охраняющий. Важен лишь его долг. А уж любит он или ненавидит своего подопечного, не должно играть никакой роли. Прежде всего — долг. Умри, но сделай!

Я так и остался стоять с чуть ли открытым ртом.

— Что?

Девушка замерла и непониающе обернулась, но, видно, увидев моё перекошенное лицо, бросилась ко мне, схватила ладонями моё лицо и приблизилась ко мне так, что я чувствовал её дыхание на своём подбородке.

— Ди, — затараторила она, лихорадочно глядя мне в глаза, — не слушай меня, дуру, безмозглую! Я демон, это у нас такие порядки! Ди!!! Поверь, Ан не умрёт, защищая тебя! Я не позволю! Ни за что!!!

— А что будет с тобой? — спросил я и не узнал своего голоса, он был настолько безжизненным.

— Со мной? — удивлённо переспросила она.

— Да с тобой? — кивнул я, накрывая её ладони своими.

На нас уже начинали коситься, но мне было до фонаря. Очень хотелось знать, что же она ответит.

— А что со мной? — вновь спросила она, повергая меня в замешательство.

А потом до меня дошло.

— Тея, — теперь уже пришла моя очередь хватать её лицо своими ладонями и чуть наклоняться, чтоб заглянуть в глаза, — ты что же, думаешь, что меня интересует только судьба Ана? Вы оба мои друзья! Я вас обоих люблю! И не хочу, чтобы вы умирали из-за меня! Понимаешь, не хочу!

Девушка растерянно хлопала ресницами, глядя на меня своими до невозможности большими зелёными глазами. Но потом растерянность сменилась пониманием. И Тея улыбнулась. Быстро так, мимолётно. Но радостно.

— Глупый ты, — фыркнула она, жестом старшей сестры сдвигая мне на глаза шапку. — Мы не умрём! Забудь об этом! Я тебе слово даю, что мы все останемся живы! Веришь?

Я смотрел в её глаза и понимал, что говорит она это только ради того, чтобы успокоить, только чтобы ободрить. Но не поверить было невозможно. Невозможно было признаться, что это всё ложь, глядя в её такие, можно сказать, детские глаза.